Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»

Эмма, скромная художница, живёт тихой и предсказуемой жизнью, пока однажды вечером не встречает Адама и Евана — харизматичных братьев, владеющих популярным баром. Их влечение к ней оказывается взаимным, но вскоре Эмма узнаёт, что между братьями существует особая, глубокая связь.

Внезапно оказавшись перед выбором, выходящим за рамки привычного, Эмма решает довериться своим чувствам и окунуться в страстный и нетрадиционный роман с обоими мужчинами. Вместе им предстоит столкнуться с предрассудками общества, ревностью и собственными страхами, чтобы создать крепкую и любящую семью.

Это история о любви, страсти, свободе выбора и о том, как найти счастье, даже если оно выглядит совсем не так, как мы привыкли.

- Ты сама просила меня ей помочь, так чего сейчас плачешь? Это ты просила проявить участие с чисто мужской стороны, - вытирая мои слезы, спокойно говорит муж.
- Но я не просила тебя с ней спать, Руслан! Я не просила тебя изменять! – голос срывается в болезненный хрип.
Муж смотрит на меня внимательно и пожимает плечами.
- А я решил иначе, Алин.

Двадцать лет брака закончились в один миг. Я попросила мужа помочь подруге с разводом, ну он и помог. Теперь она, его любовница, а я… я с ним развелась. Вот только даже спустя полтора года, он все еще это не принял.
Ведь он решил иначе.

Патриция – главная героиня романа «Украденные возлюбленные». По всем законам жанра её окружают трое мужских персонажей – наследный принц, хозяин магической башни и молодой герцог. Ариена близкая подруга Патриции и соперница, влюблённая в принца. Как поступит чужая душа, оказавшаяся в её теле? Будет следовать сюжету или же пойдёт своим путем, не подстраиваясь под других?

Он появился внезапно, как будто материализовался из серой дождевой пелены. Высокий, под два метра, в идеально сидящем черном пальто, которое даже не успело намокнуть.
Его движения были точными, экономными — ни одного лишнего жеста, ни одного неверного шага. Когда он снял перчатки, я заметила длинные, тонкие пальцы пианиста и безупречно подстриженные ногти.
— Анна Клименко? — Его голос был ровным, глубоким, словно доносился из глубины пещеры. — Артём Громов.
Он сел напротив, поставив на стол тонкий кожаный портфель из мягчайшей кожи. Когда он открыл его, я уловила слабый запах дорогой кожи и... чего-то еще. Пороха? Или это мне показалось?
Про Громова говорили, что он хороший адвокат. И что умеет не только ручку “паркер” в руках держать.

— Кто она? — всхлипнула я. — Та девка, которую ты в такси посадил!
Александр стиснул челюсти.
— Я не планировал заводить этот разговор так скоро.
— А что ты планировал? — вздрогнула я. — Продолжать жить со мной, а спать с этой…
— У неё есть имя, — поморщился супруг. — Её Ольгой зовут.
— Да мне плевать, как её зовут! Я её вообще в свою жизнь не звала!
— Ну, как видишь, это решать не тебе, — цинично бросил муж. — Да, у меня есть другая. Жизнь вносит свои коррективы.
— Так это жизнь тебя заставила в постель её к себе затащить?!
— Чувства! — рявкнул в ответ Александр. — Чувства вспыхнули, понимаешь? Что-то, чего между нами давно нет. А, может, никогда и не было! И мне винить себя не за что. И тебе я делать этого не позволю!

- А что будет, если твоя старуха о нас узнает? - беззаботность в тоне любовницы мужа бьет больнее всего.
- Ничего. Покричит, побуянит, а потом смирится. У нее толком ничего нет: ни молодости, ни красоты. Не та позиция, чтобы разводиться.
- Какой ты благородный. А она жалкая. Но зато есть я, и я знаю, что тебе нужно…
Я прижимаю ладонь к животу, вторую - ко рту, только чтобы не выдать своего присутствия. Я оглушена. Мой мир рушится!
Единственное, муж не прав: я не смирюсь! И буянить не буду. А вот от мести ни за что не откажусь…

- Ты выйдешь за меня замуж! - припечатываю веским словом разозленную девушку.
- Щасссс! - шипит она мне в ответ, - Три раза!
Вот какой Машенька стала... Без меня.
Это и бесит.
- Не согласишься по-хорошему, эту богадельню легко прикрыть! - путаю берега, но не могу остановиться, - Чем тогда ипотеку будешь платить? А там вопросы и у опеки возникнут - справляешься ли ты с воспитанием моих детей...
В следующее мгновение щедрая порция морковного сока летит мне в лицо, а я не успеваю увернуться.
- Пошел вон отсюда! - цедит Маша грозно.

Я не поверил Машульке восемь лет назад, когда она заявила, что беременна от меня. Разорвал отношения. И забыл.
И не вспоминал, пока наш семилетний сын не кинул в меня мяч на улице.

– Дорогой, ну когда ты наконец скажешь этой клуше? – произнес женский голос, и меня будто ледяной водой окатило.
Клуша? Клуша?! Что тут, черт возьми, происходит?
Я застыла, держа на руках внучку. Вся превратилась в слух.
– Скажу, детка, скажу. Но сначала ты ротиком поработай, как следует, – произнес мужчина, и я уже не заледенела – окаменела.
Голос мужа я узнала бы из миллиона голосов.
– Вот так. Вот так, да. Мне сорок пять всего, а эта дура меня уже дедом называет, ты прикинь.
Влажные звуки. Горячие звуки.
Клуша и дура – я.

– А знаешь, это всё ты виновата! – скрежетнул зубами муж. - Вечно недовольная, неухоженная. Да у меня на тебя с трудом встаёт! Тут любой здоровый мужик налево пойдёт! – орет он, а Ксюша начинает плакать.
– Говори тише! Ты её напугал, – шиплю я, покачивая дочь.
– Вот я про то и говорю! Совсем зациклилась! Тебя только ребёнок и деньги волнуют. На меня плевать!
– Ну семейная жизнь она такая, знаешь ли! Не вечный праздник! – Меня трясёт. В ушах звенит.
– Нахрен такую! – рявкает Стёпа, я вздрагиваю вместе с дочкой, после чего она начинает плакать с новой силой.
– Всё? Наигрался в семью, значит? –
– Да, прости, наигрался! Вот так, по самое горло наигрался! – Он резко проводит рукой по горлу. – Аж домой возвращаться не хочется. Я сюда как на каторгу каждый день иду!
– Ну так и вали отсюда! Мы и без тебя отлично проживём! – кричу я, а по щекам катятся предательские слёзы.
– На что ты проживёшь? – кривится. – Если я тебе денег давать не буду, ты ж первой приползёшь клянчить.

- Вера, - сказал он тихо. - Нам надо поговорить.
Я знала. Ещё до того, как он произнёс эту фразу - самую страшную фразу в семейной жизни - я знала.
- Конечно, - сказала я слишком бодрым голосом. - Давай поговорим за ужином. Я утку запекла, с апельсиновым соусом, как ты любишь.
- Вера, - он наконец посмотрел мне в глаза. - Я ухожу.
Два слова. Они повисли между нами, тяжёлые, как бетонные плиты.
- Куда? - глупо спросила я, словно он собирался в командировку.
Александр вздохнул. В этом вздохе было всё: усталость, сожаление и облегчение человека, наконец решившегося прыгнуть с высоты.
- К Ольге. Моей… - он запнулся.
- Секретарше, - закончила я за него. - Вы давно?..
- Восемь месяцев, - ответил он просто.
- Ты уверен? - спросила я тихо, чувствуя как на кусочки рвётся сердце. - В том, что хочешь разрушить всё, что у нас было?
- Я больше не люблю тебя, - ответил он просто. - Прости.