Книги в жанре «Жесткая эротика» по тегу «goryacho-i-otkrovenno»

Я подписала договор, думая, что отрабатываю долг. Я позволила им делать со мной всё, что угодно, убеждая себя, что это временно. А когда попыталась сбежать, они поймали меня и показали, что значит быть их вещью по-настоящему — без права на стоп-слово, без надежды на пощаду.
Теперь я в клетке, словно животное, и никто не может меня спасти, разве что…

– Хочу, чтобы Макс ушел, – прошу я Ярослава.
– У нас с ним все общее, Дашуля. Любовь тоже на двоих. Но ты – моя. Я буду решать, насколько он далеко зайдет с тобой. Я буду говорить, что позволю ему делать.
Я ежусь в их руках.
– Это безумие, Яр. Я не такая, найдите кого-то другого! Я не из таких девушек.
– Я знаю, Дашуля, – шепчет Ярослав. – Ты совершенно невинная, нежная, но тебе понравится быть нашей игрушкой. Ты получишь незабываемое удовольствие, и никто не узнает наш секрет. Тебе же нравится Макс, нравлюсь я.
– Но это неправильно.
– Правила устанавливаем мы сами, – шепчет мне в ухо Макс. – Если тебе приятно, то этого достаточно.
– Я должна выбрать кого-то одного, – слабым голосом возражаю я.
– Выбирать не требуется, Даша, – хрипло говорит мне Ярослав.

— Я твоя невестка! И я не люблю тебя, Алан!
— Не любишь? — он горько рассмеялся, и его пальцы обхватили мою руку, прижимая ладонь к своей груди. Под тонкой тканью рубашки я чувствовала бешеный стук его сердца. — Не ври себе. Ты ведь тоже помнишь тот поцелуй, Оксана? Он до сих пор жжёт мне губы.
— Алан, пожалуйста... — в моем голосе слышались и мольба, и отчаяние, и та самая запретная страсть, которую я тщетно пыталась задавить. — Мы не можем... Это безумие.
— Безумие? — он прошептал, и его губы почти коснулись моих. — Нет. Безумие — это отказываться от себя. От своих чувств. От того, что принадлежит тебе по праву...
Он перехватил мою руку и впился мне в запястье горячим поцелуем, от которого по телу побежали мурашки
— Ты — моя. С первого взгляда. И я заберу тебя. Рано или поздно.

Судьба распорядилась жестоко: на помолвке сестры её жених внезапно передумал и выбрал меня в жены. Теперь меня ожидает нежеланный брак, а внутри жжёт пламя запретной любви к его брату.

Карима могут посадить за чужое убийство — если отец Малики не замолвит слово. Взамен он отдаёт замуж дочь, которую из-за хромоты никто бы больше не взял. Карим получает защиту, Малика — мужа, который не выбирал её сам. Есть деталь, которую отец не учёл: этот мужчина — единственный, кто смотрит на её ногу и не отводит взгляд.
— Женишься на мне, потому что иначе сядешь, — сказала она. — Но я не буду твоей взяткой.
— Будешь, — ответил он. — Когда придёт время.
Свадьба без любви быстро превращается в нечто, чего не было в договоре. Он привык брать своё силой — но с ней впервые учится ждать. Она привыкла прятаться — но с ним впервые перестаёт бояться себя.
Дальше — горы, чужие законы и ночи, после которых сделка перестаёт быть сделкой.

– Подойди к нему, – раздался за спиной властный голос отчима. – Мои друзья желают испробовать твой… напиток.
– Давай же, красавица, – волнующе позвал его друг, приглашающе похлопав по колену. – Удели внимание гостям, как полагается.

Отчим забрал меня к себе, но на переезд пригласил в гости друзей. Как хозяйка дома я должна проявить гостеприимство, но, кажется, гости вознамерились оценить меня по своим критериям. И я не могу отказать, если хочу и дальше оставаться с любимым.

Потеряв работу, в полном отчаянии, я встретила мужчину, который может спасти меня от проблем. Для него они решаются деньгами, которых у него огромное количество. Взрослый, красивый и властный. Что он потребует за помощь? И как наше соглашение связано с его младшим братом?

— Поехали.
— Куда?
— К моему юристу.
— Зачем? — я хлопала глазами, незаметно вытирая о джинсы вспотевшие ладошки.
Молча он окинул меня долгим, внимательным взглядом. Прошёлся им, словно оставляя на моей коже следы.
— Ты мне подходишь. Хочу предложить тебе работу, — а потом добавил вкрадчиво: — Составим договор.

ЗАВЕРШЕНО!
— Что это все означает? — непонимающе спрашивает Лиза.
— Я немножко схитрил, — невинно жму плечами и подмигиваю другу, зажимающему девчонку в угол. — Приехал заранее и все подготовил.
— Схитрил? Чтобы что, Максим? Нет, не говори. Не хочу знать. Я ухожу.
— Нет, маленькая. Никуда ты уже не пойдешь, — говорит Сергей и закрывает входную дверь за замок. — Устал я притворяться ласковым и обходительным. И нам с Максом надоело ждать. К тому же ты сама трижды на это согласилась: впустила в свою квартиру, пришла с нами сюда…
— Я согласилась? Нет! Стой… ты назвал только два пункта… — заикается девочка и немного пятится назад. — А когда был третий?
— Тем самым вечером, Лиз, когда ты пообещала сделать для нас что угодно и сбежала. Теперь не убежишь.
***
Год назад мы выручили ее, а теперь вернулись забрать долг. Мы очень ловко все подстроили, чтобы она не могла выкрутиться. И ни перед чем не остановимся.
-
*мжм
*короткая форма
*очень горячо и откровенно

— Ты не уходишь. Я сказал, ты мне понравилась, — говорит блондин с улыбкой.
— У меня смена до полуночи. Разверните яхту к берегу, — мой голос дрожит.
— Ты не поняла, — рокочет брюнет. — Твоя смена закончится, когда мы скажем. Ты остаешься.

Заменяя подругу, вышла на смену официанткой на вечеринку богачей. Яхта, музыка, алкоголь рекой.
Хозяин яхты — два метра контроля под идеальным костюмом — и его друг — живое пламя, созданное соблазнять и подчинять — сразу раскусили подмену.
Вечеринка заканчивается, но яхта отплывает со мной на борту.
И я оказываюсь наедине с этими двумя безумно сексуальными мужчинами, от которых веет желанием и опасностью.

Они — мои сводные братья. Я сбежала к ним из личного ада.
Мы виделись последний раз три года назад. Но теперь я выросла, и они больше не смотрят на меня по‑братски. Их взгляды слишком горячие. Слишком жадные. Слишком личные.
Макс — моя первая влюблённость. Алекс — надёжный взрослый, рядом с которым спокойно. Они разные, как лава и сталь.
Этим летом, когда стираются запреты, вопрос только в том, кто сделает первый шаг.

— Борис Андреевич… — мой голос дрожит. — Вы что… делаете?
— Тебе же нравится, — его низкий голос обжигает, проникая под кожу. — Я чувствую, как ты вся дрожишь, Анечка…
Отчим всегда был моим запретным плодом. Мужчина, чьей властью и силой я восхищалась. И вот сегодня мы остаёмся с ним и его тремя друзьями одни дома. А дальше всё как в тумане… Невинный массаж перерастает во что-то гораздо большее. Во что-то, к чему я не была готова…