Книги в жанре «Жесткая эротика» по тегу «goryacho-i-otkrovenno»
Дарен обхватывает мочку моего уха теплыми губами и посасывает ее, вызывая в моем теле ворох мурашек.
— Совсем с ума сошли? – возмущенным шепотом спрашиваю я у обоих, но в ответ вижу лишь ухмылки.
— Лично я – да. Давно мечтал растопить сердце русской красавицы. Скажи, оно у тебя заковано в лед, раз ты строишь из себя такую недотрогу?
Дарен целует чувствительное местечко у меня за ушком, и мое сопротивление начинает таять прямо на глазах.
***
В отель, где я работаю администратором, заселились двое горячих предпринимателей из Калифорнии. А я умудрилась накосячить в первый же день их заезда.
Что? Они хотят наказать меня за провинность? Каюсь, имеют право. Побуду для них послушной девочкой и сделаю им обоим приятное, а после забуду, как страшный сон…
Только я совсем не ожидала того, что они оба захотят большего. А только ли они? Кажется, и я мечтаю оказаться в их роскошном номере и стать для них той единственной, кто подчинится их порочному желанию.
— Совсем с ума сошли? – возмущенным шепотом спрашиваю я у обоих, но в ответ вижу лишь ухмылки.
— Лично я – да. Давно мечтал растопить сердце русской красавицы. Скажи, оно у тебя заковано в лед, раз ты строишь из себя такую недотрогу?
Дарен целует чувствительное местечко у меня за ушком, и мое сопротивление начинает таять прямо на глазах.
***
В отель, где я работаю администратором, заселились двое горячих предпринимателей из Калифорнии. А я умудрилась накосячить в первый же день их заезда.
Что? Они хотят наказать меня за провинность? Каюсь, имеют право. Побуду для них послушной девочкой и сделаю им обоим приятное, а после забуду, как страшный сон…
Только я совсем не ожидала того, что они оба захотят большего. А только ли они? Кажется, и я мечтаю оказаться в их роскошном номере и стать для них той единственной, кто подчинится их порочному желанию.
Я думала, что со мной что-то не так: ровесники не вызывали трепета, а близость казалась скучной обязанностью. Я смирилась со своей «холодностью», пока папа не оставил меня под присмотром своего друга. Лев — взрослый, властный и пугающе притягательный. Узнав, что я не верю в страсть, он решил доказать обратное. Одна поездка по ночному городу, и его уверенные руки навсегда изменят моё представление о себе и о настоящем желании.
– Вот видишь, – он отошел на шаг, скрестил руки на груди, изучая меня. Но в уголках глаз таилась какая-то тёплая искорка. – Когда знаешь, на какие кнопки нажимать, всё получается. А у тебя, я вижу, кнопки отзывчивые.
Я сглотнула комок в горле.
– Спасибо, – прохрипела я. – За… инструктаж.
– Всегда пожалуйста, соседка. – Он улыбнулся, и эта улыбка была уже не просто дружеской, в ней была доля понимания, доля того пошлого подтекста, что висел в воздухе. – Если что, я тут часто бываю и всегда готов помочь… с корректировкой техники. Особенно, если дело касается… нестабильных положений.
Он развернулся и вышел, оставив меня одну с бешено колотящимся сердцем, горящими щеками и абсолютной уверенностью в одном: эта «корректировка техники» была самой откровенной, самой обжигающе-соблазнительной пыткой в моей жизни. И я, кажется, готова была на большее.
Я сглотнула комок в горле.
– Спасибо, – прохрипела я. – За… инструктаж.
– Всегда пожалуйста, соседка. – Он улыбнулся, и эта улыбка была уже не просто дружеской, в ней была доля понимания, доля того пошлого подтекста, что висел в воздухе. – Если что, я тут часто бываю и всегда готов помочь… с корректировкой техники. Особенно, если дело касается… нестабильных положений.
Он развернулся и вышел, оставив меня одну с бешено колотящимся сердцем, горящими щеками и абсолютной уверенностью в одном: эта «корректировка техники» была самой откровенной, самой обжигающе-соблазнительной пыткой в моей жизни. И я, кажется, готова была на большее.
Заинтересовать миллиардера? Стать его одержимостью? Глупо думать, что это не приведёт к крупным неприятностям. Поэтому, даже работая официанткой для элиты, я старалась лишний раз не привлекать внимание.
Вот только у меня всё равно появился особенный постоянный посетитель... А потом я узнала, какие слухи о нём ходят.
Вот только у меня всё равно появился особенный постоянный посетитель... А потом я узнала, какие слухи о нём ходят.
— Не то?! — Алина задохнулась от ярости. — Я что, слепая по-твоему?! В нашей постели! В День всех влюбленных! Сколько это уже продолжается?!
Олька, прикрываясь диванной подушкой, металась по комнате, собирая свои вещи.
— Я... я сейчас уйду... — пролепетала она.
— Да ты уже ушла! — закричала Алина, хватая с туалетного столика флакон духов и швыряя его в сторону девушки. — Вон! Сейчас же!
Когда дверь за рыжей захлопнулась, в квартире повисла гнетущая тишина. Дима стоял посреди комнаты, по его лицу текли капли пота.
— Дорогая, я могу объяснить...
Олька, прикрываясь диванной подушкой, металась по комнате, собирая свои вещи.
— Я... я сейчас уйду... — пролепетала она.
— Да ты уже ушла! — закричала Алина, хватая с туалетного столика флакон духов и швыряя его в сторону девушки. — Вон! Сейчас же!
Когда дверь за рыжей захлопнулась, в квартире повисла гнетущая тишина. Дима стоял посреди комнаты, по его лицу текли капли пота.
— Дорогая, я могу объяснить...
Я приехала на практику, думая, что это будет просто тяжёлая работа и временное одиночество. Но с первого дня я чувствую что-то запретное и опасное в взглядах, интонациях, слишком близких шагах. Мужчины здесь не скрывают интереса к молоденькой студентке, а моё тело реагирует раньше, чем я успеваю поставить границы...
— Тебе не холодно? — Олег появился в дверях, наливая себе бокал.
— Немного…
Он снял свой тёмный кардиган и накинул ей на плечи.
— Ты дрожишь.
Его руки не убрались сразу, а медленно провели по её коже, оставляя огненный след.
— Ты такая хрупкая…
Алиса замерла. Это было неправильно. Но она не могла пошевелиться.
— Немного…
Он снял свой тёмный кардиган и накинул ей на плечи.
— Ты дрожишь.
Его руки не убрались сразу, а медленно провели по её коже, оставляя огненный след.
— Ты такая хрупкая…
Алиса замерла. Это было неправильно. Но она не могла пошевелиться.
Я — та самая «пышечка», которую муж не только променял на тощих "цып", но и оскорбил до боли. Но когда я преобразилась, чтобы он навсегда понял, кого потерял, я встретила двоих мужчин, которые ценят настоящих и смелых женщин. С ними начинается новая жизнь — страстная, дерзкая и без компромиссов.
В постели с мужем стало скучно и не интересно. И я решила "прокачать" свою гибкость и подтянуть тело, отправившись в зал. И там я встречаю его... своего широкоплечего с фигурой Аполлона тренера по фитнесу. Его обжигающий сканирующий взгляд завораживает меня...
Ей — 34, она — строгий профессор. Ему — 19, он — её студент, потерявший голову с первой пары.
Дерзкий второкурсник не боится ни отчисления, ни сплетен. Он преследует её, дышит в затылок, пишет дурацкие курсовые только ради лишней минуты наедине. Она сдаётся — сначала в пустой аудитории, потом в машине, потом везде, где застанет жадное «сейчас или никогда».
Это не романтика. Это голод. Секс вместо разговоров, укусы вместо признаний, и стены института, которые помнят слишком много.
Но когда за игрой «преподаватель-студент» проступает что-то настоящее — бежать уже поздно.
Дерзкий второкурсник не боится ни отчисления, ни сплетен. Он преследует её, дышит в затылок, пишет дурацкие курсовые только ради лишней минуты наедине. Она сдаётся — сначала в пустой аудитории, потом в машине, потом везде, где застанет жадное «сейчас или никогда».
Это не романтика. Это голод. Секс вместо разговоров, укусы вместо признаний, и стены института, которые помнят слишком много.
Но когда за игрой «преподаватель-студент» проступает что-то настоящее — бежать уже поздно.
Подборка откровенной жесткой эротики
Выберите полку для книги