Книги в жанре «Жесткая эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
Мне следовало бежать. Я должна была закричать, сорвать фату со своих волос и убежать в никуда. Но голос Виктора, глубокий и властный, прорезал тишину, как лезвие ножа.
– Свадьба состоится, – его темные глаза, острые, как кремень, встретились с моими, призывая меня бросить ему вызов.
– Свадьба состоится, – его темные глаза, острые, как кремень, встретились с моими, призывая меня бросить ему вызов.
— Это Тамерлан, — быстро заговорил брат, не поднимая глаз. — Я ему должен. Очень много. Он сказал — или я отдаю долг, или он меня убьёт. А у меня нет денег. Но есть ты. Ты… ты отработаешь. Как служанка. Или… ну, как женщина.
Злость так овладела мной, что я смогла выплюнуть неумело впихнутую в рот тряпку.
— Ты продал меня? — я не верила своим ушам. — Ты, сволочь, продал родную сестру?!
Брат продал меня как вещь. За свои долги отдал в руки суровому кавказцу. Но оказавшись в его доме, я поняла, что интересна не только ему, но и его наглому брату, и они оба не хотели делить меня друг с другом...
Злость так овладела мной, что я смогла выплюнуть неумело впихнутую в рот тряпку.
— Ты продал меня? — я не верила своим ушам. — Ты, сволочь, продал родную сестру?!
Брат продал меня как вещь. За свои долги отдал в руки суровому кавказцу. Но оказавшись в его доме, я поняла, что интересна не только ему, но и его наглому брату, и они оба не хотели делить меня друг с другом...
Отец моего бывшего. Мой ректор. Мужчина, от которого я схожу с ума.
Это может разрушить мою жизнь.
Но когда он смотрит на меня своими синими глазами – я таю. Когда его голос становится хриплым, а пальцы касаются моей щеки – я забываю, как дышать.
И, кажется, я готова рискнуть всем, чтобы быть с ним.
Это может разрушить мою жизнь.
Но когда он смотрит на меня своими синими глазами – я таю. Когда его голос становится хриплым, а пальцы касаются моей щеки – я забываю, как дышать.
И, кажется, я готова рискнуть всем, чтобы быть с ним.
— Куда это ты собралась? — низким голосом спросил свёкор позади, притягивая ближе.
— Сначала нужно хорошенько насладиться завтраком, — лукаво шепнул его друг с другой стороны.
— И дополнить сладким кофейком, — отозвался ещё один друг свёкра с порога, закрывая собой выход.
Утро на даче после баньки оказалось не менее жарким. И в разгар жары на пороге возник ещё один гость, разогревая атмосферу до предела. Мне бы сбежать, но смогу ли, если от мужских взглядов перестаёт слушаться тело?
— Сначала нужно хорошенько насладиться завтраком, — лукаво шепнул его друг с другой стороны.
— И дополнить сладким кофейком, — отозвался ещё один друг свёкра с порога, закрывая собой выход.
Утро на даче после баньки оказалось не менее жарким. И в разгар жары на пороге возник ещё один гость, разогревая атмосферу до предела. Мне бы сбежать, но смогу ли, если от мужских взглядов перестаёт слушаться тело?
Мой жених берёт деньги у бандита и исчезает, оставив вместо денег меня.
Глеб приходит за долгом с моими запасными ключами и забирает меня в дом, где каждое его слово — приказ.
Я должна ненавидеть его и ждать Кирилла, но вскоре понимаю: предал меня не бандит.
Предал тот, за кого я собиралась выйти замуж.
Глеб приходит за долгом с моими запасными ключами и забирает меня в дом, где каждое его слово — приказ.
Я должна ненавидеть его и ждать Кирилла, но вскоре понимаю: предал меня не бандит.
Предал тот, за кого я собиралась выйти замуж.
Я всегда знала, что моя натура — это вечные качели, и сегодня я решила раскачать их до предела, пригласив на деловую встречу двух мужчин, которые оказались идеальными партнёрами для моего самого смелого эксперимента. Вместо скучных цифр и планов наш разговор быстро перерос в танец прикосновений и взглядов, где каждый из нас играл свою роль, но ведущей оставалась только я.
…Я продала себя дьяволу, чтобы спасти жизнь брата .
— Слушай меня внимательно, девочка, — прошипел он мне на ухо, наклоняясь так близко, что его борода щекотала мою щёку. — У меня есть к тебе предложение. Один месяц, тридцать дней ты живёшь у меня, спишь в моей постели, делаешь всё, что я прикажу. Абсолютно всё. И если за это время ты меня не разочаруешь — я прощу долг твоему брату.
— Слушай меня внимательно, девочка, — прошипел он мне на ухо, наклоняясь так близко, что его борода щекотала мою щёку. — У меня есть к тебе предложение. Один месяц, тридцать дней ты живёшь у меня, спишь в моей постели, делаешь всё, что я прикажу. Абсолютно всё. И если за это время ты меня не разочаруешь — я прощу долг твоему брату.
Я приехала в Черногорию просто отдохнуть. Солнце, море, свобода и две недели без проблем — именно это мне было нужно.
Но я не ожидала встретить их.
Ярика — рыжего, улыбчивого, того самого человека, рядом с которым хочется смеяться и забывать обо всём…
И Назара — молчаливого, загадочного, с которым даже тишина становится особенной.
Два мужчины. Два совершенно разных чувства. И оба смотрят на меня так, будто я — именно та, кого они ждали всю жизнь…
Я всегда думала, что любовь — это выбор. Но что делать, если сердце не хочет выбирать? Что делать, если самое красивое лето в моей жизни может стать самым опасным?
Потому что некоторые встречи заканчиваются вместе с отпуском.
А некоторые остаются с тобой навсегда.
Но я не ожидала встретить их.
Ярика — рыжего, улыбчивого, того самого человека, рядом с которым хочется смеяться и забывать обо всём…
И Назара — молчаливого, загадочного, с которым даже тишина становится особенной.
Два мужчины. Два совершенно разных чувства. И оба смотрят на меня так, будто я — именно та, кого они ждали всю жизнь…
Я всегда думала, что любовь — это выбор. Но что делать, если сердце не хочет выбирать? Что делать, если самое красивое лето в моей жизни может стать самым опасным?
Потому что некоторые встречи заканчиваются вместе с отпуском.
А некоторые остаются с тобой навсегда.
Лейла думала, что смерть — худшее, что может случиться. Она ошибалась. Худшее — это желать того, кто держит тебя в плену.
Гром — вождь. Два с половиной метра мышц, клыков и шрамов. Он не знает пощады. Не знает жалости. Но когда он вдохнул её запах — что-то внутри него сломалось. Что-то древнее и голодное. Что-то, что требовало её.
Он не взял её силой. Он сделал хуже — он дал ей выбор. И она осталась.
Теперь она живёт в его шатре. Спит на его шкурах. Чувствует его тепло каждую ночь. И с каждым днём всё меньше понимает, где заканчивается ненависть и начинается желание.
Он — зверь. Она — его добыча. Но добыча не всегда хочет спасаться.
Гром — вождь. Два с половиной метра мышц, клыков и шрамов. Он не знает пощады. Не знает жалости. Но когда он вдохнул её запах — что-то внутри него сломалось. Что-то древнее и голодное. Что-то, что требовало её.
Он не взял её силой. Он сделал хуже — он дал ей выбор. И она осталась.
Теперь она живёт в его шатре. Спит на его шкурах. Чувствует его тепло каждую ночь. И с каждым днём всё меньше понимает, где заканчивается ненависть и начинается желание.
Он — зверь. Она — его добыча. Но добыча не всегда хочет спасаться.
Украсть файлы у опасного олигарха и выпрыгнуть в окно, спасаясь от преследования? Сделано. Довериться двоим незнакомцам в лесной глуши? Пожалуй, самая горячая ошибка в моей жизни.
Они устанавливают здесь жесткие правила, а воздух между нами плавится от запретного притяжения. Мой разум позорно капитулирует перед сумасшедшим желанием, пока я судорожно пытаюсь перепрятать флешку.
Кто эти мужчины на самом деле? Зачем они прячут меня? Я пленница? Добыча? Скоро маски будут сброшены
Они устанавливают здесь жесткие правила, а воздух между нами плавится от запретного притяжения. Мой разум позорно капитулирует перед сумасшедшим желанием, пока я судорожно пытаюсь перепрятать флешку.
Кто эти мужчины на самом деле? Зачем они прячут меня? Я пленница? Добыча? Скоро маски будут сброшены
Подборка жесткой эротики
Выберите полку для книги