Книги в жанре «Жесткая эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
– Кто твой босс, Кристи?
– У меня три босса, – готова разреветься. – И каждый мечтает забрать меня себе.
– Классные мужики? – уточняет коллега.
– Ну как тебе сказать… Один – мой бывший. Другой – отчим. А третий…
Меня начинает трясти, когда я думаю о третьем.
– У меня три босса, – готова разреветься. – И каждый мечтает забрать меня себе.
– Классные мужики? – уточняет коллега.
– Ну как тебе сказать… Один – мой бывший. Другой – отчим. А третий…
Меня начинает трясти, когда я думаю о третьем.
— Быстро открыли дверь кабинета! — протестую. — Не нужны мне такие гинекологи!
Мои бывшие парни – мои гинекологи.
Ага, так жизнь надо мной подшутила. Тупо.
— А мы есть, — угрожающе шипит Денис.
— Милости просим на кресло. Это будет очень обстоятельный осмотр, — сладко ухмыляется Артём.
— Сама пойдешь. Или мы тебе поможем.
Мои бывшие парни – мои гинекологи.
Ага, так жизнь надо мной подшутила. Тупо.
— А мы есть, — угрожающе шипит Денис.
— Милости просим на кресло. Это будет очень обстоятельный осмотр, — сладко ухмыляется Артём.
— Сама пойдешь. Или мы тебе поможем.
Я застряла. Точнее конкретно попала в плен своих бывших парней-гинекологов.
— Ну и что будем с ней делать? — спрашивает один демон гинекологии.
— Что-что? У нее проблемы с чувствительность. Будем лечить.
— Я не согласна! — противлюсь, а саму всю трясет.
— Тогда помощь будет принудительная, — отвечают мои личные терзатели в один голос.
— Ну и что будем с ней делать? — спрашивает один демон гинекологии.
— Что-что? У нее проблемы с чувствительность. Будем лечить.
— Я не согласна! — противлюсь, а саму всю трясет.
— Тогда помощь будет принудительная, — отвечают мои личные терзатели в один голос.
– Стой! – бросается ко мне.
Дергает дверь сауны.
– Что?
– Ты нас тут заперла, – выдает друг мужа, которого я ненавижу.
– Что теперь делать? – становится жутко.
Так жарко, и я заперта тут с этим озабоченным зверем.
– Вставать в позу, – прижимает меня к стенке. – Буду наказывать тебя за проступок.
Дергает дверь сауны.
– Что?
– Ты нас тут заперла, – выдает друг мужа, которого я ненавижу.
– Что теперь делать? – становится жутко.
Так жарко, и я заперта тут с этим озабоченным зверем.
– Вставать в позу, – прижимает меня к стенке. – Буду наказывать тебя за проступок.
– Что вы собираетесь со мной делать, животные? – выплевываю.
Впрочем, работников это только веселит.
– Дамочка у нас дерзкая, – смеется здоровый блондин.
– Мы научим ее быть послушной, раз муж не справился, – ржет второй.
– Он и с супружеским долгом не справился, но мы будем за него.
***
Они чинят вентиляцию в моем доме. Я хозяйка, они грязь из-под ногтей, но все меняется, когда я становлюсь пленницей этих двух мачо.
Впрочем, работников это только веселит.
– Дамочка у нас дерзкая, – смеется здоровый блондин.
– Мы научим ее быть послушной, раз муж не справился, – ржет второй.
– Он и с супружеским долгом не справился, но мы будем за него.
***
Они чинят вентиляцию в моем доме. Я хозяйка, они грязь из-под ногтей, но все меняется, когда я становлюсь пленницей этих двух мачо.
— Какие формы, сладкая! — друг мужа нагло ухмыляется.
— Не смей ко мне подходить! — кричу.
— Не надрывайся, — слышу знакомый хриплый голос. — Никто не услышит. Мы на турбазе одни.
Второй дружок мужа пожаловал.
— М-м, она была такой зайкой, когда застряла на этой кровати. Надо повторить.
— Не смей ко мне подходить! — кричу.
— Не надрывайся, — слышу знакомый хриплый голос. — Никто не услышит. Мы на турбазе одни.
Второй дружок мужа пожаловал.
— М-м, она была такой зайкой, когда застряла на этой кровати. Надо повторить.
Он с Кавказа, старше. Властный. Пугает одним взглядом.
— Иди, — манит меня как зверька. — Обслуживать будешь.
— Я не могу. Вам нужен кто-то другой.
— Ты моя, девочка! Будешь делать все, что я говорю. Любое желание исполнишь!
— Иди, — манит меня как зверька. — Обслуживать будешь.
— Я не могу. Вам нужен кто-то другой.
— Ты моя, девочка! Будешь делать все, что я говорю. Любое желание исполнишь!
Ты умрёшь, а я буду жить…
Ты умрёшь…
Я смотрела на свою сводную сестру и ужасалась: как при такой кукольной внешности она могла быть таким монстром? Она забрала всё, что у меня было: любовь семьи, любимого. Но ей этого оказалось мало — теперь ей нужна была моя жизнь.
Я смотрела на неё, как в зеркало, и не могла понять, как моя любимейшая, вечно больная сестрёнка могла потребовать от меня мою же жизнь.
— Ты умрёшь, отдашь мне своё сердце — оно ведь теперь тебе не нужно, а мне — да…
Ты умрёшь…
Я смотрела на свою сводную сестру и ужасалась: как при такой кукольной внешности она могла быть таким монстром? Она забрала всё, что у меня было: любовь семьи, любимого. Но ей этого оказалось мало — теперь ей нужна была моя жизнь.
Я смотрела на неё, как в зеркало, и не могла понять, как моя любимейшая, вечно больная сестрёнка могла потребовать от меня мою же жизнь.
— Ты умрёшь, отдашь мне своё сердце — оно ведь теперь тебе не нужно, а мне — да…
— Теперь ты понимаешь, кто здесь хозяин? — спросил он тихим властным шепотом, отпуская мою кисть, прикованную наручником к кровати.
— Да, — выдохнула я, даже не пытаясь сбежать.
— Кто ты?
— Ваша игрушка, — прошептала я.
— Правильно.
И тут я услышала, как щелкнул кожаный ремень.
Простая смена уборщицей в элитном клубе обернулась тем, что клиент спутал меня с заказанной на ночь женщиной. И теперь мне предстояло погрузиться в новый мир – с мужчиной, который привык брать всё, что захочет.
— Да, — выдохнула я, даже не пытаясь сбежать.
— Кто ты?
— Ваша игрушка, — прошептала я.
— Правильно.
И тут я услышала, как щелкнул кожаный ремень.
Простая смена уборщицей в элитном клубе обернулась тем, что клиент спутал меня с заказанной на ночь женщиной. И теперь мне предстояло погрузиться в новый мир – с мужчиной, который привык брать всё, что захочет.
— Т-ты! — смотрю на старшего брата подруги в кабинете гинеколога в ужасе. — Т-ты не можешь! — почти визжу.
Да мой шок в шоке!
— Выдохни, цветик, — красавчик соблазнительно лыбится уголком губы. — Я все могу. И многое практикую, — показушно вырастает прямо передо мной такой огромный, широкоплечий.
— Я требую другого врача! — истерично ору на весь кабинет. На всю больницу.
А Страхов чуть склоняется, самым кончиком носа ведёт по моей скуле, заставляя вздрогнуть, и шепчет на краю моих губ:
— Не переживай, цветик, тебе со мной понравится!
Да мой шок в шоке!
— Выдохни, цветик, — красавчик соблазнительно лыбится уголком губы. — Я все могу. И многое практикую, — показушно вырастает прямо передо мной такой огромный, широкоплечий.
— Я требую другого врача! — истерично ору на весь кабинет. На всю больницу.
А Страхов чуть склоняется, самым кончиком носа ведёт по моей скуле, заставляя вздрогнуть, и шепчет на краю моих губ:
— Не переживай, цветик, тебе со мной понравится!
Подборка жесткой эротики
Выберите полку для книги