Книги по тегу «властный герой сильная героиня»: ""
Том 4.
— Перестаньте стонать, мой шейх! Я же вижу, вам хорошо…
Тусить с сыном шейха круто. Рожать от него детей — тоже неплохо. Именно так поступила моя сестра, родив дочку от Адама.
Но вся эта восточная сказка рушится в один миг, когда между братьями разворачивается жестокая война за трон. Война, в которой не бывает пленных. В которой есть только рычаги давления.
И этим самым рычагом внезапно оказалась я. Меня нужно похитить, увезти силой из страны и использовать в чужой игре? Ага, сейчас! А по зубам не хотите, горячие восточные красавцы?Будет вам игра на выживание по моим правилам!
И всё остальное тоже будет, мой шейх Карим Али Юсуф... Вы еще пожалеете, что решили связаться с русской девушкой!
— Перестаньте стонать, мой шейх! Я же вижу, вам хорошо…
Тусить с сыном шейха круто. Рожать от него детей — тоже неплохо. Именно так поступила моя сестра, родив дочку от Адама.
Но вся эта восточная сказка рушится в один миг, когда между братьями разворачивается жестокая война за трон. Война, в которой не бывает пленных. В которой есть только рычаги давления.
И этим самым рычагом внезапно оказалась я. Меня нужно похитить, увезти силой из страны и использовать в чужой игре? Ага, сейчас! А по зубам не хотите, горячие восточные красавцы?Будет вам игра на выживание по моим правилам!
И всё остальное тоже будет, мой шейх Карим Али Юсуф... Вы еще пожалеете, что решили связаться с русской девушкой!
– Ты забыл о традиции, Алишер.
– Какая еще традиция? – он фыркает, но в его голосе слышится неуверенность. – Это древний бред.
– Не в нашей семье, – парирует Камиль. Он делает еще один шаг, и теперь он совсем близко. Его рост, его ширина плеч заставляют Алишера инстинктивно отступить на полшага, прикрывая меня собой. Как будто я уже его добыча, которую у него пытаются отнять. – Право первой ночи. Мое право. Как старшего в роду.
Алишер издает какой-то животный, подавленный звук.
– Ты серьезно? Ты хочешь воспользоваться этим? Сейчас?
– Я не хочу, – голос Камиля все так же спокоен, но в нем появляется стальная твердость. – Я требую то, что положено мне по праву.
Меня выдали замуж за нелюбимого человека. Но его старший брат решил воспользоваться древней традицией - право на первую ночь со мной.
– Какая еще традиция? – он фыркает, но в его голосе слышится неуверенность. – Это древний бред.
– Не в нашей семье, – парирует Камиль. Он делает еще один шаг, и теперь он совсем близко. Его рост, его ширина плеч заставляют Алишера инстинктивно отступить на полшага, прикрывая меня собой. Как будто я уже его добыча, которую у него пытаются отнять. – Право первой ночи. Мое право. Как старшего в роду.
Алишер издает какой-то животный, подавленный звук.
– Ты серьезно? Ты хочешь воспользоваться этим? Сейчас?
– Я не хочу, – голос Камиля все так же спокоен, но в нем появляется стальная твердость. – Я требую то, что положено мне по праву.
Меня выдали замуж за нелюбимого человека. Но его старший брат решил воспользоваться древней традицией - право на первую ночь со мной.
Когда землю родную кони кочевников топчут, несмет
ное войско Степного Хана земли древние захватить хочет,
не может княжна Ярка, дочь старшая князя Вэзелика Павеча,
в граде Великий Светлок оставаться. Кафтан мужской цвета
лазоревого с вышивкой золотой на плечи хрупкие ложится.
Волос серебряный в косу тугую заплетён. Юность лика княжны
шапка с окантовкой горностая скрывает. Конь верный Багрянец
в нетерпении уж извёлся. Меч в руке силу даёт с врагом биться,
себя не жалея. Да только взгляд врага, в бою перехваченный,
душу юную смутил, чувства неведомые в сердце девичьем заро
дил… И ожила сказка: дракон мира лунного Зеферант крыльями
серебро ковыля волнует, русалки смеются, жизнь без горестей
обещают, птица Сирин будущее вещает, колдун Рангнар на ска
лы хрустальные заклинание накладывает, ведьма древняя Акана
клинок заговорённый готовит.
ное войско Степного Хана земли древние захватить хочет,
не может княжна Ярка, дочь старшая князя Вэзелика Павеча,
в граде Великий Светлок оставаться. Кафтан мужской цвета
лазоревого с вышивкой золотой на плечи хрупкие ложится.
Волос серебряный в косу тугую заплетён. Юность лика княжны
шапка с окантовкой горностая скрывает. Конь верный Багрянец
в нетерпении уж извёлся. Меч в руке силу даёт с врагом биться,
себя не жалея. Да только взгляд врага, в бою перехваченный,
душу юную смутил, чувства неведомые в сердце девичьем заро
дил… И ожила сказка: дракон мира лунного Зеферант крыльями
серебро ковыля волнует, русалки смеются, жизнь без горестей
обещают, птица Сирин будущее вещает, колдун Рангнар на ска
лы хрустальные заклинание накладывает, ведьма древняя Акана
клинок заговорённый готовит.
Я медленно поднимаю глаза и замираю. У нашего столика стоит высокая блондинка – настоящая красавица, словно сошедшая с обложки глянцевого журнала.
- Здравствуйте, - произносит она, и ее голос оказывается таким же совершенным, как и внешность. Она улыбается торжественной белоснежной улыбкой, которая, освещает весь ресторан.
Андрей мгновенно встает из-за стола. Его движения быстрые, почти поспешные. Он протягивает руку к незнакомке и обнимает ее за талию – так естественно, словно делал это тысячи раз.
От такой наглости мои глаза расширяются до размеров пятирублевой монеты. Дыхание перехватывает, а в ушах звенит. Время словно останавливается, и я слышу только бешеный стук собственного сердца.
- Саша, это был наш последний ужин, познакомься, - голос Андрея звучит спокойно, даже равнодушно, - это Карина. И она родит мне сына...
- Здравствуйте, - произносит она, и ее голос оказывается таким же совершенным, как и внешность. Она улыбается торжественной белоснежной улыбкой, которая, освещает весь ресторан.
Андрей мгновенно встает из-за стола. Его движения быстрые, почти поспешные. Он протягивает руку к незнакомке и обнимает ее за талию – так естественно, словно делал это тысячи раз.
От такой наглости мои глаза расширяются до размеров пятирублевой монеты. Дыхание перехватывает, а в ушах звенит. Время словно останавливается, и я слышу только бешеный стук собственного сердца.
- Саша, это был наш последний ужин, познакомься, - голос Андрея звучит спокойно, даже равнодушно, - это Карина. И она родит мне сына...
Мой муж, мой Денис, тот самый человек, которому я доверила всю свою жизнь, сидит в нескольких метрах от меня с какой-то незнакомой девчонкой и нежно целует ее руки, глядя в ее глаза с обожанием.
Двадцать пять лет брака, четверть века совместной жизни рушатся прямо сейчас, за одну эту невыносимую минуту, за одно - это чудовищное зрелище, за толстым стеклом нашего любимого ресторана…
***
Думаешь, я буду тихо плакать в углу и покорно приму свою участь брошенной жены?
Медленно поднимаю голову, расправляю плечи, набираю полную грудь воздуха. Внутри все еще бушует ураган боли и ярости, но сейчас гнев дает мне силы. Решительным шагом направляюсь к входу в ресторан. Пришло время расставить все точки над "i"...
Двадцать пять лет брака, четверть века совместной жизни рушатся прямо сейчас, за одну эту невыносимую минуту, за одно - это чудовищное зрелище, за толстым стеклом нашего любимого ресторана…
***
Думаешь, я буду тихо плакать в углу и покорно приму свою участь брошенной жены?
Медленно поднимаю голову, расправляю плечи, набираю полную грудь воздуха. Внутри все еще бушует ураган боли и ярости, но сейчас гнев дает мне силы. Решительным шагом направляюсь к входу в ресторан. Пришло время расставить все точки над "i"...
Я вошёл в храм богини любви Сатхар, которая обещала всем исполнить их желания о семье и браке. Священнослужитель в белых длинных одеждах, увидев меня, обмер и, похоже, перестал дышать. Обычная реакция всех, кто меня видит.
Я — главный советник его величества короля Зигмунда Второго Великого. Меня боялись везде, особенно за пределами нашего королевства. Если я приезжал на переговоры, то они непременно проходили в нашу пользу.
Я — палач.
Я — секира своего короля.
Я — возмездие и справедливость в одном лице.
Только ни одна женщина не согласна тащить на себе такой крест и продолжать мой род.
— Священник, — окликнул я басом замершего человека, даже не смотря на него, — покажи мне купель богини. Я хочу испить воды.
— Но вы... Она... — пытался что-то промямлить упрямец, но я одарил его взглядом, подняв бровь. Он быстро заморгал и поклонился мне.
— Будет сделано, господин Арах, Секущий Меч, — произнёс священник и засеменил ногами к одной из дверей, распахивая её и предлагая во
Я — главный советник его величества короля Зигмунда Второго Великого. Меня боялись везде, особенно за пределами нашего королевства. Если я приезжал на переговоры, то они непременно проходили в нашу пользу.
Я — палач.
Я — секира своего короля.
Я — возмездие и справедливость в одном лице.
Только ни одна женщина не согласна тащить на себе такой крест и продолжать мой род.
— Священник, — окликнул я басом замершего человека, даже не смотря на него, — покажи мне купель богини. Я хочу испить воды.
— Но вы... Она... — пытался что-то промямлить упрямец, но я одарил его взглядом, подняв бровь. Он быстро заморгал и поклонился мне.
— Будет сделано, господин Арах, Секущий Меч, — произнёс священник и засеменил ногами к одной из дверей, распахивая её и предлагая во
Линнаэль, сильная чародейка и владелица цирка, покупает на невольничьем рынке нового «питомца» — оборотня-дракона по имени Бастиан. Он дик, красив и полон ненависти. Идеальная игрушка. Её магия не позволяет ему причинить ей вред, а всё остальное — дело техники. Цепи, плеть, властные приказы… и пьянящая близость, в которой стирается грань между болью и наслаждением. Только вот что случится, когда её магия контроля иссякнет? Сумеет ли Линнаэль укротить дракона, не потеряв при этом собственное сердце?
🔥Яна — богатая, властная, одинокая. Ее пышное тело — тюрьма, построенная чужими насмешками. Ее сердце сковано льдом.
Валерий — мужчина, который не боится ни ее власти, ни ее прошлого. Он видит под маской босса — израненную женщину. Под строгим костюмом — роскошные формы, достойные поклонения.
Их связь — это игра с огнем. БДСМ-практики для него — не извращение, а язык предельной честности и доверия. Для нее — шанс сбросить оковы контроля и позволить себе быть слабой, чтобы стать по-настоящему сильной.
🔥История о том, как самая большая уязвимость может стать величайшей силой. Роман для тех, кто верит, что настоящая страсть начинается там, где заканчивается страх.🔥
Валерий — мужчина, который не боится ни ее власти, ни ее прошлого. Он видит под маской босса — израненную женщину. Под строгим костюмом — роскошные формы, достойные поклонения.
Их связь — это игра с огнем. БДСМ-практики для него — не извращение, а язык предельной честности и доверия. Для нее — шанс сбросить оковы контроля и позволить себе быть слабой, чтобы стать по-настоящему сильной.
🔥История о том, как самая большая уязвимость может стать величайшей силой. Роман для тех, кто верит, что настоящая страсть начинается там, где заканчивается страх.🔥
Кардианское царство, жемчужина Ойкумены, земля плодородных равнин, алых лесов, доисторических джунглей и высоких гор, хранит свои зловещие тайны. Глубоко под землёй, среди скал и пустынных долин, где до сих пор возвышаются руины покинутых городов, древние силы наблюдали, выжидали, веками искали момента. И когда он настал, нанесли удар.
Филомения, царица без трона, вынужденная силой отвоёвывать у узурпатора то, что принадлежит ей по праву, столкнулась с бедствиями, которых ещё не знал мир. Ярость братоубийственной войны захлестывает Кардию, даже вернейший соратник может оказаться предателем, разорённую и ослабленную державу раздирают на части захватчики, пока во мраке растёт и множится иная сила, рядом с которой ничтожно даже величие славнейших царей.
Нет смертного, которому по силам выдержать такую ношу, но у Филомении нет выбора – если она хочет, чтобы её народ и её держава уцелели в страшнейшей войне за многие века, царевне необходимо превозмочь сами пределы тела и духа.
Филомения, царица без трона, вынужденная силой отвоёвывать у узурпатора то, что принадлежит ей по праву, столкнулась с бедствиями, которых ещё не знал мир. Ярость братоубийственной войны захлестывает Кардию, даже вернейший соратник может оказаться предателем, разорённую и ослабленную державу раздирают на части захватчики, пока во мраке растёт и множится иная сила, рядом с которой ничтожно даже величие славнейших царей.
Нет смертного, которому по силам выдержать такую ношу, но у Филомении нет выбора – если она хочет, чтобы её народ и её держава уцелели в страшнейшей войне за многие века, царевне необходимо превозмочь сами пределы тела и духа.
К глазам подступили слезы. Я поспешно смахнула их со щеки, чтобы незнакомец не увидел мою слабость. Не нужна мне ничья жалость. Не смотря ни на что, я буду оставаться сильной и верить, что однажды моя жизнь круто изменится в лучшую сторону.
Мелькнула очередная смутная мысль сбежать, но было слишком поздно. Жизнь моя загублена, идти некуда. А главное, я не знала, куда меня везут.
Понятно, что хуже уже не будет, тут сомнений не возникало, но кто же он, этот незнакомец? Что он собирается делать со мной?
Наверное, моя детская наивность и невинность, любопытство и желание лучшей жизни подтолкнули меня последовать за ним. Я не осознавала, не отдавала себе отчета в том, что делаю.
Но дело сделано. Нет пути назад.
18+
Мелькнула очередная смутная мысль сбежать, но было слишком поздно. Жизнь моя загублена, идти некуда. А главное, я не знала, куда меня везут.
Понятно, что хуже уже не будет, тут сомнений не возникало, но кто же он, этот незнакомец? Что он собирается делать со мной?
Наверное, моя детская наивность и невинность, любопытство и желание лучшей жизни подтолкнули меня последовать за ним. Я не осознавала, не отдавала себе отчета в том, что делаю.
Но дело сделано. Нет пути назад.
18+
Выберите полку для книги