Книги по тегу «врачи»: ""
Эльдар тот, кого я бросила перед самой свадьбой… Тот, от кого сбежала с его ребеночком в животе. Эльдар ничего не знает о сыне! И я не хочу чтобы он догадался… Мой бывший отрывает взгляд от компьютера, и…
— Настя?
Воцаряется тишина. Такая, что хоть ножом режь. Сидящая рядом медсестра с интересом на меня смотрит. А я разглядываю пол, ни живая, ни мертвая. Эльдар поднимается, обходит стол и, не спуская взгляда с моего сына, произносит:
— Красивый мальчик, — взгляд его темных глаз прожигает. И в них я чувствую немой вопрос. Но я знаю что гордость задать его не позволит. По крайней мере при посторонних, — Не знал что ты родила ребенка.
___
Эльдар считается одним из лучших неврологов города. Он берет самые сложные случаи. А у меня именно такой.
— Настя?
Воцаряется тишина. Такая, что хоть ножом режь. Сидящая рядом медсестра с интересом на меня смотрит. А я разглядываю пол, ни живая, ни мертвая. Эльдар поднимается, обходит стол и, не спуская взгляда с моего сына, произносит:
— Красивый мальчик, — взгляд его темных глаз прожигает. И в них я чувствую немой вопрос. Но я знаю что гордость задать его не позволит. По крайней мере при посторонних, — Не знал что ты родила ребенка.
___
Эльдар считается одним из лучших неврологов города. Он берет самые сложные случаи. А у меня именно такой.
— И я тебя узнал, сладкая, - он похотливо облизнулся. — Эй, Ден! - крикнул другу, не отпуская моих запястий, в которые вцепился как клещ. — Да ведь эта та девка, которая меня позавчера обломала. Я тебе рассказывал.
Его голос стал тише, когда вновь обратился ко мне:
— В клубе ты была совсем другой, раскрепощённой, при мейке. А в жизни… невинную строишь? Ничего. Мне так больше нравится!
Нет-нет! Это ошибка. Очень-очень большая! Я правда скромница, я не такая! Но мой рот быстро заткнули, не позволив ответить…
Его голос стал тише, когда вновь обратился ко мне:
— В клубе ты была совсем другой, раскрепощённой, при мейке. А в жизни… невинную строишь? Ничего. Мне так больше нравится!
Нет-нет! Это ошибка. Очень-очень большая! Я правда скромница, я не такая! Но мой рот быстро заткнули, не позволив ответить…
Не трогай старинные книги и не получишь проблем.
Врач скорой помощи, Валерия Славская прикоснулась к древней книге, но даже в страшном сне не могла представить, какие последствия её настигнут.
Ждёт её другой мир, магический договор, «связавший» по рукам и ногам. Ещё старинный мрачный особняк и привидение эльфа, за которого Лера должна в течение года выйти замуж, иначе пополнит ряды своих предшественниц – станет тринадцатой покойной невестой эльфа.
Лера – врач скорой помощи, она имеет крепкие нервы и умеет работать в любой ситуации. Подход найдёт даже к привидению.
Но прежде чем влюблять в себя несговорчивого призрака, следует привести в порядок дом.
Врач скорой помощи, Валерия Славская прикоснулась к древней книге, но даже в страшном сне не могла представить, какие последствия её настигнут.
Ждёт её другой мир, магический договор, «связавший» по рукам и ногам. Ещё старинный мрачный особняк и привидение эльфа, за которого Лера должна в течение года выйти замуж, иначе пополнит ряды своих предшественниц – станет тринадцатой покойной невестой эльфа.
Лера – врач скорой помощи, она имеет крепкие нервы и умеет работать в любой ситуации. Подход найдёт даже к привидению.
Но прежде чем влюблять в себя несговорчивого призрака, следует привести в порядок дом.
«Аня, у нас с Игнатом будет ребёнок. Я на третьей неделе беременности, долго не получалось зачать, и вот, спустя сотни безрезультатных попыток, я, наконец, беременна. Представляешь?!
Ты уж прости меня, подруга, если сможешь. С твоим мужем у нас любовь!
По-женски я тебя искренне понимаю. Ведь это грустно, когда в силу своего порока не можешь осчастливить мужчину. Я верю, что у тебя всё впереди и ты ещё встретишь своего человека!».
Ч-что это? Чья-то злая шутка?!
Из моих дрожащих рук вместе с клочком бумажки, найденной в косметичке, на пол летит и тест на беременность с долгожданными двумя полосками…
Ты уж прости меня, подруга, если сможешь. С твоим мужем у нас любовь!
По-женски я тебя искренне понимаю. Ведь это грустно, когда в силу своего порока не можешь осчастливить мужчину. Я верю, что у тебя всё впереди и ты ещё встретишь своего человека!».
Ч-что это? Чья-то злая шутка?!
Из моих дрожащих рук вместе с клочком бумажки, найденной в косметичке, на пол летит и тест на беременность с долгожданными двумя полосками…
Взвизгнув, резко распахнула дверь и опрометью кинулась в своё убежище, на ходу потеряв один из тапочек.
— Стой! — донеслось мне вслед, когда я уже сломя голову прыгала через две ступеньки на первый этаж.
Добежав до своей каморки, заперлась и, забившись в угол кушетки, служившей мне кроватью, тихо всхлипнула.
Наверняка это был сам главврач. Мы с ним больше не пересекались с того дня в кафе. Я даже не знала, как он выглядит. Но подсознательно избегала встреч с хоть немного похожими мужчинами. Ведь я видела Сергея Александровича только со спины.
Почему-то он пугал меня до чёртиков. Казалось, что стоит ему меня увидеть, и он всё поймёт. Поймёт, что я живу прямо здесь, в клинике. Всё вскроется, и нас всех уволят.
— Стой! — донеслось мне вслед, когда я уже сломя голову прыгала через две ступеньки на первый этаж.
Добежав до своей каморки, заперлась и, забившись в угол кушетки, служившей мне кроватью, тихо всхлипнула.
Наверняка это был сам главврач. Мы с ним больше не пересекались с того дня в кафе. Я даже не знала, как он выглядит. Но подсознательно избегала встреч с хоть немного похожими мужчинами. Ведь я видела Сергея Александровича только со спины.
Почему-то он пугал меня до чёртиков. Казалось, что стоит ему меня увидеть, и он всё поймёт. Поймёт, что я живу прямо здесь, в клинике. Всё вскроется, и нас всех уволят.
– Решила сделать из меня идиота? – муж кривит губы в презрительной улыбке.
– Я не понимаю, – шепчу умоляюще, прижимая к себе новорождённого сынишку. – Это какая-то шутка?
– Да где уж там, если ты собиралась подсунуть мне чужого ребёнка! – выплёвывает он. – Хороша шуточка, нечего сказать!
Меня обвинили в измене, бросили выживать одну вместе с крошкой-сыном. И мы справлялись… Но теперь моему мальчику нужна помощь, а ради этого я пойду на всё. Даже на поклон к человеку, отказавшемуся признавать своего ребёнка.
– Я не понимаю, – шепчу умоляюще, прижимая к себе новорождённого сынишку. – Это какая-то шутка?
– Да где уж там, если ты собиралась подсунуть мне чужого ребёнка! – выплёвывает он. – Хороша шуточка, нечего сказать!
Меня обвинили в измене, бросили выживать одну вместе с крошкой-сыном. И мы справлялись… Но теперь моему мальчику нужна помощь, а ради этого я пойду на всё. Даже на поклон к человеку, отказавшемуся признавать своего ребёнка.
Я обречена на мучения и ноющую мышечную боль во всем теле без качественного массажа. И нервирующее напряжение иного плана. Мое спасение — выбешивающий сводный брат поганец. Обаятельный душка, лютый черт, гребаный сексуальный бог и профессиональный массажист в одном флаконе.
Проблема лишь в том, что мы с ним вроде ненавидим друг друга. Ладим по праздникам.
Но во мне накопилось такое напряжение, а руки у него божественные.
Проблема лишь в том, что мы с ним вроде ненавидим друг друга. Ладим по праздникам.
Но во мне накопилось такое напряжение, а руки у него божественные.
На ночь глядя порог дома Соболевых переступила приёмная дочь маминой подруги. Зареванная. Преданная своим парнем и лучшей подругой. «Изменил мерзавец такой хорошей девочке!», — синхронно поддерживали несчастную мои родители.
— Сын, что я тебе вдалбливал в твою умную голову перед поступлением в медицинский? — деловито интересуется отец.
— Припомни, — складываю руки на груди, искоса поглядывая на Злату. От её ответного взгляда в жилах кровь стынет. Точно ведьма!
— О женской и мужской репродуктивных системах, их взаимосвязи и последствиях, сынок.
— Вспомнил, — ухмыляюсь я.
— Не о том, дурень, — даёт мне подзатыльник. — Мне в отделение нужна молодая кровь. Покажи Злате кафедру гинекологии. Такие люди как она на вес золота в нашей семье.
Выполнил всё, как было велено. Местами пришлось переусердствовать ради достижения результата... Батя мне голову оторвёт!
— Сын, что я тебе вдалбливал в твою умную голову перед поступлением в медицинский? — деловито интересуется отец.
— Припомни, — складываю руки на груди, искоса поглядывая на Злату. От её ответного взгляда в жилах кровь стынет. Точно ведьма!
— О женской и мужской репродуктивных системах, их взаимосвязи и последствиях, сынок.
— Вспомнил, — ухмыляюсь я.
— Не о том, дурень, — даёт мне подзатыльник. — Мне в отделение нужна молодая кровь. Покажи Злате кафедру гинекологии. Такие люди как она на вес золота в нашей семье.
Выполнил всё, как было велено. Местами пришлось переусердствовать ради достижения результата... Батя мне голову оторвёт!
– Соня, у девочки угроза выкидыша, – кидает мне Арина. – Иди поставь капельницу.
– Привет. Давай ручку, – надеваю перчатки и прощупываю ее венки. – Все будет хорошо. Сейчас прокапаем тебя, понаблюдаем.
– Ты Соня, да? – приподнимается на локте. – Жена Руса?
– Верно, – замираю с иглой в пальцах. – Мы вроде бы не встречались лично.
– Неа… Ты, Сонь, подожди с капельницей, – улыбается криво. – Нам поговорить надо. У него совести не хватает тебя бросить. Все тянет. Мучается.
– Это шутка какая-то? – невольно отшатываюсь от койки.
– Нет, это жизнь, Сонь, – Марина хлопает наращенными ресницами. – У меня страстный роман с твоим мужем. Давно. Уже почти год. И даже более того, ребенок его.
Их ребенок? А как же мой ребенок, о котором он еще не знает?
Выбегаю из палаты и натыкаюсь на Руслана.
– Сонечка, ты чего? – хватает меня за плечи.
Он же должен быть на дежурстве в другом корпусе. К любовнице пришел?
– Привет. Давай ручку, – надеваю перчатки и прощупываю ее венки. – Все будет хорошо. Сейчас прокапаем тебя, понаблюдаем.
– Ты Соня, да? – приподнимается на локте. – Жена Руса?
– Верно, – замираю с иглой в пальцах. – Мы вроде бы не встречались лично.
– Неа… Ты, Сонь, подожди с капельницей, – улыбается криво. – Нам поговорить надо. У него совести не хватает тебя бросить. Все тянет. Мучается.
– Это шутка какая-то? – невольно отшатываюсь от койки.
– Нет, это жизнь, Сонь, – Марина хлопает наращенными ресницами. – У меня страстный роман с твоим мужем. Давно. Уже почти год. И даже более того, ребенок его.
Их ребенок? А как же мой ребенок, о котором он еще не знает?
Выбегаю из палаты и натыкаюсь на Руслана.
– Сонечка, ты чего? – хватает меня за плечи.
Он же должен быть на дежурстве в другом корпусе. К любовнице пришел?
— Стас, умоляю, спаси ее... — заплаканными глазами смотрю на мужчину. На свою последнюю надежду.
— Чей это ребенок? — голос бывшего гремит раскатами грома, пронзая насквозь. В самое сердце. — Мой? Отвечай!
***
Я научилась справляться сама. Жить без него. На руках с маленьким ребёнком. Его ребёнком.
И теперь, спустя столько лет, я должна посмотреть в такие родные и одновременно чужие глаза бывшего, умоляя его о помощи.
— Чей это ребенок? — голос бывшего гремит раскатами грома, пронзая насквозь. В самое сердце. — Мой? Отвечай!
***
Я научилась справляться сама. Жить без него. На руках с маленьким ребёнком. Его ребёнком.
И теперь, спустя столько лет, я должна посмотреть в такие родные и одновременно чужие глаза бывшего, умоляя его о помощи.
Выберите полку для книги