Книги по тегу «героиня 40+»: ""

ЗАКОНЧЕНА
Молодая "жена" моего мужа - беременна, а я должна отправиться в психушку!
- Мельников...Андрей Юрьевич, - слышу молодой женский голос, - что с ним?
- Кто вы ему? - это медсестра.
- Я его жена! У нас ребенок скоро будет!
Словно кирпичом по голове...Даже голова кружится. Хватаюсь за стену.
Она его жена!
А я тогда кем была двадцать лет?! Ну уж нет! У нас многоженство запрещено! Сейчас покажу им, кто здесь жена!

– А теперь повтори мне в лицо всё, что только что здесь говорил! – требую у мужа. Голос звенит от возмущения, меня трясет от ярости. Он сказал друзьям, что я “обабилась”, и супружеский долг превратился для него в “каторжные работы”!
– Ты что, подслушивала? Совсем опустилась! Скройся с глаз! Знай свое место! – кричит в ответ муж.
Больше двадцати лет брака, взрослый сын… Неужели все это время я не знала этого человека? И он меня тоже? Что ж, сам пусть знает свое место! Такого унижения я ему не прощу!

– Лева, кто это? – любовница моего мужа, похоже, очень уверенно себя чувствует.

– Это моя жена! – цедит сквозь зубы Лева, – И я тебе про нее говорил. Все, иди!

– Ты говорил что я твоя жена! – в голосе обида и глубочайшее возмущение. А я никак не пойму: что у Левы в голове? Нашел двадцатилетнюю проститутку в свои сорок семь, чтобы что? Хотя, вон какой многопрофильный специалист Виолетта! И в массаже разбирается, и в криптовалюте. А надо, еще и наколдует.

— Что это?
— Подарок… тебе, — увидев в моих руках игрушку, Данияр сильно краснеет. Мы женаты пятнадцать лет. К чему тогда это смущение?
На 8 марта я получила от мужа подарок с намеком, хотя ждала блендер. А вот моя подруга, напротив, ожидала от любимого мужчины подобную игрушку и неприятно удивилась, когда курьер принес ей …блендер. Совпадение? Не думаю…

Курьер перепутал подарки. Если бы не это, я так бы и жила во лжи...

История о сильной, самодостаточной женщине, которая не прощает измен.

— Чего ты хочешь, Катя? Чтобы я встал на колени и попросил прощения? Не собираюсь. — говорит мой муж, стараясь сохранить лицо.
Я хмыкаю:
— Почему же? Попробуй.
— Потому что мне не жаль, — он сверкает глазами, злится на себя, на меня, на ситуацию, — Все к этому шло. В хороших браках, с хорошими женами, мужья не ходят налево. Это просто симптом проблемы, а не сама проблема. Ты это знаешь и всегда знала.
— Что я знала? Нет, я не знала, что мой муж так заскучал в браке, что спит с моей сестрой!

Двадцать лет брака. Двадцать лет лжи.
Мне казалось, что я построила крепкую семью, что Дима – моя надежная опора, любимый муж и отец нашей дочери. Я сама когда-то уговорила родителей, что этот бывший бабник изменился ради меня. Что он будет верен. Что я — его единственная.
Игра в кошки-мышки начинается, но негодяй ещё не понял самого главного.
Он – не охотник.

***
— У тебя хороший вкус, — мурлычет гадина, прижимаясь к моему мужу. Её пальцы скользят по лацкану его пиджака.
Он усмехается.
— Скоро всё изменится, детка, — обещает он, наклоняясь к её губам.
Всё изменится?
О, да. Но не так, как ты рассчитываешь, Дима.

— Я не могу развестись с женой! На кону — моя карьера! Будущий мэр не может страдать своей репутацией! — мой муж отчитывается перед девицей, годящейся ему в дочери.

— Котя... — протяжно тянет его любовница. — Мы и так давно скрываемся...

Раз я застукала этих голубков, значит — плохо скрываются!

— Лизунь, сейчас я займу кресло мэра, а потом... — Герман задумчиво причмокивает, как будто придумывает будущую карму для меня.

— А потом? — выдыхает в ожидании разлучница.

— А потом отправлю Людку на дачу. Пусть цветочки свои выращивает, да картоху полит... Деревенщина она у меня! — хохочет мой муж.

Их ржанье разносится по кабинету, разделяя мое сердце на две части. Понимаю, что муж изменяет... И изменяет давно.

А еще понимаю, что Герман слишком расслабился. А за измену нужно платить!

— Ты и правда собралась рожать в 45 лет? — муж сначала смотрит удивленно, а потом прыскает со смеху.

— Да... Собралась, — я уже не уверена в этом, видя реакцию Ильдара.

— Мать, да ты с ума сошла! — продолжает хохотать муж.

— А что тут смешного? — я чувствую, как к горлу подступает комок обиды.

— Ну как что? — Ильдар перестает смеяться, но смотрит на меня как на неразумное дитя. — Ты уже старая, Ань!

— Знаешь, многие женщины сейчас рожают после сорока, — пытаюсь я защититься.

— Только не ты! — внезапно серьезно отвечает муж. — Если бы я хотел ребенка в свои пятьдесят лет, то обратился бы к своей молодой любовнице для этого!

— Ильдар, это шутка такая?

— Никаких шуток! Бабий век короток! Для родов и плотских утех есть барышни помоложе! — причмокивая отвечает мне муж.

— Что ты такое говоришь? — я чувствую, как сердце перестало биться. — У тебя есть... любовница?

— Конечно! — гордо отвечает мне муж. — У каждого нормального мужика просто обязана быть любовница!

– Я любимая женщина вашего мужа.
Я ослышалась?
– Что, прости?
– Мы с Андреем любим друг друга.
С Андреем?!
Любим друг друга?!
Это какой-то сюр!
Этого не может быть!
Что несет эта ненормальная?!
У нас в этом году двадцать пять лет брака. Четверть века вместе!
Мы планировали большое путешествие… Вместе строили планы!
Нет!
Аферистка копошится в сумочке, а потом, вытащив конверт, ловко веером выкладывает фото на стол.
Смаргиваю, но не получается. На глянцевых карточках кабинет мужа и он с полуголой нахалкой на руках…
Андрей мне изменяет… Боже…
Да еще с кем! Не просто с малолеткой, а с девушкой сына!
Из-под ног уходит земля, но я хватаюсь за воздух, пытаясь не упасть.
Может быть, это фейк?!
Сейчас столько много всего умеют подделывать.
– Что будем делать? – прерывает затянувшееся молчание гадина.
Беру полотенце и, угрожающе подняв руку, восклицаю:
– Пошла вон! И чтобы духу твоего больше не было в этом доме!

За тонкой дверью слышатся возня и тихий разговор. Женский голос ласковый и нежный.
— Котик, представишь меня детям?
— Не сегодня, милая. Давай я вызову тебе такси, а когда разведусь с этой курицей, то конечно познакомлю с сыновьями.
— Да, точно курица! Не верит, что ты мог ей изменить? Что в ней особенного?
— Ничего, старая и скучная. Ничем не интересуется, кроме детей.
«Курица» не просто задевает. Растаптывает и уничтожает. Паша никогда не позволял себе подобных высказываний в мой адрес. Я мать его детей, я его законная жена. Я его спутница по жизни! А не какая-то стерва, которую я вижу первый раз.
Дверь открывается.
— Ты что, подслушиваешь? — язвительно спрашивает девица.
Губы она успела подвести карандашом и помадой. Весь её образ отточен, хотя, как по мне, она похожа, пусть на дорогую, но эскортницу.
— Я в своём доме.
— Надолго ли? — ухмыляется любовница мужа и, цокая шпильками по ступеням, спускается вниз.