Книги по тегу «герой младше героини»: ""
– До девяти утра я решу, виновна ли ты.
Его взгляд опустился на мои губы.
– А потом перестану держать руки при себе.
Муж оставил мне двадцать шесть миллионов долгов и обвинение в мошенничестве. Кирилл может дать мне время. Он младше на семь лет и пять лет ждал, когда я перестану быть чужой женой.
Его взгляд опустился на мои губы.
– А потом перестану держать руки при себе.
Муж оставил мне двадцать шесть миллионов долгов и обвинение в мошенничестве. Кирилл может дать мне время. Он младше на семь лет и пять лет ждал, когда я перестану быть чужой женой.
— Ты ошалел? — прошептала я, всё ещё пытаясь вернуть себе контроль. — Я старше тебя на двадцать лет, Женя. Двадцать! Ты понимаешь это?
Он чуть отстранился, заглядывая мне в глаза, и в этот момент я увидела в них такое, от чего перехватило дыхание. Там не было похоти подростка. Там было что-то тёмное, взрослое, опасное — и абсолютно уверенное.
— Я вижу не цифры, — сказал он, и пальцы на моём бедре сжались сильнее. — Я вижу женщину, которая дрожит. Хоть и врёт себе, что ей всё равно. Вижу красивую, живую женщину. И я хочу её. Без всяких цифр.
Каждое утро я смотрела на него. На этого подтянутого двадцатилетнего мальчишку, который занимался на турниках под моими окнами. Но всё изменилось в тот момент, когда он встретился со мной взглядом… Своим наглым уверенным взглядом, от которого подкашиваются колени.
Он чуть отстранился, заглядывая мне в глаза, и в этот момент я увидела в них такое, от чего перехватило дыхание. Там не было похоти подростка. Там было что-то тёмное, взрослое, опасное — и абсолютно уверенное.
— Я вижу не цифры, — сказал он, и пальцы на моём бедре сжались сильнее. — Я вижу женщину, которая дрожит. Хоть и врёт себе, что ей всё равно. Вижу красивую, живую женщину. И я хочу её. Без всяких цифр.
Каждое утро я смотрела на него. На этого подтянутого двадцатилетнего мальчишку, который занимался на турниках под моими окнами. Но всё изменилось в тот момент, когда он встретился со мной взглядом… Своим наглым уверенным взглядом, от которого подкашиваются колени.
— Ты боишься, что нас увидят? Или боишься, что я сделаю с тобой прямо здесь?
Он прижал меня к перилам веранды. Его пальцы уже скользили по моему бедру, а за дверью, в гостиной, спал его отец — мой жених. Я задохнулась:
— Илья, прекрати, он может проснуться…
Он наклонился к моему уху — нагло, но с той самой хрипотцой, от которой у меня подкашиваются ноги:
— Тогда не сдерживайся. Но помни: ты моя. С той самой ночи.
Это был ходячий ураган, который ворвался в мою идеальную жизнь и смел её к чёртовой матери.
Одна ночь, которая должна была стать ошибкой. Я думала, что смогу забыть, но он он не отступит.
Теперь он ловит меня в коридорах. Дразнит. Смотрит так, будто я уже принадлежу ему. И я сдаюсь — потому что рядом с ним впервые за долгие годы чувствую себя живой.
Это не интрижка. Это наваждение. Сладкий грех, который грозит разрушить всё.
Но, кажется, я больше не хочу быть правильной.
Он прижал меня к перилам веранды. Его пальцы уже скользили по моему бедру, а за дверью, в гостиной, спал его отец — мой жених. Я задохнулась:
— Илья, прекрати, он может проснуться…
Он наклонился к моему уху — нагло, но с той самой хрипотцой, от которой у меня подкашиваются ноги:
— Тогда не сдерживайся. Но помни: ты моя. С той самой ночи.
Это был ходячий ураган, который ворвался в мою идеальную жизнь и смел её к чёртовой матери.
Одна ночь, которая должна была стать ошибкой. Я думала, что смогу забыть, но он он не отступит.
Теперь он ловит меня в коридорах. Дразнит. Смотрит так, будто я уже принадлежу ему. И я сдаюсь — потому что рядом с ним впервые за долгие годы чувствую себя живой.
Это не интрижка. Это наваждение. Сладкий грех, который грозит разрушить всё.
Но, кажется, я больше не хочу быть правильной.
– Будь я на его месте, всю жизнь бы любил только вас. Не веря, что на меня обратила внимание такая женщина.
Я замерла. Слова садовника, которого я наняла совсем недавно, повисли в воздухе, как последний луч заката. Ему тридцать. Мне сорок два. Мой муж только что променял меня на девицу моложе, а я сбежала на старую дачу – зализывать раны и выкорчёвывать сорняки из сада. И из собственной жизни.
– Это всё чай, – пробормотал он, отводя взгляд. – Настоялся крепкий. Мне, наверное, ударило в голову.
Он сбежал. А я осталась стоять на веранде, чувствуя, как под слоем льда, который я так старательно намораживала годами, что-то дрогнуло. Тонко, как трещинка на стекле.
+++++
Всё начинается с измены мужа и развода. Тамара – бывшая жена миллионера, женщина, привыкшая к роскоши, но уставшая быть «частью имиджа». Она возвращается на запущенную дачу, чтобы начать с нуля, и нанимает садовника.
Я замерла. Слова садовника, которого я наняла совсем недавно, повисли в воздухе, как последний луч заката. Ему тридцать. Мне сорок два. Мой муж только что променял меня на девицу моложе, а я сбежала на старую дачу – зализывать раны и выкорчёвывать сорняки из сада. И из собственной жизни.
– Это всё чай, – пробормотал он, отводя взгляд. – Настоялся крепкий. Мне, наверное, ударило в голову.
Он сбежал. А я осталась стоять на веранде, чувствуя, как под слоем льда, который я так старательно намораживала годами, что-то дрогнуло. Тонко, как трещинка на стекле.
+++++
Всё начинается с измены мужа и развода. Тамара – бывшая жена миллионера, женщина, привыкшая к роскоши, но уставшая быть «частью имиджа». Она возвращается на запущенную дачу, чтобы начать с нуля, и нанимает садовника.
Он – чертовски хорош собой и молод, у него перспективы и прекрасное будущее. Она – слишком независима и свободна, любимая работа, редкие романы. Между ними невероятный секс, притяжение, страсть. Он стал для неё грехом, сладким, безумным грехом. А она всегда останется для него грешницей, которая предала.
Полина: Получив документ о разводе, я решила провести пару дней в загородном доме родственников, где меня ждал не очень приятный сюрприз в лице друга моего младшего брата…
Похоже, это будут самые худшие выходные в моей жизни.
Артем: Мне нужно было где-то перекантоваться, и друг пришел на выручку, предложив пожить у него на даче. Я совсем не ожидал, что встречу там его старшую сестру…
Кажется, меня ждут самые интересные выходные в моей жизни.
Похоже, это будут самые худшие выходные в моей жизни.
Артем: Мне нужно было где-то перекантоваться, и друг пришел на выручку, предложив пожить у него на даче. Я совсем не ожидал, что встречу там его старшую сестру…
Кажется, меня ждут самые интересные выходные в моей жизни.
У риелтора Елены Синичкиной и без мужчин полно проблем. А в солидной компании, куда она стремилась попасть изо всех сил, прозрачно намекнули, что хотели бы видеть семейного человека.
Где найти мужа, если ни один мужчина не проводит с ней больше одной ночи? Ворожея пообещала, что жизнь наладится, как только Елена найдет дом для блондина. Скрепя сердце Синичкина открывает охоту на спасителя, не подозревая, что сама стала дичью для азартных птицеловов.
Где найти мужа, если ни один мужчина не проводит с ней больше одной ночи? Ворожея пообещала, что жизнь наладится, как только Елена найдет дом для блондина. Скрепя сердце Синичкина открывает охоту на спасителя, не подозревая, что сама стала дичью для азартных птицеловов.
Алина мать-одиночка, сбежавшая от мужа-тирана. Жизнь Алины делится на два временны́х отрезка, от зарплаты до премии, и от премии до зарплаты. Всё круто меняется, вместе с получением дарственной на дом в посёлке и корову в придачу. Всё продать? Отличное решение для городского человека, но случайная встреча с молодым парнем путает Алине все карты.
Какой –то сопляк решил что имеет право указывать мне? Черта с два я стану его слушаться! Обломает свои зубки об меня. Не дорос ещё до того, чтоб играть роль властного самца.
Но… Почему же так бросает в дрожь от одного его взгляда? И сердце скачет как сумасшедшее.
Только я не подам виду, что он так действует на меня. Пусть идет оттачивает свою сексуальность на ком – то другом. А я буду и дальше притворяться холодной неприступной стервой.
Но… Почему же так бросает в дрожь от одного его взгляда? И сердце скачет как сумасшедшее.
Только я не подам виду, что он так действует на меня. Пусть идет оттачивает свою сексуальность на ком – то другом. А я буду и дальше притворяться холодной неприступной стервой.
Я искала донора, чтобы исполнить свою мечту и стать матерью. Ведь эти навязчивые мысли о ребенке, маленьком мальчике или крошечной девочке, не покидали меня все восемь лет брака. Несколько месяцев активной переписки и я решилась на встречу. Но вместо взрослого собеседника меня преследует его избалованный сынок, насколько привлекателен настолько и жесток, раз шантажом вынудил принять унизительное решение.
Выберите полку для книги