Книги по тегу «горячо и откровенно»: ""
Я стояла, вцепившись в одеяло, как в щит. Он был слишком близко. От него пахло дымом, вином и чем-то диким.
— Почему ты смотрела? — спросил он.
Я молчала.
— Отвечай.
— Не знаю, — выдохнула я.
Он шагнул ближе. Ещё ближе. Остановился перед кроватью.
— Ты не знаешь, — повторил он. — А я знаю.
— И что же?
— Тебя тянет ко мне. И это пугает тебя сильнее, чем горы.
Он украл меня, чтобы отомстить моей семье. Грубый, дикий, опасный — он должен был стать моим проклятием. Но почему каждый его взгляд заставляет меня забыть, кто я, и мечтать о том, чего нельзя?
— Почему ты смотрела? — спросил он.
Я молчала.
— Отвечай.
— Не знаю, — выдохнула я.
Он шагнул ближе. Ещё ближе. Остановился перед кроватью.
— Ты не знаешь, — повторил он. — А я знаю.
— И что же?
— Тебя тянет ко мне. И это пугает тебя сильнее, чем горы.
Он украл меня, чтобы отомстить моей семье. Грубый, дикий, опасный — он должен был стать моим проклятием. Но почему каждый его взгляд заставляет меня забыть, кто я, и мечтать о том, чего нельзя?
Главный держатель акций и активов холдинга - Борисов, неизлечимо болен. И решает заключить контракт со своим партнёром Арсоевым. Передаёт ему все свои права по холдингу, автоматически делая своего партнёра главным держателем. Но при условии, что он женится на его дочери. Дочь Юлия слишком молода для такого бизнеса и станет лёгкой мишенью для желающих забрать себе долю её отца. И чтобы обезопасить сою дочь, Борисов грамотно составляет со своими юристами контракт и заключает его с Арcоевым. Алан Арсоев, не планировавший жениться, соглашается, так как стоял у истоков холдинга и не может допустить, чтобы кто-либо другой завладел акциями и активами Борисова, поэтому заключает для самого себя вынужденный контракт.
Сегодня мы празднуем с девчонками мой день рождения, и я решила отметить его в лучших в городе банях, в вип-номерах.
"— Добрый вечер, ещё шампанское заказывали? — открывает нашу вип-кабинку без стука банщик.
И я сначала раздражаюсь, что он не дал дослушать мне интересную историю, но по притихшим девчонкам и по выражению их лиц понимаю, что я что-то упускаю.
Я поворачиваюсь на голос и вижу в проёме двери обалденного красавца… в одном полотенце на бёдрах..."
***
Небольшое переосмысление широко известного, ставшего уже классикой рассказа А. Толстого...
"— Добрый вечер, ещё шампанское заказывали? — открывает нашу вип-кабинку без стука банщик.
И я сначала раздражаюсь, что он не дал дослушать мне интересную историю, но по притихшим девчонкам и по выражению их лиц понимаю, что я что-то упускаю.
Я поворачиваюсь на голос и вижу в проёме двери обалденного красавца… в одном полотенце на бёдрах..."
***
Небольшое переосмысление широко известного, ставшего уже классикой рассказа А. Толстого...
– Надеюсь, ты понимаешь, чего я от тебя жду, – шепчет он мне на ухо.
И, не давая мне ни единого шанса опомниться или возразить, впивается в мои губы страстным, властным, требующим поцелуем.
Мир вокруг меня взрывается фейерверком ощущений. Его поцелуй словно удар хлыстом, обжигающий, ошеломляющий, лишающий воли. Он целует так, будто имеет полное право на меня, будто я его собственность.
***
Он – криминальный авторитет, купающийся в роскоши и власти. Я – обычная флористка, мечтающая о тихом счастье. Наши миры не должны были пересечься, но все решает одна случайная ошибка.
И, не давая мне ни единого шанса опомниться или возразить, впивается в мои губы страстным, властным, требующим поцелуем.
Мир вокруг меня взрывается фейерверком ощущений. Его поцелуй словно удар хлыстом, обжигающий, ошеломляющий, лишающий воли. Он целует так, будто имеет полное право на меня, будто я его собственность.
***
Он – криминальный авторитет, купающийся в роскоши и власти. Я – обычная флористка, мечтающая о тихом счастье. Наши миры не должны были пересечься, но все решает одна случайная ошибка.
— Ты не можешь выйти из игры. Так не делают, Василиса.
— Почему? Мне она не нравится, и я хочу выйти. Сама. Добровольно. Признав поражение.
— Согласие дала, и я вопрос задал. Сейчас “правда или действие”.
— Действие, — вжимаясь в поролоновую стену, отвечаю.
— Тогда поцелуй меня, — рот сам приоткрывается от такого. Сейчас он выглядит серьезным. Нет даже намека на шутку.
— Поцелуй?
— Да. В губы. По-взрослому. Вот твое действие.
Марат Басманов - опасный, бешенный и совсем непредсказуемый мужчина.
А еще он мой сводный брат. Между нами ненависть, но все изменилось, когда я согласилась сыграть с ним в одну очень опасную игру.
— Почему? Мне она не нравится, и я хочу выйти. Сама. Добровольно. Признав поражение.
— Согласие дала, и я вопрос задал. Сейчас “правда или действие”.
— Действие, — вжимаясь в поролоновую стену, отвечаю.
— Тогда поцелуй меня, — рот сам приоткрывается от такого. Сейчас он выглядит серьезным. Нет даже намека на шутку.
— Поцелуй?
— Да. В губы. По-взрослому. Вот твое действие.
Марат Басманов - опасный, бешенный и совсем непредсказуемый мужчина.
А еще он мой сводный брат. Между нами ненависть, но все изменилось, когда я согласилась сыграть с ним в одну очень опасную игру.
— Так вы не поможете? — выдыхаю я обреченно.
— Помогу, — резко отвечает он. — Но у всего есть цена. Ты станешь моей.
Я сбежала с примерки свадебного платья, потому что не хочу замуж за Саида Абдулаева, который сделает меня одной из своих наложниц. Жених все время до свадьбы держал меня под замком, и мне удалось вырваться. Шанс на спасение у меня только один — друг покойного отца, Тимофей Горский. Опасный, властный, красивый до одури и пугающий до дрожи в коленях. Я его боюсь, но только он может спрятать меня от Саида.
— Помогу, — резко отвечает он. — Но у всего есть цена. Ты станешь моей.
Я сбежала с примерки свадебного платья, потому что не хочу замуж за Саида Абдулаева, который сделает меня одной из своих наложниц. Жених все время до свадьбы держал меня под замком, и мне удалось вырваться. Шанс на спасение у меня только один — друг покойного отца, Тимофей Горский. Опасный, властный, красивый до одури и пугающий до дрожи в коленях. Я его боюсь, но только он может спрятать меня от Саида.
Он столичный мажор. Привык к роскошной жизни: ночные клубы, быстрые машины и мимолетные романы.
Она обычная деревенская девчонка, которая ненавидит таких, как он. Высокомерных, избалованных, привыкших плевать на всех вокруг.
Но одна взрывная встреча у деревенского магазина меняет всё…
РАССКАЗ!
Однотомник.
Она обычная деревенская девчонка, которая ненавидит таких, как он. Высокомерных, избалованных, привыкших плевать на всех вокруг.
Но одна взрывная встреча у деревенского магазина меняет всё…
РАССКАЗ!
Однотомник.
Медовый месяц на частном острове с моим мажором, мечта наяву. Теперь я замужняя женщина за самым лучшим мужчиной! Причем здесь его отец?.. Пожалуй, вы и сами знаете!
Аудиоверсия двухголоска
Аудиоверсия двухголоска
Сладости с перчинкой заказывали?🌶️🍫
Ансальд - самый могущественный из ныне существующих джиннов.
Искушенный, божественно прекрасный, повидавший много миров и … теперь прикованный цепями к стене в собственном дворце.
Я - песчинка для него. Маленький человечек живущий на земле всего двадцать пять лет.
Но он утверждает, что я - самая желанная женщина во всех вселенных, и он ждал меня миллион лет.
Ансальд - самый могущественный из ныне существующих джиннов.
Искушенный, божественно прекрасный, повидавший много миров и … теперь прикованный цепями к стене в собственном дворце.
Я - песчинка для него. Маленький человечек живущий на земле всего двадцать пять лет.
Но он утверждает, что я - самая желанная женщина во всех вселенных, и он ждал меня миллион лет.
— Не то?! — Алина задохнулась от ярости. — Я что, слепая по-твоему?! В нашей постели! В День всех влюбленных! Сколько это уже продолжается?!
Олька, прикрываясь диванной подушкой, металась по комнате, собирая свои вещи.
— Я... я сейчас уйду... — пролепетала она.
— Да ты уже ушла! — закричала Алина, хватая с туалетного столика флакон духов и швыряя его в сторону девушки. — Вон! Сейчас же!
Когда дверь за рыжей захлопнулась, в квартире повисла гнетущая тишина. Дима стоял посреди комнаты, по его лицу текли капли пота.
— Дорогая, я могу объяснить...
Олька, прикрываясь диванной подушкой, металась по комнате, собирая свои вещи.
— Я... я сейчас уйду... — пролепетала она.
— Да ты уже ушла! — закричала Алина, хватая с туалетного столика флакон духов и швыряя его в сторону девушки. — Вон! Сейчас же!
Когда дверь за рыжей захлопнулась, в квартире повисла гнетущая тишина. Дима стоял посреди комнаты, по его лицу текли капли пота.
— Дорогая, я могу объяснить...
Выберите полку для книги