Подборка книг по тегу: "женский роман"
Я вышла из палаты и прислонилась к стене спиной, буквально заставляя себя стоять на ногах, а не сползти на пол. Всё тело горело, будто я из парилки выползла, рука в том месте, где мы соприкоснулись, покалывала, в мыслях был полный раздрай! Я не верила в любовь с первого взгляда, но сейчас, похоже, испытала сполна на себе! Всё моё существо рвалось назад, чтобы снова увидеть Макса, впитать его образ и мысленно быть рядом с ним всегда! Никогда не испытывала такой одержимости к парням, но сейчас меня словно подменили!
- Мама, там... - произносит взволнованно Соня; в ее глазах блестят слезы, а голос дрожит. - Папа, он... - никак не может закончить фразу. Дочка неожиданно срывается с места и убегает прочь, так и не объяснив, что произошло.
Не снимая туфли на шпильке, прямиком направляюсь к гостевому санузлу, куда она указывала рукой.
Сердце бешено колотится.
Может быть, мужу стало плохо?
Резко распахиваю дверь и передо мной разворачивается невероятная сцена.
Алексей впопыхах натягивает брюки, а крестная мать нашей дочери быстро застегивает блузку.
- Машуль, я сейчас все объясню!
Замечаю на полу черные кружевные трусики.
От омерзения, к горлу подкатывает тошнота.
Не снимая туфли на шпильке, прямиком направляюсь к гостевому санузлу, куда она указывала рукой.
Сердце бешено колотится.
Может быть, мужу стало плохо?
Резко распахиваю дверь и передо мной разворачивается невероятная сцена.
Алексей впопыхах натягивает брюки, а крестная мать нашей дочери быстро застегивает блузку.
- Машуль, я сейчас все объясню!
Замечаю на полу черные кружевные трусики.
От омерзения, к горлу подкатывает тошнота.
«Я беременна от твоего мужа», – прилетает входящее сообщение с неизвестного номера.
– А я нет, – горько усмехаюсь. Тянусь за тестом, ни на что не надеясь. Да и уже неважно.
– Малыш, ну что там? – доносится голос мужа за дверью.
– У меня минус, – шепчу, гипнотизируя взглядом проклятую одну полоску. Слабую и бледную, потому что нужное время не выдержано, но одинокую. – У тебя плюс, – хмыкаю, но он не слышит.
«Твой муж сегодня поедет ко мне. Не мешай нам», – мигает еще одно сообщение. Однако… Какая наглая у нас любовница.
«До утра его продержи, я хоть отдохну. И покорми сама. Мне готовить лень», – отправляю ей. Собираюсь выбросить использованный тест, но присматриваюсь внимательнее…
– Да ладно?!
*
Я не смогла родить мужу наследника, а он, кажется, решил найти мне здоровую замену на стороне. У меня один выход – развод. Нам дали тридцать дней на примирение, после чего мы расстанемся навсегда. Если только... тест не покажет две полоски.
– А я нет, – горько усмехаюсь. Тянусь за тестом, ни на что не надеясь. Да и уже неважно.
– Малыш, ну что там? – доносится голос мужа за дверью.
– У меня минус, – шепчу, гипнотизируя взглядом проклятую одну полоску. Слабую и бледную, потому что нужное время не выдержано, но одинокую. – У тебя плюс, – хмыкаю, но он не слышит.
«Твой муж сегодня поедет ко мне. Не мешай нам», – мигает еще одно сообщение. Однако… Какая наглая у нас любовница.
«До утра его продержи, я хоть отдохну. И покорми сама. Мне готовить лень», – отправляю ей. Собираюсь выбросить использованный тест, но присматриваюсь внимательнее…
– Да ладно?!
*
Я не смогла родить мужу наследника, а он, кажется, решил найти мне здоровую замену на стороне. У меня один выход – развод. Нам дали тридцать дней на примирение, после чего мы расстанемся навсегда. Если только... тест не покажет две полоски.
💥 ЭКСКЛЮЗИВ 💥
- Фу-у-у-у, - резко отшвыривает ноутбук Алиса. – Мерзость.
- Ты чего? Между прочим, он стоил почти двести…
- Мама! Ты только не волнуйся, - перебивает. – Я получила видеофайл, - губы дочери дрожат.
- И что там? – не понимаю бурной реакции, но напрягаюсь.
- Катя... я даже не знаю, как это прокомментировать, - трясется.
- Показывай! – открываю ноут. – Быстро!
Алиса заходит в переписку, нажимает кнопку «плей», и я вижу...
Господи.
Голые тела, охи-вздохи. В главной роли муж и сводная сестра.
- Фу-у-у-у, - резко отшвыривает ноутбук Алиса. – Мерзость.
- Ты чего? Между прочим, он стоил почти двести…
- Мама! Ты только не волнуйся, - перебивает. – Я получила видеофайл, - губы дочери дрожат.
- И что там? – не понимаю бурной реакции, но напрягаюсь.
- Катя... я даже не знаю, как это прокомментировать, - трясется.
- Показывай! – открываю ноут. – Быстро!
Алиса заходит в переписку, нажимает кнопку «плей», и я вижу...
Господи.
Голые тела, охи-вздохи. В главной роли муж и сводная сестра.
💥 ЭКСКЛЮЗИВ 💥
- Что опять не так? - произносит нарочито лениво. - А-а-а, новая возможность придраться. Марта Сергеевна, какой смысл обсуждать отчет, если вы уже приняли решение?
- Вы имеете в виду увольнение? - отвечаю ровным голосом, пытаясь не поддаваться на агрессию. Надежда любит скандалить. - Я долго закрывала глаза на ваши ошибки, но ситуация зашла слишком далеко.
Надя резко прищуривается, и её глаза начинают блестеть каким-то странным, почти хищным огнём.
Она делает шаг вперёд, как будто хочет сократить дистанцию, и с желчью выдает:
- Закрывать глаза — ваше призвание. Особенно, когда речь идёт о Богдане Семеновиче.
Пространство вокруг превращается в безмолвный вакуум.
- Что, простите?
- То, что оставляете меня без денег для существования. А я, между прочим, ращу ребенка от вашего мужа.
- Что опять не так? - произносит нарочито лениво. - А-а-а, новая возможность придраться. Марта Сергеевна, какой смысл обсуждать отчет, если вы уже приняли решение?
- Вы имеете в виду увольнение? - отвечаю ровным голосом, пытаясь не поддаваться на агрессию. Надежда любит скандалить. - Я долго закрывала глаза на ваши ошибки, но ситуация зашла слишком далеко.
Надя резко прищуривается, и её глаза начинают блестеть каким-то странным, почти хищным огнём.
Она делает шаг вперёд, как будто хочет сократить дистанцию, и с желчью выдает:
- Закрывать глаза — ваше призвание. Особенно, когда речь идёт о Богдане Семеновиче.
Пространство вокруг превращается в безмолвный вакуум.
- Что, простите?
- То, что оставляете меня без денег для существования. А я, между прочим, ращу ребенка от вашего мужа.
Больше двадцати лет в браке...взрослая дочь... и тут я вижу своего Ваню в спальне. Храпит сладко в позе звёздочки.
- Вань?
Зову его надрывным голосом. Ему хоть бы хны. Крепко спит. Зато из нашей ванны выходит маленькая стройная девчушка, ровесница нашей доченьки.
- Ой, а вы кто? Сестра Ванечки, да? - Трет кудрявые волосы моим полотенцем, мило улыбается. - Давно хотела с вами познакомиться.
А я сжимаю кулаки до боли и...
- Вань?
Зову его надрывным голосом. Ему хоть бы хны. Крепко спит. Зато из нашей ванны выходит маленькая стройная девчушка, ровесница нашей доченьки.
- Ой, а вы кто? Сестра Ванечки, да? - Трет кудрявые волосы моим полотенцем, мило улыбается. - Давно хотела с вами познакомиться.
А я сжимаю кулаки до боли и...
Мужчина стоял передо мной, держа два бокала.
Не подошёл — именно стоял, будто вырос из пола.
Холодные серые глаза изучали меня с любопытством и... расчётом?
— Ваш фильм ошеломляющ.
На мгновенье мне показалось, что я его уже встречала.
— Спасибо, но мы не знакомы, — сказала я не вопросом, а утверждением.
— Максим, — он слегка наклонил голову, но это не было поклоном — скорее, как сокол, на мгновение складывающий крылья перед броском. — Хотя вы, кажется, уже догадались.
Я почувствовала, как уголки моих губ непроизвольно дрогнули.
Не улыбка — вызов.
— Вы часто бываете на показах?
— Редко, — ответил он.
А затем перечислил все мои фильмы с такой интонацией, будто читал мои мысли.
— Вы удивительно хорошо осведомлены.
— Я не делаю ничего поверхностно, Анна. — Его голос стал тише, но от этого только весомее. — Как и вы, если верить вашим фильмам.
Не подошёл — именно стоял, будто вырос из пола.
Холодные серые глаза изучали меня с любопытством и... расчётом?
— Ваш фильм ошеломляющ.
На мгновенье мне показалось, что я его уже встречала.
— Спасибо, но мы не знакомы, — сказала я не вопросом, а утверждением.
— Максим, — он слегка наклонил голову, но это не было поклоном — скорее, как сокол, на мгновение складывающий крылья перед броском. — Хотя вы, кажется, уже догадались.
Я почувствовала, как уголки моих губ непроизвольно дрогнули.
Не улыбка — вызов.
— Вы часто бываете на показах?
— Редко, — ответил он.
А затем перечислил все мои фильмы с такой интонацией, будто читал мои мысли.
— Вы удивительно хорошо осведомлены.
— Я не делаю ничего поверхностно, Анна. — Его голос стал тише, но от этого только весомее. — Как и вы, если верить вашим фильмам.
- Да-да, моя королева… агрх… как ты хороша.
Сёма? А он что тут делает?
- Вот так, да… сделай так ещё раз… агрх…
А дальше моё тело реагирует вперёд моего разума, и я просто пру вперёд, прямо в открытые двери спальни.
Захожу в комнату и с громким стуком ставлю стул на пол.
Парочка на полу на синем надувном матрасе тут же подскакивает. Клетчатый плед съезжает с задницы моего мужа, а я перевожу взгляд на его лицо.
Его большие удивлённые глаза смотрят на меня.
- Любаша? Что ты тут делаешь?
Его хорошо поставленный голос ломается на странной ноте. Будто он готовится дать петуха от шока.
- А ты… вы?
Я смотрю на женщину рядом с ним и… снова подскакиваю. А потом замираю.
Господи… этого не может быть? Это не просто больно, это невыносимо!
Сёма? А он что тут делает?
- Вот так, да… сделай так ещё раз… агрх…
А дальше моё тело реагирует вперёд моего разума, и я просто пру вперёд, прямо в открытые двери спальни.
Захожу в комнату и с громким стуком ставлю стул на пол.
Парочка на полу на синем надувном матрасе тут же подскакивает. Клетчатый плед съезжает с задницы моего мужа, а я перевожу взгляд на его лицо.
Его большие удивлённые глаза смотрят на меня.
- Любаша? Что ты тут делаешь?
Его хорошо поставленный голос ломается на странной ноте. Будто он готовится дать петуха от шока.
- А ты… вы?
Я смотрю на женщину рядом с ним и… снова подскакиваю. А потом замираю.
Господи… этого не может быть? Это не просто больно, это невыносимо!
Анна не думала, что ее жизнь окажется в доме чужого человека — богатого, закрытого Сергея, где двое детей привыкли прятать страх за упрямством. Она пришла всего лишь как помощница, но шаг за шагом стала для Маши и Левы тем, кого они назвали своим домом.
Все рушит возвращение Виктории — матери, привыкшей побеждать силой и связями. Она подает в комиссию по делам несовершеннолетних, решив, что дети слишком привязаны к Анне. У семьи остается десять дней, чтобы доказать: их дом держится не на бумагах, а на правде и любви.
Все рушит возвращение Виктории — матери, привыкшей побеждать силой и связями. Она подает в комиссию по делам несовершеннолетних, решив, что дети слишком привязаны к Анне. У семьи остается десять дней, чтобы доказать: их дом держится не на бумагах, а на правде и любви.
Пионы пахли счастьем. А в спальне пахло изменой.
Одна ошибка, минутная слабость — так он назвал предательство, которое разрушило наш брак. Но в тот миг, когда я застала его с другой, во мне проснулась не сломленная женщина, а тихая, стальная решимость.
— Убирайтесь. Оба.
— Ань... Это ничего не значило!
— Молчи. Это значит, что ты — предатель. И для меня все кончено.
А потом я произнесла фразу, которая перевернула его мир так же, как он перевернул мой:
— Я беременна.
— Поздравляю. Ты только что потерял все.
Мой мир рухнул в одно мгновение. Но из обломков я построила новый — сильный, независимый, свой. Эта история о том, как найти опору в самой себе, когда кажется, что под ногами ничего не осталось. И как научиться снова доверять, когда тебя уже однажды предали.
Одна ошибка, минутная слабость — так он назвал предательство, которое разрушило наш брак. Но в тот миг, когда я застала его с другой, во мне проснулась не сломленная женщина, а тихая, стальная решимость.
— Убирайтесь. Оба.
— Ань... Это ничего не значило!
— Молчи. Это значит, что ты — предатель. И для меня все кончено.
А потом я произнесла фразу, которая перевернула его мир так же, как он перевернул мой:
— Я беременна.
— Поздравляю. Ты только что потерял все.
Мой мир рухнул в одно мгновение. Но из обломков я построила новый — сильный, независимый, свой. Эта история о том, как найти опору в самой себе, когда кажется, что под ногами ничего не осталось. И как научиться снова доверять, когда тебя уже однажды предали.
Выберите полку для книги