Книги по тегу «запретная любовь»: ""
Прикладываю палец к губам, хихикаю. Хочу зайти к себе, но он придерживает дверь, заходит следом.
— Что? — говорю я. — Орать будешь? «Нагулялась? Прррроститутка!».
И ржу. Вспоминаю Катькины слова про «зарэжу». Перевожу взгляд на его лицо — и смех умирает прямо в горле, не успев выйти наружу. То ли игра теней, то ли правда. Украдет. Зарежет — каждого, кто посмотрит.
После окончания университета Лара приезжает из московской общаги в дом нового отчима — олигарха Агеева. Но сказка превращается в испытание на прочность. Причина — сын Агеева, Давид. Татуированный мажор с горячей кровью, которая закипает от одного взгляда на Лару. Его взгляды раздевают, а намеки — пугают и заводят одновременно.
Один неверный шаг превратит устроенный мир в доме Агеевых в ад.
Между желанием и запретом — тонкая грань. И Лара всё ближе к тому, чтобы её переступить.
— Что? — говорю я. — Орать будешь? «Нагулялась? Прррроститутка!».
И ржу. Вспоминаю Катькины слова про «зарэжу». Перевожу взгляд на его лицо — и смех умирает прямо в горле, не успев выйти наружу. То ли игра теней, то ли правда. Украдет. Зарежет — каждого, кто посмотрит.
После окончания университета Лара приезжает из московской общаги в дом нового отчима — олигарха Агеева. Но сказка превращается в испытание на прочность. Причина — сын Агеева, Давид. Татуированный мажор с горячей кровью, которая закипает от одного взгляда на Лару. Его взгляды раздевают, а намеки — пугают и заводят одновременно.
Один неверный шаг превратит устроенный мир в доме Агеевых в ад.
Между желанием и запретом — тонкая грань. И Лара всё ближе к тому, чтобы её переступить.
В узких кругах меня зовут Штирлиц. Количеству и характеру передряг, в которые мне приходилось попадать в своей жизни, может позавидовать даже Супермен. Заключив выгодную сделку, чтобы победить в очередной из них, мне всего лишь нужно было подготовить... нет, не агента, разведчика или шпиона, а всего лишь жену для олигарха. Мое положение было безвыходным, и с моими навыками, опытом и способностью видеть людей насквозь, это была задачка на три балла. Я так думал. Я - военный. Спецагент, лучший из лучших. Проиграть - в моей реальности значит умереть. Потому я никогда не проигрываю. Почти. Пока в схватку не вступает любовь.
- Ты отдашь меня ему? – спрашиваю своего парня.
- Только на время, малышка. Не переживай, я скоро заберу тебя. Он ничего тебе не сделает. Только не упирайся, иначе... Иначе он убьет меня, понимаешь?
- Денис, ты не можешь вот так просто проиграть меня в карты!
- Я уже проиграл!
***
- Вы же отпустите меня? Это ведь все была игра, - из меня вылетает нервный смешок. – Денис сказал, что это игра.
- Это и была игра, - невозмутимо отзывается он. – И твой парень проиграл тебя мне. В машину ее.
Я доверилась своему парню и пошла в закрытый клуб, где он поставил меня на кон и... проиграл. Своими руками отдал меня чудовищу. Монстру, не терпящему отказа. И теперь я не знаю, смогу ли когда-нибудь выбраться из клетки, в которую он меня посадил.
- Только на время, малышка. Не переживай, я скоро заберу тебя. Он ничего тебе не сделает. Только не упирайся, иначе... Иначе он убьет меня, понимаешь?
- Денис, ты не можешь вот так просто проиграть меня в карты!
- Я уже проиграл!
***
- Вы же отпустите меня? Это ведь все была игра, - из меня вылетает нервный смешок. – Денис сказал, что это игра.
- Это и была игра, - невозмутимо отзывается он. – И твой парень проиграл тебя мне. В машину ее.
Я доверилась своему парню и пошла в закрытый клуб, где он поставил меня на кон и... проиграл. Своими руками отдал меня чудовищу. Монстру, не терпящему отказа. И теперь я не знаю, смогу ли когда-нибудь выбраться из клетки, в которую он меня посадил.
Сердце заходится, а потом пропускает удар, когда я слышу голос отца подруги:
- Беги, Яна. Беги.
Не пойму, откуда он исходит, и это пугает еще сильнее.
Стараясь не смотреть по сторонам, несусь на максималках своих возможностей. Задыхаюсь, спотыкаюсь и падаю, но тут же снова вскакиваю на ноги и продолжаю путь в темноте.
Сворачиваю за угол и снова вскрикиваю, потому что врезаюсь в широкую грудь своего босса. Хватаюсь за лацканы его пиджака, чтобы удержать равновесие. А он обхватывает талию одной рукой, второй зарываясь в моих волосах на затылке и сжимая так, что я не могу повернуть голову.
- Попалась, сладенькая, - устрашающим тоном произносит отец подруги. - Думала сбежать от меня? Напрасная затея. Я бы все равно поймал и взял. И сделаю это прямо сейчас.
- Беги, Яна. Беги.
Не пойму, откуда он исходит, и это пугает еще сильнее.
Стараясь не смотреть по сторонам, несусь на максималках своих возможностей. Задыхаюсь, спотыкаюсь и падаю, но тут же снова вскакиваю на ноги и продолжаю путь в темноте.
Сворачиваю за угол и снова вскрикиваю, потому что врезаюсь в широкую грудь своего босса. Хватаюсь за лацканы его пиджака, чтобы удержать равновесие. А он обхватывает талию одной рукой, второй зарываясь в моих волосах на затылке и сжимая так, что я не могу повернуть голову.
- Попалась, сладенькая, - устрашающим тоном произносит отец подруги. - Думала сбежать от меня? Напрасная затея. Я бы все равно поймал и взял. И сделаю это прямо сейчас.
Она — его слабость. Он — её судьба.
Мия Самирсет привыкла быть незаметной. В Академии «Аструм» её называют «слабым звеном»: физическая подготовка хромает, сокурсники насмехаются, а единственное, что она умеет по-настоящему — это прокладывать маршруты там, где другие видят лишь тупик.
Адмирал Маркус Лейтон привык побеждать. Его флот не знает поражений, его имя заставляет врагов дрожать, а подчинённых — вытягиваться по струнке. Когда он прибывает в академию с проверкой, никто не сомневается: он отберёт лучших и уйдёт, не оглядываясь.
Случайное столкновение в коридоре академии разрушило всё, во что они верили.
Он начал охоту — хладнокровно, методично, как привык на войне. Она сопротивлялась — отчаянно, глупо, в надежде, что это остановит.
Не остановило.
Мия Самирсет привыкла быть незаметной. В Академии «Аструм» её называют «слабым звеном»: физическая подготовка хромает, сокурсники насмехаются, а единственное, что она умеет по-настоящему — это прокладывать маршруты там, где другие видят лишь тупик.
Адмирал Маркус Лейтон привык побеждать. Его флот не знает поражений, его имя заставляет врагов дрожать, а подчинённых — вытягиваться по струнке. Когда он прибывает в академию с проверкой, никто не сомневается: он отберёт лучших и уйдёт, не оглядываясь.
Случайное столкновение в коридоре академии разрушило всё, во что они верили.
Он начал охоту — хладнокровно, методично, как привык на войне. Она сопротивлялась — отчаянно, глупо, в надежде, что это остановит.
Не остановило.
– Твоя мать не смогла родить мне сына, значит, родишь ты, Лиза, – сказал отчим.
От страха у меня онемел язык, а он продолжил свою речь:
– У нас всё будет по-настоящему. Когда залетишь, матери скажешь, что не знаешь, кто отец ребенка. Я благородно запишу его на себя. Взамен оплачу твое обучение в том учебном заведении, куда ты хотела поступить, и куплю тебе квартиру. Отказы не принимаются. У меня осталось слишком мало времени, поэтому поднимайся в мою спальню, Лиза. Прямо сейчас.
Маме повезло с таким мужем, как Эмин Наильевич. Ему тридцать девять, красив, богат, одинок. Я считала его идеальным мужчиной ровно до того момента, как он сообщил мне о своем непристойном намерении сделать меня матерью своего ребенка...
От страха у меня онемел язык, а он продолжил свою речь:
– У нас всё будет по-настоящему. Когда залетишь, матери скажешь, что не знаешь, кто отец ребенка. Я благородно запишу его на себя. Взамен оплачу твое обучение в том учебном заведении, куда ты хотела поступить, и куплю тебе квартиру. Отказы не принимаются. У меня осталось слишком мало времени, поэтому поднимайся в мою спальню, Лиза. Прямо сейчас.
Маме повезло с таким мужем, как Эмин Наильевич. Ему тридцать девять, красив, богат, одинок. Я считала его идеальным мужчиной ровно до того момента, как он сообщил мне о своем непристойном намерении сделать меня матерью своего ребенка...
- Это… это не повторится, - хриплю, не в состоянии нормально говорить.
- Точно повторится, - кивает Влад.
- Даже не сомневайся, - подхватывает Роман. - То, что сегодня произошло, - это только начало.
- Мой сын не позволит.
- А мы ему не скажем, - криво усмехается Влад.
- А если я не захочу? Вдруг у меня не будет желания продолжать это?
- У нас есть пара убедительных доводов, - мурлычет Влад, и я чувствую, какие именно доводы он имеет в виду. - Мы точно найдем способ убедить тебя.
Черт дернул меня растаять в руках друзей моего сына. Теперь я не знаю, как от них отделаться. Слишком напористых и совершенно бесстыжих молодых мужчин, которые, кажется, не намерены выпускать меня из своих жарких объятий.
- Точно повторится, - кивает Влад.
- Даже не сомневайся, - подхватывает Роман. - То, что сегодня произошло, - это только начало.
- Мой сын не позволит.
- А мы ему не скажем, - криво усмехается Влад.
- А если я не захочу? Вдруг у меня не будет желания продолжать это?
- У нас есть пара убедительных доводов, - мурлычет Влад, и я чувствую, какие именно доводы он имеет в виду. - Мы точно найдем способ убедить тебя.
Черт дернул меня растаять в руках друзей моего сына. Теперь я не знаю, как от них отделаться. Слишком напористых и совершенно бесстыжих молодых мужчин, которые, кажется, не намерены выпускать меня из своих жарких объятий.
Когда я в последний раз видела Дениса, он был мелким хулиганом, который писал на стенах «Соня — засоня» и убегал, звоня в дверь.
Прошло двадцать лет. Теперь этот мужчина приходит, когда захочет, решает мои проблемы и носит на руках, будто я ничего не вешу.
Между нами — десять лет разницы, неодобрительные взгляды и его бывшая невеста, которая готова на всё, чтобы нас рассорить.
Денис не видит препятствий. Он говорит, что ждал меня с детства.
А я боюсь, что краду его молодость.
И не могу остановиться.
Как быть, когда любовь сильнее стыда?
***
Это история про женщину, которая боится быть счастливой. И про мужчину, который ждал её 20 лет.
Прошло двадцать лет. Теперь этот мужчина приходит, когда захочет, решает мои проблемы и носит на руках, будто я ничего не вешу.
Между нами — десять лет разницы, неодобрительные взгляды и его бывшая невеста, которая готова на всё, чтобы нас рассорить.
Денис не видит препятствий. Он говорит, что ждал меня с детства.
А я боюсь, что краду его молодость.
И не могу остановиться.
Как быть, когда любовь сильнее стыда?
***
Это история про женщину, которая боится быть счастливой. И про мужчину, который ждал её 20 лет.
- Если ты расскажешь моему сыну о произошедшем или уйдешь от него, я лишу тебя всего, - угрожает мне отец моего парня.
- Давид, ты же говорил…
- Забудь все, что я говорил этой ночью! - отрезает он. - Ничего не было. Ты по-прежнему девушка моего сына.
- Я не смогу быть с ним. Не после того, как мы с тобой… И после его поступка…
- Выбирай, Майя! Или мой сын ничего не знает, или ты будешь побираться, чтобы прокормить себя.
Он не оставил мне шанса. Загнал в угол, заставив остаться в отношениях с его сыном, от которых меня воротит. Я думала, что отец моего парня больше никогда на меня не посмотрит и постарается забыть ту единственную ночь между нами. Но ему мало, и теперь он хочет, чтобы у нас с ним был грязный, порочный секрет.
- Давид, ты же говорил…
- Забудь все, что я говорил этой ночью! - отрезает он. - Ничего не было. Ты по-прежнему девушка моего сына.
- Я не смогу быть с ним. Не после того, как мы с тобой… И после его поступка…
- Выбирай, Майя! Или мой сын ничего не знает, или ты будешь побираться, чтобы прокормить себя.
Он не оставил мне шанса. Загнал в угол, заставив остаться в отношениях с его сыном, от которых меня воротит. Я думала, что отец моего парня больше никогда на меня не посмотрит и постарается забыть ту единственную ночь между нами. Но ему мало, и теперь он хочет, чтобы у нас с ним был грязный, порочный секрет.
- Даниил, мы не можем… в смысле, вообще ничего не можем. И того, что произошло, этого… не было, понимаешь?
- Еще как было. Я думал, друг подгонит мне какую-то среднестатистическую девчонку, а тут такая горячая милфа. Иди сюда.
- Ты не понимаешь, - произношу.
- Давай ты потом объяснишь. Ты так сладенько мурлыкала. Ну иди уже.
- Я подруга твоей мамы, - хриплю тихо и зажмуриваюсь.
После развода с мужем я приехала на время к подруге, и ночью ко мне в комнату пробрался ее взрослый сын. Этот нахал сделал все, чтобы свести меня с ума. А я теперь не знаю, как смотреть в глаза подруге.
- Еще как было. Я думал, друг подгонит мне какую-то среднестатистическую девчонку, а тут такая горячая милфа. Иди сюда.
- Ты не понимаешь, - произношу.
- Давай ты потом объяснишь. Ты так сладенько мурлыкала. Ну иди уже.
- Я подруга твоей мамы, - хриплю тихо и зажмуриваюсь.
После развода с мужем я приехала на время к подруге, и ночью ко мне в комнату пробрался ее взрослый сын. Этот нахал сделал все, чтобы свести меня с ума. А я теперь не знаю, как смотреть в глаза подруге.
Выберите полку для книги