— Заур, зачем так жестоко? Ты не мог просто развестись? Зачем... зачем ты привел свою любовницу ко мне на УЗИ? В мой кабинет? К жене?
— Затем, Амина, что я даю тебе выбор, — сказал он медленно. — Либо ты принимаешь Саиду. Принимаешь ее ребенка. И тогда я позволю тебе жить с нами. Будешь нянчиться с малышом, менять памперсы, кормить из бутылочки. — Он усмехнулся, и в этой усмешке было столько яда, что меня передернуло. — Ты же хотела ребенка, правда? Мечтала об этом, рыдала по ночам, молилась. Вот он, твой шанс. Будешь нянькой, при моем наследнике. Должна быть благодарна.
Я опустила руки чтобы скрыть дрожь.
— А если нет... — Заур наклонился вперед, и голос стал тише. — Если откажешься, то я отправлю тебя в аул. К моим родителям. Будешь жить там. Без мужа. Одна. С клеймом бесплодной женщины. Знаешь, что о таких говорят там? Знаешь, как на них смотрят?Будешь прислуживать родителям, пока они живы, а потом... — он красноречиво пожал плечами. — Потом доживать свой век в одиночестве. Решай
— Затем, Амина, что я даю тебе выбор, — сказал он медленно. — Либо ты принимаешь Саиду. Принимаешь ее ребенка. И тогда я позволю тебе жить с нами. Будешь нянчиться с малышом, менять памперсы, кормить из бутылочки. — Он усмехнулся, и в этой усмешке было столько яда, что меня передернуло. — Ты же хотела ребенка, правда? Мечтала об этом, рыдала по ночам, молилась. Вот он, твой шанс. Будешь нянькой, при моем наследнике. Должна быть благодарна.
Я опустила руки чтобы скрыть дрожь.
— А если нет... — Заур наклонился вперед, и голос стал тише. — Если откажешься, то я отправлю тебя в аул. К моим родителям. Будешь жить там. Без мужа. Одна. С клеймом бесплодной женщины. Знаешь, что о таких говорят там? Знаешь, как на них смотрят?Будешь прислуживать родителям, пока они живы, а потом... — он красноречиво пожал плечами. — Потом доживать свой век в одиночестве. Решай
- Рит, я занят, - холодно, раздражённо отрезает муж вместо приветствия.
- Но у меня ведь... - начинаю я, и голос ломается на полуслове. - Ясь, сегодня же мой...
- Рит, - перебивает он, и голос становится ещё злее. - Ты же знаешь, сорок лет не отмечают. В следующем году отметим как следует. - Бросает небрежно.
- Конечно дорогой – сбрасываю вызов и наблюдаю в окно ресторана, как мой муж и брюнетка, сидят за столиком, который я заказывала для себя еще месяц назад.
Снимаю кадр за кадром.
Потому что в голове уже начинает формироваться зародыш плана.
План моей мести предателю, который думает, что сорок лет не отмечают. Который думает, что его жена наивна и проста.
Но как же он ошибается…
- Но у меня ведь... - начинаю я, и голос ломается на полуслове. - Ясь, сегодня же мой...
- Рит, - перебивает он, и голос становится ещё злее. - Ты же знаешь, сорок лет не отмечают. В следующем году отметим как следует. - Бросает небрежно.
- Конечно дорогой – сбрасываю вызов и наблюдаю в окно ресторана, как мой муж и брюнетка, сидят за столиком, который я заказывала для себя еще месяц назад.
Снимаю кадр за кадром.
Потому что в голове уже начинает формироваться зародыш плана.
План моей мести предателю, который думает, что сорок лет не отмечают. Который думает, что его жена наивна и проста.
Но как же он ошибается…
«У нас с твоим мужем скоро будет ребенок. Таня, ты же умная девушка? Андрею нужен наследник. Дай ему шанс создать семью с той, кто сможет родить» – такая смс пришла на мой телефон.
Дыхание перехватило. Дрожащими пальцами я напечатала:
«Это какая-то шутка?»
«Не веришь? Думаешь, он в командировке сейчас? Приезжай в отель «Плаза», номер 405. Я оставлю для тебя дверь открытой…»
Мое сердце, кажется, вообще перестало стучать. А вместе с телефоном из ослабших рук выпал положительный тест на беременность…
Дыхание перехватило. Дрожащими пальцами я напечатала:
«Это какая-то шутка?»
«Не веришь? Думаешь, он в командировке сейчас? Приезжай в отель «Плаза», номер 405. Я оставлю для тебя дверь открытой…»
Мое сердце, кажется, вообще перестало стучать. А вместе с телефоном из ослабших рук выпал положительный тест на беременность…
- У нас что праздник какой-то? — улыбнулась мужу и села за накрытый стол. Муж постарался и учёл всё моё любимое.
Дай-ка вспомнить, когда такое было в последний раз? Наверное, года четыре назад он встречал с работы ужином. Тогда был мой тридцать шестой день рождения.
Наверное, есть повод.
- Надя, нам надо серьёзно поговорить, — начал он.
- Я слушаю.
- Я ухожу, — произнёс тихо.
Я не сразу поняла, о чём он. Уходит? Куда? Ночь скоро на дворе и дождик накрапывает.
- Надь, я совсем ухожу. Прости... Но я влюбился.
Эти слова словно ножом по сердцу резанули, оставляя рваную кровоточащую рану.
- А как же я? Как двадцать лет нашего брака? И у дочки скоро свадьба!
Мой голос дрожал и срывался. - Кто она? Чем она лучше меня?
- Давай без сцен, — бросил резко, — ты умная взрослая женщина и я уважаю тебя. Но увы. Больше не люблю. А она другая — заводная, весёлая, и с ней я словно заново жить начал.
***
Семейные ценности для меня были всегда на первом месте, супружеская верность
Дай-ка вспомнить, когда такое было в последний раз? Наверное, года четыре назад он встречал с работы ужином. Тогда был мой тридцать шестой день рождения.
Наверное, есть повод.
- Надя, нам надо серьёзно поговорить, — начал он.
- Я слушаю.
- Я ухожу, — произнёс тихо.
Я не сразу поняла, о чём он. Уходит? Куда? Ночь скоро на дворе и дождик накрапывает.
- Надь, я совсем ухожу. Прости... Но я влюбился.
Эти слова словно ножом по сердцу резанули, оставляя рваную кровоточащую рану.
- А как же я? Как двадцать лет нашего брака? И у дочки скоро свадьба!
Мой голос дрожал и срывался. - Кто она? Чем она лучше меня?
- Давай без сцен, — бросил резко, — ты умная взрослая женщина и я уважаю тебя. Но увы. Больше не люблю. А она другая — заводная, весёлая, и с ней я словно заново жить начал.
***
Семейные ценности для меня были всегда на первом месте, супружеская верность
Пока я жила в другом городе у больной мамы, мой муж развлекался с молоденькой любовницей в нашей квартире. Если он думает, что я проглочу это, то негодяй ошибается.
***
— Насть, ну тебя не было целый месяц. Ты сама меня бросила! — его голос начинает звучать раздраженно. — Что ты мне предлагаешь – сидеть и ждать тебя? Я не удержался. Я мужик. Мне нужен секс.
Где-то внутри меня что-то ломается.
Двадцать пять лет брака. Два сына. Обещания, клятвы, верность.
Чувствую, как внутри меня закипает что-то тёмное, неконтролируемое.
Я медленно подношу телефон к уху.
— Знаешь что, дорогой…
Говорю спокойно. Холодно.
— Оставь этот бред для своей любовницы.
***
— Насть, ну тебя не было целый месяц. Ты сама меня бросила! — его голос начинает звучать раздраженно. — Что ты мне предлагаешь – сидеть и ждать тебя? Я не удержался. Я мужик. Мне нужен секс.
Где-то внутри меня что-то ломается.
Двадцать пять лет брака. Два сына. Обещания, клятвы, верность.
Чувствую, как внутри меня закипает что-то тёмное, неконтролируемое.
Я медленно подношу телефон к уху.
— Знаешь что, дорогой…
Говорю спокойно. Холодно.
— Оставь этот бред для своей любовницы.
– Чужой праздник и я украла самый вкусный подарок, - хихикает моя сестра и сбрасывает всю одежду, оставаясь абсолютно голой.
– Иди ко мне. Море, как парное молоко, - зовёт ее мой новоиспеченный муж, разгоняя волны руками.
– У меня никогда ещё не было в воде, - признается сестра, шагая по песку.
– У меня тоже. Сделаем это быстро. А то меня ждут на собственной свадьбе.
– Жена не волк, в лес не убежит, а ты мой в эти минуты. Только мой, - льнет к нему и обвивает за шею.
А я стою на берегу в паре метров от них и боль раздирает.
Два родных человека и один нож в спину. Моя свадьба закончилась изменой мужа.
– Иди ко мне. Море, как парное молоко, - зовёт ее мой новоиспеченный муж, разгоняя волны руками.
– У меня никогда ещё не было в воде, - признается сестра, шагая по песку.
– У меня тоже. Сделаем это быстро. А то меня ждут на собственной свадьбе.
– Жена не волк, в лес не убежит, а ты мой в эти минуты. Только мой, - льнет к нему и обвивает за шею.
А я стою на берегу в паре метров от них и боль раздирает.
Два родных человека и один нож в спину. Моя свадьба закончилась изменой мужа.
Жизнь успешного архитектора Елены Сокольской рушится в один день. Муж и лучшая подруга не просто любовники, но ещё и аферисты, которые хладнокровно подставляют её, делая главной обвиняемой в многомиллионной афере.
Все улики против неё, на кону — её свобода. Когда правосудие бессильно, у Лены остаётся лишь одно оружие — её острый, аналитический ум. Чтобы спастись, гению строительства предстоит стать гением разрушения и найти единственный изъян в идеальном плане предателей.
Я уничтожу его. Отомщу.
Мой муж ответит за предательство и обман. Я обещаю.
Все улики против неё, на кону — её свобода. Когда правосудие бессильно, у Лены остаётся лишь одно оружие — её острый, аналитический ум. Чтобы спастись, гению строительства предстоит стать гением разрушения и найти единственный изъян в идеальном плане предателей.
Я уничтожу его. Отомщу.
Мой муж ответит за предательство и обман. Я обещаю.
— Всем привет! А где Ваня?
Гости переглядываются между собой, повисает неловкая пауза.
Сегодня у моего мужа встреча бывших одноклассников, на которую я с ним не пошла из-за болезни сына. Но затем передумала и решила явиться в ресторан.
— Ваньку давно не видели, — говорит кто-то из компании.
— Да и Дианы тоже нет, — добавляет другой.
Слова о том, что Диана тоже была здесь, ударяют меня, словно пощечина. Муж уверял, что она не придет на эту встречу.
— Может, они вместе уехали? — шутливо выпаливает незнакомый мне мужчина.
Шутка? Почему-то мне совсем не смешно.
— Что? Куда уехали?
— Да шучу я. Не бери в голову, — говорит в ответ незнакомец, я даже имени его не знаю. Но его хитрая улыбка начинает раздражать.
— Я, пожалуй, пойду, — с трудом произношу, чувствуя себя полной идиоткой.
Восемнадцать лет брака, пятеро детей. Казалось бы, у нас с Ваней идеальная семья. Но что-то идет не так, когда он тайком сбегает со встречи выпускников со своей бывшей одноклассницей.
Гости переглядываются между собой, повисает неловкая пауза.
Сегодня у моего мужа встреча бывших одноклассников, на которую я с ним не пошла из-за болезни сына. Но затем передумала и решила явиться в ресторан.
— Ваньку давно не видели, — говорит кто-то из компании.
— Да и Дианы тоже нет, — добавляет другой.
Слова о том, что Диана тоже была здесь, ударяют меня, словно пощечина. Муж уверял, что она не придет на эту встречу.
— Может, они вместе уехали? — шутливо выпаливает незнакомый мне мужчина.
Шутка? Почему-то мне совсем не смешно.
— Что? Куда уехали?
— Да шучу я. Не бери в голову, — говорит в ответ незнакомец, я даже имени его не знаю. Но его хитрая улыбка начинает раздражать.
— Я, пожалуй, пойду, — с трудом произношу, чувствуя себя полной идиоткой.
Восемнадцать лет брака, пятеро детей. Казалось бы, у нас с Ваней идеальная семья. Но что-то идет не так, когда он тайком сбегает со встречи выпускников со своей бывшей одноклассницей.
Я беременна. Тридцать пять лет, десять лет брака, и наконец-то наша мечта осуществляется. Николай наверняка еще в офисе, завершает рабочую неделю. Идеальный момент для такой новости. Выгляжу свежо, несмотря на двенадцатичасовое дежурство в роддоме. Кабинет директора рекламного агентства «Морозов и партнеры». Подхожу к двери и замираю, слыша звуки изнутри. Приоткрываю дверь и заглядываю внутрь. На кожаном диване, лежит Полина Измайлова — его двадцатипятилетняя помощница. А над ней, замер мой муж. Его руки обнимают молодое тело девушки, губы жадно целуют ее шею, а она запрокинула голову с роскошными темными волосами.
— Коля, я так долго ждала этого момента, — шепчет Полина.
— Я тоже, солнце. Мне надоело играть роль идеального семьянина, — отвечает Николай. — Света! — Николай отскакивает от Полины. — Это не то, что ты думаешь! Полина поднимается с дивана. — Привет, Светлана Игоревна, — произносит она с улыбкой, не ожидала увидеть вас здесь так поздно.
— Коля, я так долго ждала этого момента, — шепчет Полина.
— Я тоже, солнце. Мне надоело играть роль идеального семьянина, — отвечает Николай. — Света! — Николай отскакивает от Полины. — Это не то, что ты думаешь! Полина поднимается с дивана. — Привет, Светлана Игоревна, — произносит она с улыбкой, не ожидала увидеть вас здесь так поздно.
– У меня красивая фигура, правда? Лучше, чем у твоей жены. Она уже старая! Наверняка потеряла форму, тем более после двух родов.
Этот женский голос, доносящийся из нашей с мужем спальни, я узнаю из тысячи. Он принадлежит дочери моей лучшей подруги. Девушке, которая была частым гостем в нашем доме и чуть ли не членом семьи.
– Ты божественно красива! Грудь, попа – всё при тебе! – доносится чуть охрипший голос моего мужа.
– Спасибо! Хочешь прикоснуться? Я вся твоя, бери!
Звонкий шлепок, раздавшийся следом, оглушает. Кажется, муж только что огрел мерзавку по заднице. К горлу подкатывает рвотный рефлекс. Предатели! Сейчас я вам устрою счастливую жизнь!
Толкаю дверь и перешагиваю через порог.
– Я вам не помешала?! – чуть ли не рычу, хотя внутри сердце рвётся на части.
Как же больно! Двадцать лет брака, двое замечательных детей… Семья, которую я считала идеальной, рассыпалась у меня на глазах, словно карточный домик.
– Дорогая! Это не то, о чём ты подумала…
Этот женский голос, доносящийся из нашей с мужем спальни, я узнаю из тысячи. Он принадлежит дочери моей лучшей подруги. Девушке, которая была частым гостем в нашем доме и чуть ли не членом семьи.
– Ты божественно красива! Грудь, попа – всё при тебе! – доносится чуть охрипший голос моего мужа.
– Спасибо! Хочешь прикоснуться? Я вся твоя, бери!
Звонкий шлепок, раздавшийся следом, оглушает. Кажется, муж только что огрел мерзавку по заднице. К горлу подкатывает рвотный рефлекс. Предатели! Сейчас я вам устрою счастливую жизнь!
Толкаю дверь и перешагиваю через порог.
– Я вам не помешала?! – чуть ли не рычу, хотя внутри сердце рвётся на части.
Как же больно! Двадцать лет брака, двое замечательных детей… Семья, которую я считала идеальной, рассыпалась у меня на глазах, словно карточный домик.
– Дорогая! Это не то, о чём ты подумала…
Выберите полку для книги