Книги по тегу «измена и предательство»: ""
— Ты кто такая? Проваливай из моего дома! — закричала я, когда мой еще сегодня утром любимый муж, завел девушку в наш дом.
— Я — Настя, мать его ребёнка. А ты, ты тут просто мебель, — сказала она, усмехнувшись.
— Что происходит Артём? — взглянула я на мужа, пытаясь еще стоять на ногах.
— Настя беременна, одиннадцать недель. Дом на мне записан, я тебя не держу. Можешь уйти. Или остаться и помогать — Настя в положении, ей нужен уход. Ты как раз хотела ребёнка — будешь за ним смотреть.
Я так и не смогла забеременеть от мужа. А он сравнял меня с мебелью и привел другую в наш дом. Я ушла. Но ему этого не хватило. Через два года он…
— Я — Настя, мать его ребёнка. А ты, ты тут просто мебель, — сказала она, усмехнувшись.
— Что происходит Артём? — взглянула я на мужа, пытаясь еще стоять на ногах.
— Настя беременна, одиннадцать недель. Дом на мне записан, я тебя не держу. Можешь уйти. Или остаться и помогать — Настя в положении, ей нужен уход. Ты как раз хотела ребёнка — будешь за ним смотреть.
Я так и не смогла забеременеть от мужа. А он сравнял меня с мебелью и привел другую в наш дом. Я ушла. Но ему этого не хватило. Через два года он…
— Собери вещи, Катя. С сегодняшнего дня ты здесь больше не останешься.
Я смотрю на мужа, потом на девушку за нашим кухонным столом.
Молодая. Красивая. Светлое платье, ухоженные волосы и уже заметный живот. Она спокойно пьёт чай из моей любимой чашки, будто это я пришла к ним в гости.
Мама стоит у окна.
— Что происходит?
Андрей даже не встаёт.
— Я всё сказал.
— Нет. Ты просто сказал мне собрать вещи. А я спрашиваю почему?!
Я ставлю сумку на пол. В ней лежат белые пинетки с жёлтыми утятами и тест.
Две полоски.
Сегодня утром я минут пять сидела на краю ванны и смотрела на них.
Семь лет врачей, анализов, процедур и бесконечного «пока не получилось».
А сегодня получилось.
Само.
По дороге домой я представляла, как Андрей обнимет меня, засмеётся, а потом всё-таки заплачет, хотя всегда говорил, что мужчины из-за тестов не плачут.
Теперь я смотрю на живот незнакомки.
— Она беременна от тебя?
Мама отводит глаза.
Андрей отвечает сразу:
— Да.
Я смотрю на мужа, потом на девушку за нашим кухонным столом.
Молодая. Красивая. Светлое платье, ухоженные волосы и уже заметный живот. Она спокойно пьёт чай из моей любимой чашки, будто это я пришла к ним в гости.
Мама стоит у окна.
— Что происходит?
Андрей даже не встаёт.
— Я всё сказал.
— Нет. Ты просто сказал мне собрать вещи. А я спрашиваю почему?!
Я ставлю сумку на пол. В ней лежат белые пинетки с жёлтыми утятами и тест.
Две полоски.
Сегодня утром я минут пять сидела на краю ванны и смотрела на них.
Семь лет врачей, анализов, процедур и бесконечного «пока не получилось».
А сегодня получилось.
Само.
По дороге домой я представляла, как Андрей обнимет меня, засмеётся, а потом всё-таки заплачет, хотя всегда говорил, что мужчины из-за тестов не плачут.
Теперь я смотрю на живот незнакомки.
— Она беременна от тебя?
Мама отводит глаза.
Андрей отвечает сразу:
— Да.
Три месяца назад я узнала, что муж мне изменил.
Я осталась — ради сына, десяти лет брака и надежды, что одна ошибка ещё не перечёркивает всю нашу жизнь.
А потом в неё снова вернулась Вероника — моя бывшая лучшая подруга и женщина, за которой Марк когда-то бегал два года.
— Давно вы общаетесь?
— Несколько месяцев.
— И ты мне не сказал?
— Да.
Марк уверяет, что между ними ничего нет.
Я очень хочу ему поверить. Только после измены доверие не возвращается по щелчку.
Особенно когда всю жизнь боишься, что тебя выбрали лишь потому, что другая однажды сказала «нет».
Я думала, хуже измены уже ничего быть не может.
Ошиблась.
Потому что теперь тайна есть уже у меня.
Я осталась — ради сына, десяти лет брака и надежды, что одна ошибка ещё не перечёркивает всю нашу жизнь.
А потом в неё снова вернулась Вероника — моя бывшая лучшая подруга и женщина, за которой Марк когда-то бегал два года.
— Давно вы общаетесь?
— Несколько месяцев.
— И ты мне не сказал?
— Да.
Марк уверяет, что между ними ничего нет.
Я очень хочу ему поверить. Только после измены доверие не возвращается по щелчку.
Особенно когда всю жизнь боишься, что тебя выбрали лишь потому, что другая однажды сказала «нет».
Я думала, хуже измены уже ничего быть не может.
Ошиблась.
Потому что теперь тайна есть уже у меня.
- Кто она? - голос ровный, но внутри все пылает.
Муж не вздрагивает. Не отводит взгляд, спокойно расстегивает верхнюю пуговицу рубашки.
- Ерунда, женщина знакомая - отвечает равнодушно. - Я ездил в командировку в октябре. Было один раз. Это уже не важно - ухмыляется.
Он не юлит. Не прячет глаза. Не оправдывается. Он просто оповещает.
Я замечаю, что не дышу. Не потому, что не хочу. Потому что не могу. Будто сам воздух, наполненный чужими духами, режет горло.
- И… и ты так спокойно об этом говоришь? - хриплю.
Десять лет. Семь городов. Гарнизон за гарнизоном.
Семь кухонь - по шесть квадратов, если повезёт. Я помню каждую.
И это холодное «уже не важно» переворачивает мой мир.
- Решение за тобой - отрезает. Я не буду стоять на коленях и просить прощение - холодно продолжает. - Если уходишь, уходи…
***
И я ушла.
Собрала вещи за ночь, забрала пятилетнего сына.
Я думала - это самое страшное, что может случиться.
Но я ошибалась… это решение сломало все. Все наши жизни.
Муж не вздрагивает. Не отводит взгляд, спокойно расстегивает верхнюю пуговицу рубашки.
- Ерунда, женщина знакомая - отвечает равнодушно. - Я ездил в командировку в октябре. Было один раз. Это уже не важно - ухмыляется.
Он не юлит. Не прячет глаза. Не оправдывается. Он просто оповещает.
Я замечаю, что не дышу. Не потому, что не хочу. Потому что не могу. Будто сам воздух, наполненный чужими духами, режет горло.
- И… и ты так спокойно об этом говоришь? - хриплю.
Десять лет. Семь городов. Гарнизон за гарнизоном.
Семь кухонь - по шесть квадратов, если повезёт. Я помню каждую.
И это холодное «уже не важно» переворачивает мой мир.
- Решение за тобой - отрезает. Я не буду стоять на коленях и просить прощение - холодно продолжает. - Если уходишь, уходи…
***
И я ушла.
Собрала вещи за ночь, забрала пятилетнего сына.
Я думала - это самое страшное, что может случиться.
Но я ошибалась… это решение сломало все. Все наши жизни.
– Ты должна быть красивой и улыбаться, а не задавать ненужные вопросы, – взгляд мужа мрачнеет, и у меня душа уходит в пятки.
И все же повторяю:
– Кто эта женщина, Велес?
– Ответ тебе не понравится, – цедит муж, затем разворачивается и идет к ней, той самой незнакомке, которая недавно вешалась на него на глазах у всех, и при мне, его законной беременной жене.
Теперь я понимаю, почему муж не хотел брать меня на корпоратив.
Теперь я понимаю всё…
-
Пять лет идеального брака закончились заурядным разводом.
Я ушла, несмотря на беременность, потому что не могла иначе.
Переехала, вычеркнув предателя из своей жизни. Думала, что навсегда… но через полтора года он нашел меня, используя свои прокурорские связи.
Мы буквально сталкиваемся с ним на улице. Бывший беспардонно подхватывает мою дочку на руки и смотрит на меня сверху-вниз:
– Я устал отгонять от тебя ухажеров. Ты только моя. Так что возвращаешься и начинаешь отрабатывать всё то время, что я был вынужден готовить себе сам.
И все же повторяю:
– Кто эта женщина, Велес?
– Ответ тебе не понравится, – цедит муж, затем разворачивается и идет к ней, той самой незнакомке, которая недавно вешалась на него на глазах у всех, и при мне, его законной беременной жене.
Теперь я понимаю, почему муж не хотел брать меня на корпоратив.
Теперь я понимаю всё…
-
Пять лет идеального брака закончились заурядным разводом.
Я ушла, несмотря на беременность, потому что не могла иначе.
Переехала, вычеркнув предателя из своей жизни. Думала, что навсегда… но через полтора года он нашел меня, используя свои прокурорские связи.
Мы буквально сталкиваемся с ним на улице. Бывший беспардонно подхватывает мою дочку на руки и смотрит на меня сверху-вниз:
– Я устал отгонять от тебя ухажеров. Ты только моя. Так что возвращаешься и начинаешь отрабатывать всё то время, что я был вынужден готовить себе сам.
После предательства самых близких людей прямо на моей свадьбе, я уезжаю куда-то в глушь до последней станции неизвестной электрички. Там лес, осень, тишина и неизвестный мужчина, который хочет отдохнуть от людей.
А я очень хочу снова поверить в людей.
Нам не по пути, но мы узнаем об этом завтра.
🍁🍂🍁🍂🍁🍂🍁🍂
– Арина? – говорит Артём. Его пальцы всё еще сжимают белое бедро моей подруги. Она, наконец-то, что-то понимает и дёргается чтобы отстраниться, но Артём впивается в неё и не думает отпускать.
– Закрой дверь и подожди. Я освобожусь через две минуты и всё объясню.
Освобожусь? Я глухо хватаю воздух, у меня не хватает сил даже на то, чтобы закричать. Освобожусь?! Он как будто на созвоне, а не на моей подружке в день моей свадьбы!
– Ариша, это просто физиология, это как… высморкаться, чтобы не шмыгать носом. Чтобы не броситься на тебя прямо посреди банкета. Ты такая красивая… я тебя хочу до безумия. Нехорошо невесте показываться жениху до свадьбы. Примета плохая.
А я очень хочу снова поверить в людей.
Нам не по пути, но мы узнаем об этом завтра.
🍁🍂🍁🍂🍁🍂🍁🍂
– Арина? – говорит Артём. Его пальцы всё еще сжимают белое бедро моей подруги. Она, наконец-то, что-то понимает и дёргается чтобы отстраниться, но Артём впивается в неё и не думает отпускать.
– Закрой дверь и подожди. Я освобожусь через две минуты и всё объясню.
Освобожусь? Я глухо хватаю воздух, у меня не хватает сил даже на то, чтобы закричать. Освобожусь?! Он как будто на созвоне, а не на моей подружке в день моей свадьбы!
– Ариша, это просто физиология, это как… высморкаться, чтобы не шмыгать носом. Чтобы не броситься на тебя прямо посреди банкета. Ты такая красивая… я тебя хочу до безумия. Нехорошо невесте показываться жениху до свадьбы. Примета плохая.
— Для человека, который изменяет мне последний год ты слишком наглый, — дрожала, реветь хотелось, но я терпела.
— А остальные двадцать лет я был верным. Так что счет здесь не в твою пользу, — глумился над моей болью муж.
— Ты привел меня в ресторан, где неделю назад дарил кольцо другой. Ты возил ее отдыхать, в места которые выбирала я. Ты…
— Молчи. И слушай. — муж навис надо мной. — Ты на личико смазливая, но по факту от тебя древностью веет. У тебя в развлечениях макраме и балет. Спасибо хоть косу до пола не отпустила и рейтузы не носишь, но в остальном…
Рука сорвалась быстрее чем я поняла, что сделала.
Ладонь обожгло.
Муж паскудно усмехнулся и провел пальцами себе по нижней губе.
— Ты чего это хвост распушила? В себя поверила? Это потому что твой бывший, как его адмирал дальних морей, в город приехал? Думаешь ты нужна ему после стольких лет, с тремя детьми, с кошкой вредной и ее вечными капризами?
— А остальные двадцать лет я был верным. Так что счет здесь не в твою пользу, — глумился над моей болью муж.
— Ты привел меня в ресторан, где неделю назад дарил кольцо другой. Ты возил ее отдыхать, в места которые выбирала я. Ты…
— Молчи. И слушай. — муж навис надо мной. — Ты на личико смазливая, но по факту от тебя древностью веет. У тебя в развлечениях макраме и балет. Спасибо хоть косу до пола не отпустила и рейтузы не носишь, но в остальном…
Рука сорвалась быстрее чем я поняла, что сделала.
Ладонь обожгло.
Муж паскудно усмехнулся и провел пальцами себе по нижней губе.
— Ты чего это хвост распушила? В себя поверила? Это потому что твой бывший, как его адмирал дальних морей, в город приехал? Думаешь ты нужна ему после стольких лет, с тремя детьми, с кошкой вредной и ее вечными капризами?
Я выхожу из машины. Напротив дома стоит мой муж Андрей. Он не один. Рядом — молодая женщина. Она обнимает его за талию, прижимается всем телом. Он не отстраняется. Он целует её в висок. Тем самым жестом, которым всегда целует меня.
Я делаю шаг вперёд.
— Андрей?
Он резко оборачивается. Его лицо бледнеет.
— Вера?
Женщина выходит вперёд. В её глазах не испуг, а превосходство.
— А вы, видимо, та самая жена? — спрашивает она.
Я молчу.
— Меня зовут Ольга, — говорит она. — А это мой муж.
— Муж? — переспрашиваю я.
— Да, муж. Мы живём вместе. Здесь, в этой квартире. У нас всё по-настоящему. А вы... — она делает паузу, — а вы для него уже бывшая.
Я делаю шаг вперёд.
— Андрей?
Он резко оборачивается. Его лицо бледнеет.
— Вера?
Женщина выходит вперёд. В её глазах не испуг, а превосходство.
— А вы, видимо, та самая жена? — спрашивает она.
Я молчу.
— Меня зовут Ольга, — говорит она. — А это мой муж.
— Муж? — переспрашиваю я.
— Да, муж. Мы живём вместе. Здесь, в этой квартире. У нас всё по-настоящему. А вы... — она делает паузу, — а вы для него уже бывшая.
- Если бы ты знала, как давно я хотел это сделать! – слышу голос мужа за дверью его кабинета, - С женой уже неинтересно.
- Вот и мне тоже захотелось приключений, мой муж совсем меня не удовлетворяет, - капризным тоном говорит девушка.
- Поехали в отель, я покажу тебе, что такое настоящий мужик!
- Ой, мне уже страшно! – хихикает любовница.
Муж смеется в ответ...
От их смеха тошнота подкатывает к горлу.
В шоке прислоняюсь к стене, не веря в происходящее. Сердце готово выскочить из груди.
Уничтожу!!!
Я лишу тебя всего, что для тебя важно!
Узнав об измене мужа, я решаю мстить, и судьба благосклонно подкидывает мне карты в руки.
Но думала ли я, чем эти карты обернутся для меня…
- Вот и мне тоже захотелось приключений, мой муж совсем меня не удовлетворяет, - капризным тоном говорит девушка.
- Поехали в отель, я покажу тебе, что такое настоящий мужик!
- Ой, мне уже страшно! – хихикает любовница.
Муж смеется в ответ...
От их смеха тошнота подкатывает к горлу.
В шоке прислоняюсь к стене, не веря в происходящее. Сердце готово выскочить из груди.
Уничтожу!!!
Я лишу тебя всего, что для тебя важно!
Узнав об измене мужа, я решаю мстить, и судьба благосклонно подкидывает мне карты в руки.
Но думала ли я, чем эти карты обернутся для меня…
Я приехала в Турцию заливать измену мужа коктейлями. Но вместо этого наглоталась морской воды в первый же день.
Утонуть в отпуске — плохая идея. Тонуть в ореховых глазах красавца-спасателя — идея намного лучше. Жаль только, загадочный спаситель растворился в толпе, даже имени не сказал.
— Тебе снова нужно тонуть, чтобы встретить его, — с видом эксперта заявляет Маринка.
— Не сходи с ума. Я не собираюсь…
Но договорить не успеваю. Подруга толкает меня за борт, и я лечу вниз головой в бирюзовую воду. Проклиная Маринку и надеясь, что он правда меня спасет.
Утонуть в отпуске — плохая идея. Тонуть в ореховых глазах красавца-спасателя — идея намного лучше. Жаль только, загадочный спаситель растворился в толпе, даже имени не сказал.
— Тебе снова нужно тонуть, чтобы встретить его, — с видом эксперта заявляет Маринка.
— Не сходи с ума. Я не собираюсь…
Но договорить не успеваю. Подруга толкает меня за борт, и я лечу вниз головой в бирюзовую воду. Проклиная Маринку и надеясь, что он правда меня спасет.
Выберите полку для книги