Электронные книги на тему: "Измена"
– Значит, – произнесла жена моего брата, – тебя всё устраивает, да? Что я как девочка по вызову – когда тебе удобно, тогда и появляюсь?
– Именно, – холодно ответил ей мой муж. – Настя, не устраивает – можешь всё прекратить прямо сейчас.
Наступила пауза. Я слышала, как Настя резко вдохнула, потом уже другим, мягким голосом сказала:
– Не кипятись, Илюш. Да, не всё идеально, но я готова со многим смириться. Ради тебя.
Он усмехнулся. Даже не видя его лица, я знала этот звук – короткий, с тенью превосходства.
– А не боишься, что твой муж узнает? – спросил он.
– Мне плевать на мужа, – отрезала она. – Кирилл мне не нужен. Мне нужен ты. Понимаешь? Только ты. И меня бесит, что рядом с тобой – она. Твоя правильная, тихая жёнушка Алёна.
А следом – мягкий звук их поцелуя и треск моего сердца, разлетевшегося на сколки.
– Именно, – холодно ответил ей мой муж. – Настя, не устраивает – можешь всё прекратить прямо сейчас.
Наступила пауза. Я слышала, как Настя резко вдохнула, потом уже другим, мягким голосом сказала:
– Не кипятись, Илюш. Да, не всё идеально, но я готова со многим смириться. Ради тебя.
Он усмехнулся. Даже не видя его лица, я знала этот звук – короткий, с тенью превосходства.
– А не боишься, что твой муж узнает? – спросил он.
– Мне плевать на мужа, – отрезала она. – Кирилл мне не нужен. Мне нужен ты. Понимаешь? Только ты. И меня бесит, что рядом с тобой – она. Твоя правильная, тихая жёнушка Алёна.
А следом – мягкий звук их поцелуя и треск моего сердца, разлетевшегося на сколки.
– Ты зачем сюда пришла? - слышу шипение мужа за приоткрытой дверью. - Я же сказал, что сам приеду!
– Мне нужно твое согласие на выезд ребенка заграницу, - отвечает женский голос.
– Какое еще согласие? - начинает злиться мой муж.
– Согласие на вывоз твоего ребенка, Игорь, твоего! Ты нам оплатил отпуск, но без согласия я не могу вывезти нашу дочь. А может, мы все вместе поедем к морю? Марианна так скучает по папочке, - капризно протягивает женский голос.
– Я заеду вечером, и мы все обсудим, - спокойно предлагает Игорь.
– Я уже устала с тобой все обсуждать! Я семью хочу! Хочу, чтобы у Марианны был отец каждый вечер, а не тогда, когда ты соблаговолишь придти! - женский голос переходит на визг, - Я ведь могу и жене твоей рассказать, что у тебя вторая семья, от которой ты так и не отказался!
– Мне нужно твое согласие на выезд ребенка заграницу, - отвечает женский голос.
– Какое еще согласие? - начинает злиться мой муж.
– Согласие на вывоз твоего ребенка, Игорь, твоего! Ты нам оплатил отпуск, но без согласия я не могу вывезти нашу дочь. А может, мы все вместе поедем к морю? Марианна так скучает по папочке, - капризно протягивает женский голос.
– Я заеду вечером, и мы все обсудим, - спокойно предлагает Игорь.
– Я уже устала с тобой все обсуждать! Я семью хочу! Хочу, чтобы у Марианны был отец каждый вечер, а не тогда, когда ты соблаговолишь придти! - женский голос переходит на визг, - Я ведь могу и жене твоей рассказать, что у тебя вторая семья, от которой ты так и не отказался!
Муж изменил. Подруга предала. Семья рассыпалась, как тонкий лёд в апреле.
В один день Алина остаётся одна с тремя детьми, судебными повестками и бывшим мужем, который играет в «идеального отца» только тогда, когда это удобно ему.
Он не даёт ей развода. Не даёт покоя. Не даёт жить.
Но что делать женщине, у которой нет времени на истерики — только на борьбу?
Алина идёт в суд. В опеку. В школу, где директор намекает, что «дети нервничают». В прошлое, которое всё ещё пытается держать её за горло.
И неожиданно находит поддержку там, где меньше всего ждала — в человеке, который не обязан ей вовсе, но почему-то оказывается рядом в каждый самый тяжёлый момент.
И да, будет измена. Та, что уже случилась. И та, которую она больше никогда не позволит — даже самой себе.
Это история о женщине, которая упала. Разбилась. А потом встала.
И включила свет.
В один день Алина остаётся одна с тремя детьми, судебными повестками и бывшим мужем, который играет в «идеального отца» только тогда, когда это удобно ему.
Он не даёт ей развода. Не даёт покоя. Не даёт жить.
Но что делать женщине, у которой нет времени на истерики — только на борьбу?
Алина идёт в суд. В опеку. В школу, где директор намекает, что «дети нервничают». В прошлое, которое всё ещё пытается держать её за горло.
И неожиданно находит поддержку там, где меньше всего ждала — в человеке, который не обязан ей вовсе, но почему-то оказывается рядом в каждый самый тяжёлый момент.
И да, будет измена. Та, что уже случилась. И та, которую она больше никогда не позволит — даже самой себе.
Это история о женщине, которая упала. Разбилась. А потом встала.
И включила свет.
Такси остановилось у нашего дома около полуночи. Я расплатилась, достала из багажника чемодан и пошла к подъезду. В окнах нашей квартиры на четвёртом этаже горел свет.
Рома ещё не спит. Хорошо.
Я поднялась на лифте, достала ключи и открыла дверь. В прихожей было тепло, пахло чем-то вкусным — кофе, что ли?
Я стянула ботинки и сделала шаг вперёд. И замерла.
На полу, у самой стены, стояли женские сапоги. Чёрные, замшевые, на высоком каблуке.
Не мои.
Сердце рухнуло вниз. Я уставилась на эти сапоги, пытаясь найти логичное объяснение. Может, Рома купил мне подарок? Нет, глупость, он бы не оставил их в прихожей. Может, это его мама заходила? Но у Людмилы Ивановны совсем другой размер, она носит тридцать шестой, а эти явно тридцать восьмой.
Я сглотнула и медленно прошла дальше по коридору. Из гостиной доносились голоса — Ромин, низкий и спокойный, и женский, звонкий, смеющийся.
Знакомый.
Очень знакомый...
Рома ещё не спит. Хорошо.
Я поднялась на лифте, достала ключи и открыла дверь. В прихожей было тепло, пахло чем-то вкусным — кофе, что ли?
Я стянула ботинки и сделала шаг вперёд. И замерла.
На полу, у самой стены, стояли женские сапоги. Чёрные, замшевые, на высоком каблуке.
Не мои.
Сердце рухнуло вниз. Я уставилась на эти сапоги, пытаясь найти логичное объяснение. Может, Рома купил мне подарок? Нет, глупость, он бы не оставил их в прихожей. Может, это его мама заходила? Но у Людмилы Ивановны совсем другой размер, она носит тридцать шестой, а эти явно тридцать восьмой.
Я сглотнула и медленно прошла дальше по коридору. Из гостиной доносились голоса — Ромин, низкий и спокойный, и женский, звонкий, смеющийся.
Знакомый.
Очень знакомый...
ЗАВЕРШЁННАЯ ПОВЕСТЬ!
– …я вам говорю: это было лучшее, что со мной случилось за последние годы, – голос мужа самодовольный, тяжёлый, лениво-гордый. – Она просто… вау! После неё домой возвращаться – как в санаторий для уставших пенсионеров.
Смех на три голоса.
У меня холодеют руки.
Я случайно оказалась здесь... а теперь...
– Такими женами, как моя клуша, только имидж поддерживать. Дом, семья, всё чинно. Но жить… сами понимаете. Даже сын на моей стороне. Он вообще не понимает, что она всё время ноет! Да и у нас с ним… свои темы. Парень растёт, ему мужская модель нужна. Не её истерики.
Муж довольно хмыкает.
– Давно думаю, что надо бы всё поменять местами. Только шуму много будет. Хотя… – он усмехается. – А что она сделает? С сыном у неё контакт нулевой. Я – её центр вселенной. Я уйду – и она рассыплется.
Лёгкий смешок.
– Соберу потом, если захочу!
Не дождёшься, милый. Я с тобой разведусь, и ты ещё поймёшь, кого потерял!
– …я вам говорю: это было лучшее, что со мной случилось за последние годы, – голос мужа самодовольный, тяжёлый, лениво-гордый. – Она просто… вау! После неё домой возвращаться – как в санаторий для уставших пенсионеров.
Смех на три голоса.
У меня холодеют руки.
Я случайно оказалась здесь... а теперь...
– Такими женами, как моя клуша, только имидж поддерживать. Дом, семья, всё чинно. Но жить… сами понимаете. Даже сын на моей стороне. Он вообще не понимает, что она всё время ноет! Да и у нас с ним… свои темы. Парень растёт, ему мужская модель нужна. Не её истерики.
Муж довольно хмыкает.
– Давно думаю, что надо бы всё поменять местами. Только шуму много будет. Хотя… – он усмехается. – А что она сделает? С сыном у неё контакт нулевой. Я – её центр вселенной. Я уйду – и она рассыплется.
Лёгкий смешок.
– Соберу потом, если захочу!
Не дождёшься, милый. Я с тобой разведусь, и ты ещё поймёшь, кого потерял!
Анаконда: "У твоего мужа есть второй телефон".
Анаконда: "Он оставляет его в машине. В бардачке".
Анаконда: "Там много интересного. Фото, чаты..."
Анаконда: "Удачи, милая. Скоро ты наконец узнаешь всё".
Я блогер и хотела провести эфир, чтоб привлечь внимание охладевшего мужа. Но вместо этого познакомилась с его любовницей, и это видел весь интернет. Сообщения в чате заставили меня завершить эфир. Мне уже было плевать на чужое мнение, ведь на кону будущее моей семьи и моего сына, который должен родиться через пару месяцев. Что делать, если все окажется правдой? Уйти тихо или со скандалом?
Анаконда: "Он оставляет его в машине. В бардачке".
Анаконда: "Там много интересного. Фото, чаты..."
Анаконда: "Удачи, милая. Скоро ты наконец узнаешь всё".
Я блогер и хотела провести эфир, чтоб привлечь внимание охладевшего мужа. Но вместо этого познакомилась с его любовницей, и это видел весь интернет. Сообщения в чате заставили меня завершить эфир. Мне уже было плевать на чужое мнение, ведь на кону будущее моей семьи и моего сына, который должен родиться через пару месяцев. Что делать, если все окажется правдой? Уйти тихо или со скандалом?
За день до свадьбы я получила сообщение.
Одно.
Холодное, как приговор:
"Твой жених – убийца. Завтра умрёшь ты."
Мой жених в бегах, мою сестру похитили.
А я вдруг стала свидетелем по делу, в котором слишком много денег, слишком много грязи и слишком много людей, готовых стереть меня с лица земли.
И именно тогда появился он — агент, который порвал мою жизнь в клочья не хуже, чем это письмо.
Холодный, опасный, с прямым взглядом и привычкой контролировать всё вокруг.
И чьё «свадьбы не будет» оказалось началом, а не концом.
Одно.
Холодное, как приговор:
"Твой жених – убийца. Завтра умрёшь ты."
Мой жених в бегах, мою сестру похитили.
А я вдруг стала свидетелем по делу, в котором слишком много денег, слишком много грязи и слишком много людей, готовых стереть меня с лица земли.
И именно тогда появился он — агент, который порвал мою жизнь в клочья не хуже, чем это письмо.
Холодный, опасный, с прямым взглядом и привычкой контролировать всё вокруг.
И чьё «свадьбы не будет» оказалось началом, а не концом.
– Папа, это ты?
Детский голос в телефоне мужа разрывает мою жизнь на до и после.
– Папа! – четырехлетний мальчик говорит с уверенностью, что набрал правильный номер. – Мама сказала, что та тетя не даст тебе говорить, но мне приснился страшный сон!
Та тетя – это я. Законная жена восемь лет.
Четыре года лжи. Ребенок, о котором я не знала. И муж, который сожалеет не о том, что изменил, а о том, что я узнала.
Детский голос в телефоне мужа разрывает мою жизнь на до и после.
– Папа! – четырехлетний мальчик говорит с уверенностью, что набрал правильный номер. – Мама сказала, что та тетя не даст тебе говорить, но мне приснился страшный сон!
Та тетя – это я. Законная жена восемь лет.
Четыре года лжи. Ребенок, о котором я не знала. И муж, который сожалеет не о том, что изменил, а о том, что я узнала.
— Ну и чего вылупилась? — я застала подругу в одном нижнем белье в кабинете моего мужа-хирурга. — Да, у нас сильная страсть с Онуром! Такая, какую ты ему дать не смогла!
— Это все не правда! — шепчу, сквозь слезы.
— Нет, — хохочет она, запрокидывая голову. — Онур накидывается на меня, как голодный, каждый раз, когда мы видимся! Он сходит с ума по моему телу! Постоянно смеется над тобой, когда ты далеко! Говорит, что ты занудная и никогда не родишь ему ребенка, ведь ты пустоцвет!
Я хотела сообщить мужу радостную новость, что, наконец-то, беременна, но застукала его за изменой с медсестрой из его отделения. И вместо раскаяния и оправданий, он отправил меня домой, а сам остался в том кабинете со своей любовницей.
— Это все не правда! — шепчу, сквозь слезы.
— Нет, — хохочет она, запрокидывая голову. — Онур накидывается на меня, как голодный, каждый раз, когда мы видимся! Он сходит с ума по моему телу! Постоянно смеется над тобой, когда ты далеко! Говорит, что ты занудная и никогда не родишь ему ребенка, ведь ты пустоцвет!
Я хотела сообщить мужу радостную новость, что, наконец-то, беременна, но застукала его за изменой с медсестрой из его отделения. И вместо раскаяния и оправданий, он отправил меня домой, а сам остался в том кабинете со своей любовницей.
Где-то вдали начали бить куранты.
Бом. Бом. Бом.
Новый год. Время загадывать желания. Время верить в чудеса.
Салюты взорвались в небе, расцвечивая тьму яркими вспышками. Красный. Зелёный. Золотой.
По моим щекам потекли слёзы.
Влад и Арина оторвались друг от друга. Они услышали куранты, услышали салюты. Арина запрокинула голову, глядя на небо, улыбаясь. Влад прижал её к себе крепче, что-то шепча ей на ухо.
А потом они увидели нас.
Арина замерла, её улыбка застыла на лице. Влад обернулся, и наши взгляды встретились.
Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Он на меня. Я на него.
Я видела, как его лицо бледнеет. Как глаза расширяются от ужаса. Как руки медленно отпускают Арину.
— Настя... — его губы беззвучно сформировали моё имя.
Я не могла говорить. Не могла двигаться. Не могла дышать.
Влад сделал шаг ко мне, протягивая руки:
— Настя, подожди. Я могу всё объяснить...
Бом. Бом. Бом.
Новый год. Время загадывать желания. Время верить в чудеса.
Салюты взорвались в небе, расцвечивая тьму яркими вспышками. Красный. Зелёный. Золотой.
По моим щекам потекли слёзы.
Влад и Арина оторвались друг от друга. Они услышали куранты, услышали салюты. Арина запрокинула голову, глядя на небо, улыбаясь. Влад прижал её к себе крепче, что-то шепча ей на ухо.
А потом они увидели нас.
Арина замерла, её улыбка застыла на лице. Влад обернулся, и наши взгляды встретились.
Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Он на меня. Я на него.
Я видела, как его лицо бледнеет. Как глаза расширяются от ужаса. Как руки медленно отпускают Арину.
— Настя... — его губы беззвучно сформировали моё имя.
Я не могла говорить. Не могла двигаться. Не могла дышать.
Влад сделал шаг ко мне, протягивая руки:
— Настя, подожди. Я могу всё объяснить...
Выберите полку для книги
О чем пишут в книгах об измене?
В книгах об измене авторы исследуют различные аспекты этого сложного явления:
Причины, по которым люди изменяют своим партнерам.
Эмоциональные и психологические последствия измены для всех участников ситуации.
Социальные и моральные нормы, связанные с изменой.
Возможность прощения и примирения после измены.
Чем они волнуют?
Книги об измене волнуют читателей по нескольким причинам:
Измена - это распространенное явление, с которым сталкиваются многие люди. Чтение книг об измене может помочь читателям почувствовать себя менее одинокими и понять, что они не единственные, кто переживает подобные трудности.
Книги об измене могут помочь читателям лучше понять природу любви, верности и предательства.
Чтение книг об измене может помочь читателям проработать свои собственные переживания, связанные с изменой, и найти пути исцеления.
Почему нам нужно читать такие книги?
Есть несколько причин, почему вам может быть полезно читать книги об измене:
Книги об измене могут помочь вам лучше понять себя и свои отношения.
Чтение книг об измене может помочь вам справиться с болью и обидой, вызванными изменой.
Книги об измене могут помочь вам научиться прощать и двигаться дальше.
Чтение книг об измене может помочь вам стать более сострадательным и понимающим человеком.
Что в них интересного?
Книги об измене могут быть очень интересными по нескольким причинам:
Они часто рассказывают о сложных и неоднозначных персонажах, которые сталкиваются с трудными жизненными ситуациями.
Книги об измене могут быть очень эмоциональными и захватывающими.
Чтение книг об измене может помочь читателям расширить свой кругозор и лучше понять мир вокруг себя.