Книги по тегу «исцеление любовью»: ""
— Вы мой начальник! — восклицаю возмущённо.
— Я мужчина в первую очередь, — Иван Владимирович довольно улыбается. — А моя должность, как я понял, наоборот, должна стать для тебя дополнительным бонусом.
— Бонусом?! — уже почти шепчу я.
— Конечно! — взгляд Главного неожиданно холодеет. — Ты же для этого решила и со мной замутить интрижку? Выгода для тебя на первом месте, так ведь? Поэтому нечего строить из себя девочку-фиалку.
Мне кажется, что я очутилась в параллельной реальности. И она мне сильно не нравится!
С чего вдруг Иван Владимирович решил, что я хочу стать его любовницей?!
— Мне ничего от вас не надо! — встаю со стула, желая как можно быстрее уйти покинуть кабинет.
— Не скромничай, Алевтина, я читал твоё письмо! — громко говорит Главный. — Ты предлагаешь мне себя, но за некоторые преференции с моей стороны. Что ж, я принимаю твоё… щедрое предложение.
У меня даже рот от удивления приоткрывается.
— Письмо?! Но я ничего не писала!
— Я мужчина в первую очередь, — Иван Владимирович довольно улыбается. — А моя должность, как я понял, наоборот, должна стать для тебя дополнительным бонусом.
— Бонусом?! — уже почти шепчу я.
— Конечно! — взгляд Главного неожиданно холодеет. — Ты же для этого решила и со мной замутить интрижку? Выгода для тебя на первом месте, так ведь? Поэтому нечего строить из себя девочку-фиалку.
Мне кажется, что я очутилась в параллельной реальности. И она мне сильно не нравится!
С чего вдруг Иван Владимирович решил, что я хочу стать его любовницей?!
— Мне ничего от вас не надо! — встаю со стула, желая как можно быстрее уйти покинуть кабинет.
— Не скромничай, Алевтина, я читал твоё письмо! — громко говорит Главный. — Ты предлагаешь мне себя, но за некоторые преференции с моей стороны. Что ж, я принимаю твоё… щедрое предложение.
У меня даже рот от удивления приоткрывается.
— Письмо?! Но я ничего не писала!
Амелия была счастлива. Любящий муж Алекс, уютный дом, долгожданная беременность — её жизнь казалась воплощённой мечтой. Она верила каждому его слову, каждому поцелую, каждой клятве.
Пока однажды не приехала к его офису с домашним обедом в руках и не увидела, как он прижимает к себе другую.
В один миг её мир рухнул. Всё, что она строила годами, оказалось ложью. Теперь ей предстоит пройти через боль, которую невозможно вообразить, и ответить на вопрос: можно ли выжить, когда сердце разбито вдребезги? И можно ли снова научиться дышать, когда не осталось ничего?
История о любви, предательстве и пути к себе — для тех, кто знает цену потерям.
Пока однажды не приехала к его офису с домашним обедом в руках и не увидела, как он прижимает к себе другую.
В один миг её мир рухнул. Всё, что она строила годами, оказалось ложью. Теперь ей предстоит пройти через боль, которую невозможно вообразить, и ответить на вопрос: можно ли выжить, когда сердце разбито вдребезги? И можно ли снова научиться дышать, когда не осталось ничего?
История о любви, предательстве и пути к себе — для тех, кто знает цену потерям.
На рынке, где муж шутил, что продаст её в рабство, она бросилась между мечом и избитым эльфом, которого никто не хотел спасать.
Она привыкла терпеть уже давно не родные руки — грубые, унижающие. Он привык ненавидеть людей — всех, без исключения, за то, что отняли его семью.
Между ними — цепи, которые давно сняты, но остались под кожей.
Чтобы дышать, кому-то придётся первому забыть, что значит «раб» и «хозяйка».
И просто протянуть руку.
Она привыкла терпеть уже давно не родные руки — грубые, унижающие. Он привык ненавидеть людей — всех, без исключения, за то, что отняли его семью.
Между ними — цепи, которые давно сняты, но остались под кожей.
Чтобы дышать, кому-то придётся первому забыть, что значит «раб» и «хозяйка».
И просто протянуть руку.
Целительнице-отступнице в который раз не повезло. Её схватила инквизиция. Не для того чтобы сжечь на костре, а для того... чтобы заставить лечить больного дракона.
Впрочем, ещё не известно, что хуже.
Впрочем, ещё не известно, что хуже.
Hurt/Comfort, сильная героиня, моногамия.
Городской стражнице и ведьме Натаниэль Кроу поручают рискованное дело: отыскать последнего выжившего тёмного мага. И она находит его: в пыточной камере своей бывшей соратницы по войне.
Городской стражнице и ведьме Натаниэль Кроу поручают рискованное дело: отыскать последнего выжившего тёмного мага. И она находит его: в пыточной камере своей бывшей соратницы по войне.
Когда судьба сводит вместе мага и эльфийку — жди беды. Особенно если маг — беглый преступник, а эльфийка ненавидит всех магов на свете. Но что делать, если на пороге твоего дома появляется полумёртвый блондин с золотым кольцом в ухе и полным набором увечий от пыток? Правильно — закатывать глаза и тащить его в дом, потому что даже у Тарис есть сердце (хоть она и пытается это отрицать).
Виран, измученный и сломленный, находит убежище в стенах старого особняка, где его ждёт не только исцеление, но и встреча с реальностью, в которой не все эльфы мечтают прибить его на месте. Тарис, закалённая в боях эльфийка с татуировками, которые светятся ярче её настроения, берётся за непростую задачу — вытащить мага из лап смерти, попутно борясь со своим предубеждением.
История о том, как можно исцелить не только тело, но и душу, когда рядом есть кто-то, кто готов терпеть твои ночные кошмары, саркастичные комментарии и периодические попытки сбежать (потому что ну а вдруг?).
Виран, измученный и сломленный, находит убежище в стенах старого особняка, где его ждёт не только исцеление, но и встреча с реальностью, в которой не все эльфы мечтают прибить его на месте. Тарис, закалённая в боях эльфийка с татуировками, которые светятся ярче её настроения, берётся за непростую задачу — вытащить мага из лап смерти, попутно борясь со своим предубеждением.
История о том, как можно исцелить не только тело, но и душу, когда рядом есть кто-то, кто готов терпеть твои ночные кошмары, саркастичные комментарии и периодические попытки сбежать (потому что ну а вдруг?).
Она хотела союза с городом дроу. Получила союз с приговоренным.
Линд — полукровка, вобравшая в себя лучшее от обеих рас. Джарлакс — дроу, чья жизнь почти закончилась на эшафоте. Она спасает его по закону предков, объявляя своим мужем. Не от любви. Из чувства вины. Теперь с ним нужно что-то делать!
Для начала — научить его жизни. Свободе. С нуля. И именно когда он наконец поднимется с колен, она поймет: самое сложное — не спасти чужую жизнь. А позволить ей изменить твою.
Линд — полукровка, вобравшая в себя лучшее от обеих рас. Джарлакс — дроу, чья жизнь почти закончилась на эшафоте. Она спасает его по закону предков, объявляя своим мужем. Не от любви. Из чувства вины. Теперь с ним нужно что-то делать!
Для начала — научить его жизни. Свободе. С нуля. И именно когда он наконец поднимется с колен, она поймет: самое сложное — не спасти чужую жизнь. А позволить ей изменить твою.
Он — нейрохирург, который не верит в любовь. Она — директор по маркетингу, которая не верит в совпадения. Пять лет назад они расстались, разбив сердца друг другу и себе.
Но у Вселенной свои планы.
Горячие сцены, ревность, страсть и бывшие, которые умеют ненавидеть так же сильно, как любить.
Но у Вселенной свои планы.
Горячие сцены, ревность, страсть и бывшие, которые умеют ненавидеть так же сильно, как любить.
Кашель становится неконтролируемым. Я заваливаюсь на бок, прижимаюсь щекой к горячему полу. Кафель нагрелся так, что обжигает кожу. Где-то далеко-далеко, словно сквозь толщу воды, я слышу голоса. Мужские, отрывистые, громкие.
– ...есть кто живой? Отзовись!
Хочу крикнуть, но из горла вырывается только хрип.
А потом сквозь дым пробивается свет.
Фонарь. Яркий, слепящий. Луч мечется по коридору, натыкается на меня.
– Здесь! Женщина, без сознания почти!
Топот, тяжелые шаги. Надо мной вырастает фигура в защитном костюме, в каске с забралом. Сильные руки подхватывают меня с пола легко, как тряпичную куклу.
– Жить будешь, – голос глухой, искаженный маской. – Только дыши. Давай, дыши.
Мое сердце пропускает удар.
Это невозможно. Этого не может быть. Я брежу. Я надышалась дымом, и мой мозг выдает галлюцинации.
– Маша?.. – его голос срывается.
Последнее, что я успеваю подумать, проваливаясь в черноту:
«Только не он. Почему именно он?..»
– ...есть кто живой? Отзовись!
Хочу крикнуть, но из горла вырывается только хрип.
А потом сквозь дым пробивается свет.
Фонарь. Яркий, слепящий. Луч мечется по коридору, натыкается на меня.
– Здесь! Женщина, без сознания почти!
Топот, тяжелые шаги. Надо мной вырастает фигура в защитном костюме, в каске с забралом. Сильные руки подхватывают меня с пола легко, как тряпичную куклу.
– Жить будешь, – голос глухой, искаженный маской. – Только дыши. Давай, дыши.
Мое сердце пропускает удар.
Это невозможно. Этого не может быть. Я брежу. Я надышалась дымом, и мой мозг выдает галлюцинации.
– Маша?.. – его голос срывается.
Последнее, что я успеваю подумать, проваливаясь в черноту:
«Только не он. Почему именно он?..»
В туманном городе Атолле четыре выжившие ведьмы отряда «Чёрных лис» пытаются найти своё место в мирной жизни. Тэйл, Лиара, Дайна и Марлен — каждая со своей болью и демонами прошлого — собираются в борделе Марлен, чтобы делиться страшными воспоминаниями и поддерживать друг друга.
Их жизнь наполнена болью, сожалениями и попытками справиться с последствиями войны. Тэйл, главная героиня, втягивается в загадочную историю, связанную с таинственным клиентом, который ищет особенную доминантрикс. Это расследование приводит её к неожиданным открытиям о себе и своих подругах.
Их жизнь наполнена болью, сожалениями и попытками справиться с последствиями войны. Тэйл, главная героиня, втягивается в загадочную историю, связанную с таинственным клиентом, который ищет особенную доминантрикс. Это расследование приводит её к неожиданным открытиям о себе и своих подругах.
Выберите полку для книги