Книги по тегу «любовница»: ""

— Ты же понимаешь, что развод мне не нужен.
— А мне нужен.
— Ты никуда не уйдёшь. У тебя дети. Подумай головой.
Он сказал это спокойно. Как приказ.
Генерал. Привык, что его слушаются. Дома — так же. У него всё должно быть под контролем: работа, семья… и любовница.
Он не собирался уходить. Ему было удобно жить на два фронта. Жена — для дома. Другая — для себя.
И он был уверен, что я промолчу. Только я не стала. По его правилам не будет. И я уйду от него красиво.
***
Все герои и события в этом произведении вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами или обстоятельствами случайны. Сюжет является фантазией автора.

— Как у вас дела? — спрашивает Настя.
— Пока не родила, — саркастично отвечаю я. — А у тебя?
— Тоже.
Девушка смеется и машинально поправляет толстовку. Светка вдруг прищуривается.
— Но, видимо, недолго ждать осталось… — медленно говорит она.
Настя нервно улыбается и кладёт ладонь на живот. Почти защитно. И я замечаю его — четвертый месяц, не меньше.
— Да, — тихо отвечает она. — Вы сама проницательность.
Теперь пазл начинает складываться. Разговоры моего мужа про отцовство. Его внезапное «созрел». Документы. Неожиданная встреча с Настей.
И кольцо, которое я нашла в машине. Оно не для меня.
Голова кружится. Мой муж сделал ребенка молодой любовнице, пока я умирала после пятой попытки эко.
— Поздравляю, — говорю спокойно. — Отличная новость!

— Лида, это Софья, — тихо сказал муж у гроба своего брата. — Женщина Павла. Она беременна. Посади её рядом с нами.
— Почему Павел о ней не говорил?
— Не успел. Теперь мы должны её поддержать.
— Хорошо, Серёж. Если она носит ребёнка Павла, она не чужая.
В день похорон брата моего мужа я сама подвела к нашей семье женщину, которой потом подала воду, салфетки и своё сочувствие. Я думала, она потеряла любимого. Думала, носит ребёнка погибшего полковника. Думала, мой муж просто помогает ей из чувства долга.
А потом маленький Тимур, сын покойного, случайно сказал фразу, после которой вся ложь рассыпалась.

Я — лучший репродуктолог. Десять лет лечила себя от бесплодия. Десять лет винила себя.
А муж привёл в мою клинику её. Беременную. От него.
— Сделай ей ЭКО. Посади в неё моего ребёнка.
Я узнала правду на УЗИ.
Я подала на развод.
А он сказал: «Ты никуда не уйдёшь. Даже если я посажу тебя под домашний арест».
Тогда я начала войну.

— Это от Кирилла, — хозяйка студии кладёт передо мной белый конверт.
Внутри — расписка почти на полмиллиона и короткая записка: Подпиши сегодня. Я пока добрый.
— Я этих денег не брала.
— Зато подпись похожа, — усмехается Рита, входя в студию без приглашения. — Спорить будешь — останешься без работы, без квартиры и с долгом.
Она не плачет и не оправдывается. Только смотрит на меня так, будто я лишняя вещь в её новой жизни.
— Не тяни, Лиза. Кирилл давно мой. Ты просто слишком долго была удобной.
— Была, — раздаётся за моей спиной низкий мужской голос. — Теперь она под моей защитой.
Я оборачиваюсь и замираю. Демьян Громов. Зверь. Человек, при котором в нашем городе даже самые наглые начинают говорить тише. Муж предал меня не только с другой женщиной. Он хотел повесить на меня свои долги и заставить уйти молча. Рита решила добить меня на моей работе, при людях, чтобы я сломалась и подписала всё.

— Семь недель, Лесь, — шепчет Юля, прижимая ладонь к животу.
— Ты беременна?.. — выдыхаю я, стараясь улыбнуться лучшей подруге.
— Да. Только… Роман уже знает.
— Мой муж? — сердце неприятно сжимается. — Почему он знает раньше Дениса?
Юля бледнеет и отводит глаза. А в тот же вечер я нахожу чек: мой муж оплатил её расходы деньгами нашего общего бизнеса.
Мы дружили с университета. Четверо. Я, мой муж, моя лучшая подруга и её супруг. Вместе открыли дело, вместе строили жизнь, вместе верили, что у нас всё честно.
Но одна беременность разрушила всё.
Мой муж думал, что я слепая. Подруга надеялась, что я не узнаю правду. Они оба ошиблись.
Теперь я заберу у них бизнес, свободу и право начать заново. А рядом окажется тот, кого предали так же больно, как и меня.

— Она говорит, что ребенок мой, Вера, — произносит муж слишком спокойно. — И давай без сцен. Ты врач, ты должна держать себя в руках.
Я смотрю то на него, то на молодую врачиху УЗИ, которая стоит рядом с папкой в руках.
— Держать себя в руках, пока моя коллега уверяет, что беременна от моего мужа?
— Да, и что? — жестко отрезает Глеб. — Успокойся. Я не позволю тебе разрушить мне карьеру.
— Карьеру? — горько усмехаюсь. — Значит, наш брак ты уже списал в расход?
— Не усложняй. Больница важнее твоей обиды.
Пятнадцать лет брака. Одна больница на двоих. Муж-главврач, которому я верила больше, чем себе. Все рухнуло в его кабинете, когда я узнала: его любовница беременна и уверяет, что ребенок от него, а меня уже готовят убрать с должности, чтобы я не мешала его новому назначению. Он был уверен, что я проглочу боль и уйду тихо. Но врачей не зря учат ставить точный диагноз. Я поставила свой: предательство. И лечить его прощением не собираюсь.

В день юбилея компании мужа Таисия видит рядом с ним молодую женщину в своём старом платье. У неё — фамилия Таисии, её кулон из детства и лицо, пугающе похожее на её собственное.

Руслан спокойно сообщает о разводе, будто всё уже решено. Но измена оказывается только началом. За появлением Эмилии скрывается давняя семейная тайна, исчезнувшая сестра, старый дом Ратовых и наследство, ради которого чужую жизнь можно переписать заново.

Таисия думала, что муж просто выбрал другую.
Но оказалось — он хотел забрать у неё не только брак.
Он хотел забрать её прошлое, имя и право на собственную правду.

Теперь ей придётся узнать, почему у любовницы мужа её лицо. И кто много лет назад сделал всё, чтобы одна дочь исчезла, а другая забыла.

В ПЕРВЫЕ ДНИ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА
— Сколько она у тебя, Кирилл?
— Марина, не начинай. Это ничего не меняет.
— Правда? Ты спал с ней, водил её в нашу фирму и готовил документы, чтобы выбросить меня оттуда.
— Ты сама всё довела до этого.
Я думала, измена — это когда муж выбирает другую женщину. Оказалось, бывает хуже. Кирилл не просто предал меня в постели. Он предал моё имя, мою работу, нашу фирму и всё, что мы строили годами.
Пока я вела дела и верила, что у нас общий тыл, он открывал чужим людям доступ к моим документам, моей подписи и старому делу погибшего клиента. Алиса уже примеряет мою жизнь. А за их спинами стоят люди, которые привыкли забирать чужое тихо — через бумаги, долги и страх.
Но они забыли одно: я адвокат. И если мой муж открыл дело против меня, я доведу его до конца. Только ответчиком в нём станет он сам.

— Валя, ты только сразу не ори.
— Если разговор начинается так, я уже имею право разбить одну тарелку.
— Кафе теперь оформлено на Ингу.
— На Ингу? На нашего бухгалтера?
— Она теперь не только бухгалтер. И... мы вместе.
Пятнадцать лет я считала кафе нашим семейным делом. Оказалось, по документам оно теперь работает через ИП любовницы мужа, деньги, которые мы откладывали дочери на учёбу, вложены в её салон, а от меня требуется совсем немного: спокойно доработать большой заказ и уйти.
Хороший план.
Только готовить за них я больше не собираюсь.
Через три недели гарнизон отмечает юбилей, а новому командиру неожиданно нужен человек, способный накормить три сотни гостей.
— Валентина Сергеевна, завтра в девять.
— Меня не будет.
— Посмотрим.
Самоуверенный полковник.
Ещё не знает, что с моей кухней командовать будет сложнее, чем с целой бригадой.