Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""
— Евгений Александрович, что вы тут д-делаете? — возмущаюсь и одновременно паникую, сорвав маску с глаз. — Я д-другого... вроде как ждала, — заикаюсь на каждом слове.
Мужик по вызову пришел, да не тот!
А лежу во всей своей нагой и пышной красе перед папой лучшей подруги.
— Что я тут делаю? — усмехается невероятно привлекательный и очень взрослый мужик. — Я решил, что лучше ты будешь со мной, чем с кем попало, сладкая.
— И вас не смущают мои пышные ф-формы?
— Меня это только заводит, малышка, — заявляет и снимает рубашку.
Мужик по вызову пришел, да не тот!
А лежу во всей своей нагой и пышной красе перед папой лучшей подруги.
— Что я тут делаю? — усмехается невероятно привлекательный и очень взрослый мужик. — Я решил, что лучше ты будешь со мной, чем с кем попало, сладкая.
— И вас не смущают мои пышные ф-формы?
— Меня это только заводит, малышка, — заявляет и снимает рубашку.
🔰 ЗАВЕРШЕНО 🔰
Перехватываю летящий мяч и присаживаюсь на корточки перед смешной девчонкой лет четырех-пяти.
— Детям сюда нельзя, опасно, — демонстрирую руки с пойманным спортивным снарядом, строго нахмурив брови. — Где твои родители?
Оглядываюсь в поисках взрослых, но кроме своих же приятелей никого на спортивной площадке не вижу.
— Вот мой папа, — выставив вперёд палец, измазанный красками, кроха уверенно показывает на меня. — Ты!
— Я?!
— Ты! Я даже знаю, как тебя зовут!
— И как же его зовут? — к нашему увлекательному диалогу присоединяются все, находящиеся рядом.
— Красивый козёл, как же ещё?
Перехватываю летящий мяч и присаживаюсь на корточки перед смешной девчонкой лет четырех-пяти.
— Детям сюда нельзя, опасно, — демонстрирую руки с пойманным спортивным снарядом, строго нахмурив брови. — Где твои родители?
Оглядываюсь в поисках взрослых, но кроме своих же приятелей никого на спортивной площадке не вижу.
— Вот мой папа, — выставив вперёд палец, измазанный красками, кроха уверенно показывает на меня. — Ты!
— Я?!
— Ты! Я даже знаю, как тебя зовут!
— И как же его зовут? — к нашему увлекательному диалогу присоединяются все, находящиеся рядом.
— Красивый козёл, как же ещё?
Я вскакиваю с дивана. Стас не шелохнется. И когда кажется, что все позади, он в один прыжок догоняет меня, хватает за запястье и разворачивает к себе. Теперь его поцелуй вовсе не нежный. Он настырный, жадный, ломающий сопротивление. Но я сопротивляюсь, пытаюсь оттолкнуть Стаса, а он только прижимает меня спиной к стене и снова впивается в мои губы.
— Подожди… — шепчу я, выворачиваясь.
И эти слова его останавливают.
Я осторожно, будто прижимаясь, упираюсь ладонями в его грудь. Она ходит ходуном.
Нам нельзя. Нельзя! Мы оба пожалеем об этом. Мой сын меня возненавидит… Мой бывший муж лишит меня денег...
Стас упирается кулаком о стену над моей головой.
— Я не буду за это просить у тебя… — Он не договаривает — я останавливаю его поцелуем.
💔 чувственно и откровенно
💔 ОЧЕНЬ эмоционально
💔 она старше
💔 ХЭ
💔 неидеальная любовь
— Подожди… — шепчу я, выворачиваясь.
И эти слова его останавливают.
Я осторожно, будто прижимаясь, упираюсь ладонями в его грудь. Она ходит ходуном.
Нам нельзя. Нельзя! Мы оба пожалеем об этом. Мой сын меня возненавидит… Мой бывший муж лишит меня денег...
Стас упирается кулаком о стену над моей головой.
— Я не буду за это просить у тебя… — Он не договаривает — я останавливаю его поцелуем.
💔 чувственно и откровенно
💔 ОЧЕНЬ эмоционально
💔 она старше
💔 ХЭ
💔 неидеальная любовь
– Срочно операционную! У нас два экстренных пациента! – кричит врач приёмного отделения.
Мигом подрываюсь к нему. В висках гудит, сердце отбивает чечётку.
– Что случилось?
– Серьёзная авария. Мужчина и женщина, – произносит врач и зачитывает имена пострадавших.
Внутри меня всё обрывается. Эти двое ещё с утра были моей семьёй. Мой муж и моя племянница. Обоих я любила до беспамятства, но сегодня утром застала их вместе в нашей постели.
– Двоих одновременно я оперировать не смогу, – говорит хирург, обращаясь ко мне. – Тебе придётся выбрать, кому делать операцию.
Предатели попали в аварию, и жизнь одного из них сейчас зависит только от меня…
Но только чья?
Мужа, предавшего и разбившего моё сердце после двадцати лет брака. Или племянницы, ставшей для меня родной дочерью и ударившей кинжалом в спину?
Мигом подрываюсь к нему. В висках гудит, сердце отбивает чечётку.
– Что случилось?
– Серьёзная авария. Мужчина и женщина, – произносит врач и зачитывает имена пострадавших.
Внутри меня всё обрывается. Эти двое ещё с утра были моей семьёй. Мой муж и моя племянница. Обоих я любила до беспамятства, но сегодня утром застала их вместе в нашей постели.
– Двоих одновременно я оперировать не смогу, – говорит хирург, обращаясь ко мне. – Тебе придётся выбрать, кому делать операцию.
Предатели попали в аварию, и жизнь одного из них сейчас зависит только от меня…
Но только чья?
Мужа, предавшего и разбившего моё сердце после двадцати лет брака. Или племянницы, ставшей для меня родной дочерью и ударившей кинжалом в спину?
Мой муж — бизнесмен, которому стало скучно, и я застукала его с секретаршей на новогоднем корпоративе. Уверял, что ничего не было, но через несколько дней уже кувыркался с ней в загородном доме. Итог — развод, и никакие оправдания не помогли. Сказал, спал, ничего не помнит, она сама пришла. Я из обеспеченной семьи и такого отношения не потерплю. Не хочешь нормально, Тарасов, будет, как я решу.
Однако он появился через пару лет и снова стал штурмовать мою крепость. Да так, что пришлось буквально отбиваться от его настойчивого ухаживания. Теперь он уверяет, что его подставили и виновные наказаны. А я должна простить? Но как быть с доверием, что уже утрачено? Нет, Тарасов, гуляй свободным котом, а меня оставь в покое. Но что-то пошло не так...
Однако он появился через пару лет и снова стал штурмовать мою крепость. Да так, что пришлось буквально отбиваться от его настойчивого ухаживания. Теперь он уверяет, что его подставили и виновные наказаны. А я должна простить? Но как быть с доверием, что уже утрачено? Нет, Тарасов, гуляй свободным котом, а меня оставь в покое. Но что-то пошло не так...
– Ты не пара моему сыну! Я столько лет умоляла его, чтобы он нашёл жену получше, и вот момент настал! – счастливый голос свекрови доносится из динамика телефона.
– Что вы такое говорите? Это бред!
– Не веришь? Вот, посмотри! К моему сыночку пришла его новая любовь! – свекровь прислала снимок, на котором муж прогуливается в обнимку с какой-то девицей. – Приезжай в офис моего сына, любовнички как раз заперлись в кабинете.
Выбегаю из дома и несусь к мужу на работу. Толкаю дверь в кабинет и вижу…
Супруг, развалившийся на своём кресле, смотрит на рабочий стол. На котором в идеальном шпагате сидит девица в одном кружевном белье! Молчанов смотрит на неё с таким вожделением, что, кажется, сейчас набросится на эту малолетнюю дрянь.
Руки мужа лежат на её тонкой талии.
Мерзавка оборачивается и нахально улыбается. Молчанов же, завидев меня, сначала бледнеет, а потом краснеет, как рак.
– Д-дорогая? А ты что тут делаешь? Я думал, ты на работе!
– Что вы такое говорите? Это бред!
– Не веришь? Вот, посмотри! К моему сыночку пришла его новая любовь! – свекровь прислала снимок, на котором муж прогуливается в обнимку с какой-то девицей. – Приезжай в офис моего сына, любовнички как раз заперлись в кабинете.
Выбегаю из дома и несусь к мужу на работу. Толкаю дверь в кабинет и вижу…
Супруг, развалившийся на своём кресле, смотрит на рабочий стол. На котором в идеальном шпагате сидит девица в одном кружевном белье! Молчанов смотрит на неё с таким вожделением, что, кажется, сейчас набросится на эту малолетнюю дрянь.
Руки мужа лежат на её тонкой талии.
Мерзавка оборачивается и нахально улыбается. Молчанов же, завидев меня, сначала бледнеет, а потом краснеет, как рак.
– Д-дорогая? А ты что тут делаешь? Я думал, ты на работе!
Пять лет брака, бесконечные анализы, первая и такая долгожданная беременность — и одно холодное «я с другой». В тот же вечер мне звонят из клиники: внутренняя проверка выявила «организационную ошибку» при ЭКО. У автобусной остановки, под мокрым снегом, я сталкиваюсь с Романом — молчаливым миллиардером и членом попечительского совета «НоваЛайф»
- Оленька, лапушка, у нас большие проблемы! – на Боре лица не было, бледный, руки трясутся.
- Борь, да что ты так расстроился, нам все проблемы нипочём, вместе справимся!
Но когда я услышала, что сказал муж после, поняла… не справимся и не вместе мы…
- От меня студентка беременна… и аборт поздно делать, - сел на стул, голову уронил. – Что делать будем, Олюшка?
Ничего себе поворот… сначала опешила даже…
- Беременна?! Студентка?! От тебя?! И ты ещё спрашиваешь, что делать будем?
Тридцать пять лет брака…, пылинки сдувала, Боренька то, Боренька это…, а он со студенткой?
Не раздумывая, подала на развод.
Чем такой муж, лучше совсем никакой!
А измену я ему точно простить не смогу…
И слёз моих никто не увидит!
Мужик с возу, кобыле легче!
Даже сама от себя не ожидала, что смогу так круто изменить свою жизнь
- Борь, да что ты так расстроился, нам все проблемы нипочём, вместе справимся!
Но когда я услышала, что сказал муж после, поняла… не справимся и не вместе мы…
- От меня студентка беременна… и аборт поздно делать, - сел на стул, голову уронил. – Что делать будем, Олюшка?
Ничего себе поворот… сначала опешила даже…
- Беременна?! Студентка?! От тебя?! И ты ещё спрашиваешь, что делать будем?
Тридцать пять лет брака…, пылинки сдувала, Боренька то, Боренька это…, а он со студенткой?
Не раздумывая, подала на развод.
Чем такой муж, лучше совсем никакой!
А измену я ему точно простить не смогу…
И слёз моих никто не увидит!
Мужик с возу, кобыле легче!
Даже сама от себя не ожидала, что смогу так круто изменить свою жизнь
– Я не могу оставить его одного, Макс! Савва надеется на меня, – говорю, смотря прямо в глаза бывшему мужу. – Но… для опеки нужна полная семья.
– Ты понимаешь, на что подписываешься? Это чужой ребенок, Кира! – рявкает бывший.
– Чужих детей не бывает, Макс. Я хочу быть его мамой…И вдруг это наш шанс…
– Прекрасный повод для воссоединения, Кир! – горько язвит Макс. – Мы в разводе три года. И теперь тебе срочно понадобилась семья?
– Речь о жизни мальчика, который никому не нужен! – выдыхаю, сжимая пальцы в кулак.
– А я тебе нужен? – голос Макса становится тихим. – Или я просто галочка в твоих документах для опеки?
Ради чужого ребенка нам пришлось заключить перемирие с бывшим мужем. Но…
Сможем ли мы начать все сначала, а не притворяться счастливой семьей?..
– Ты понимаешь, на что подписываешься? Это чужой ребенок, Кира! – рявкает бывший.
– Чужих детей не бывает, Макс. Я хочу быть его мамой…И вдруг это наш шанс…
– Прекрасный повод для воссоединения, Кир! – горько язвит Макс. – Мы в разводе три года. И теперь тебе срочно понадобилась семья?
– Речь о жизни мальчика, который никому не нужен! – выдыхаю, сжимая пальцы в кулак.
– А я тебе нужен? – голос Макса становится тихим. – Или я просто галочка в твоих документах для опеки?
Ради чужого ребенка нам пришлось заключить перемирие с бывшим мужем. Но…
Сможем ли мы начать все сначала, а не притворяться счастливой семьей?..
— Подумай, деточка. Сейчас Саша влюблён, не буду отрицать. Но что такое влюблённость молодого парня? Скоро страсть утихнет, и мой сын посмотрит на тебя другими глазами.
Молчу, сжав пальцы в замок. Подбородок дрожит — я держусь из последних сил.
— В моей власти устроить твоему брату реальный срок вместо условного. Подумай, что важнее для тебя: мимолётная интрижка или благополучие семьи?
Сердце сходит с ума от угрозы, неготовое отказаться от человека, ставшего для меня всем.
— А чтобы тебе лучше думалось, держи на память.
Отец Александра извлекает из внутреннего кармана пиджака несколько глянцевых снимков. С каждого на меня смотрит Саша в компании девушки. Они улыбаются в объектив. Его руки обнимают её талию, слишком неправильную для хрупкого телосложения.
Сморгнув набежавшие слёзы, понимаю, что девушка на снимке в положении.
— Мой сын со своей невестой ждут пополнения. Надеюсь, тебе хватит ума не мешаться под ногами.
Молчу, сжав пальцы в замок. Подбородок дрожит — я держусь из последних сил.
— В моей власти устроить твоему брату реальный срок вместо условного. Подумай, что важнее для тебя: мимолётная интрижка или благополучие семьи?
Сердце сходит с ума от угрозы, неготовое отказаться от человека, ставшего для меня всем.
— А чтобы тебе лучше думалось, держи на память.
Отец Александра извлекает из внутреннего кармана пиджака несколько глянцевых снимков. С каждого на меня смотрит Саша в компании девушки. Они улыбаются в объектив. Его руки обнимают её талию, слишком неправильную для хрупкого телосложения.
Сморгнув набежавшие слёзы, понимаю, что девушка на снимке в положении.
— Мой сын со своей невестой ждут пополнения. Надеюсь, тебе хватит ума не мешаться под ногами.
Выберите полку для книги