Книги по тегу «новая любовь»: ""
Катя, отличница и красавица, пришла на преддипломную практику на завод в надежде занять отличное место в желаемом конструкторском отделе, но по стечению обстоятельств попала к простым работягам-электрикам. Почти со слезами на глазах начала выполнять скучные задачи, вдобавок пришлось общаться с хамоватым наставником. Только именно здесь совершенно неожиданно для себя она стала понимать, что никогда до сих пор на нее никто по-настоящему не смотрел как на женщину, даже ее хороший жених. И только здесь она нашла глаза, которые увидели наконец-то ее.
— А ты думаешь, я шутила, когда говорила тебе о разводе? Макс, ты меня предал! И не только меня — всех, кто в тебя верил.Он резко оборачивается, в глазах вспыхивает искра раздражения, но тут же гаснет.
— Да, я облажался, признаю. И что,ты даже не хочешь услышать, что я тебе скажу на всё это? — в голосе отчаяние, почти мольба.Я делаю шаг назад, словно его близость обжигает.
— Нет, не хочу. Потому что я не изменю своего решения. — слова повисают в воздухе, пропитанные напряжением, как грозовые тучи перед бурей.Макс проводит рукой по лицу, будто пытается собраться с мыслями. Затем делает шаг ко мне, берёт за руку. Его пальцы холодные, но хватка крепкая.
— Давай просто всё забудем, — произносит тихо, почти нежно. — Начнём с чистого листа.
Его слова вызывают у меня горький смех — резкий, почти истеричный.
— Забыть? Серьёзно? То есть ты предлагаешь мне забыть то, что я видела? И после этого — продолжить жить как ни в чём не бывало? Так выходит? — голос дрожит, но я не останавливаюсь.
— Да, я облажался, признаю. И что,ты даже не хочешь услышать, что я тебе скажу на всё это? — в голосе отчаяние, почти мольба.Я делаю шаг назад, словно его близость обжигает.
— Нет, не хочу. Потому что я не изменю своего решения. — слова повисают в воздухе, пропитанные напряжением, как грозовые тучи перед бурей.Макс проводит рукой по лицу, будто пытается собраться с мыслями. Затем делает шаг ко мне, берёт за руку. Его пальцы холодные, но хватка крепкая.
— Давай просто всё забудем, — произносит тихо, почти нежно. — Начнём с чистого листа.
Его слова вызывают у меня горький смех — резкий, почти истеричный.
— Забыть? Серьёзно? То есть ты предлагаешь мне забыть то, что я видела? И после этого — продолжить жить как ни в чём не бывало? Так выходит? — голос дрожит, но я не останавливаюсь.
— Татьяна, не делай из меня чудовище. Ты взрослая женщина, должна понимать… бывает.
— Бывает? — я кивнула на бумагу, где было расписано лечение от ЗППП. — Это тоже «бывает»?
Муж откинулся в кресле.
— Не драматизируй, — сказал он спокойно. — Ты сама виновата. Если бы ты любила меня больше, мне бы не пришлось искать кого-то на стороне.
Он смотрел на меня без тени раскаяния. А я поняла, что в этот день я узнала сразу две вещи: муж заразил меня, изменяя.
И решил, что я это проглочу.
Он ошибся.
— Бывает? — я кивнула на бумагу, где было расписано лечение от ЗППП. — Это тоже «бывает»?
Муж откинулся в кресле.
— Не драматизируй, — сказал он спокойно. — Ты сама виновата. Если бы ты любила меня больше, мне бы не пришлось искать кого-то на стороне.
Он смотрел на меня без тени раскаяния. А я поняла, что в этот день я узнала сразу две вещи: муж заразил меня, изменяя.
И решил, что я это проглочу.
Он ошибся.
— Денис… ты что делаешь?
Он даже не отстранился. Только посмотрел на меня раздражённо.
— Выйди, Полина. Не сейчас. Дома поговорим.
Молодая ординаторша сидела на его столе. Халат распахнут, руки на его плечах.
Я стояла в дверях и не могла пошевелиться. В голове было пусто. Ни крика. Ни слёз. Только гул.
В этот момент я поняла: у мужа есть другая. И это не «ошибка». Я подала на развод.
За этим началась война — давление, угрозы, попытки свекрови сломать меня.
История о предательстве. О женщине, которая не простила. И о жизни, где счастье начинается после слова «хватит».
Он даже не отстранился. Только посмотрел на меня раздражённо.
— Выйди, Полина. Не сейчас. Дома поговорим.
Молодая ординаторша сидела на его столе. Халат распахнут, руки на его плечах.
Я стояла в дверях и не могла пошевелиться. В голове было пусто. Ни крика. Ни слёз. Только гул.
В этот момент я поняла: у мужа есть другая. И это не «ошибка». Я подала на развод.
За этим началась война — давление, угрозы, попытки свекрови сломать меня.
История о предательстве. О женщине, которая не простила. И о жизни, где счастье начинается после слова «хватит».
Перехожу к прикроватной тумбочке и начинаю вытирать на ней пыль, переставляю фото в рамке, и тут свет меркнет в моих глазах.
На фото — мой Ильдар. Красивый. Неотразимый.
С проседью в волосах.
Стоит, глядя перед собой в камеру, а на шее у него висит эта самая девчонка, клиентка, у которой я сейчас убираюсь в спальне! В спальне, ещё помнящей их жаркий шёпот!
***
— Никакого развода, — я в первый раз вижу своего мужа таким.
Чужим. Жестоким.
— Ты не смогла родить мне сына, и теперь качаешь права?! Твоё место у моих ног, ясно, женщина?
На фото — мой Ильдар. Красивый. Неотразимый.
С проседью в волосах.
Стоит, глядя перед собой в камеру, а на шее у него висит эта самая девчонка, клиентка, у которой я сейчас убираюсь в спальне! В спальне, ещё помнящей их жаркий шёпот!
***
— Никакого развода, — я в первый раз вижу своего мужа таким.
Чужим. Жестоким.
— Ты не смогла родить мне сына, и теперь качаешь права?! Твоё место у моих ног, ясно, женщина?
Захожу в кабинет нашего с мужем семейного психолога и застаю его с ней в постели…
— Оль, иди уже ко мне, моя сладкая, мне срочно нужна твоя психологическая помощь! — говорит мой муж, обращаясь к ней.
Увидев меня, он резко вскакивает, в панике хватая одежду и неловко пытаясь прикрыться, будто я ещё могла не понять, не увидеть, не осознать очевидное.
— Вика? Что ты здесь делаешь?! — он даже пошатывается от шока.
— Пришла убедиться, что ты мне больше не нужен, Андрей, — чеканю я, чувствуя, как дрожит голос.
— Выйдите из моего кабинета! Немедленно! — заговорила та, что должна спасать семьи, а не рушить их.
— Вы точно психолог? — я горько усмехаюсь. — Как вам вообще не стыдно работать с людьми после этого?!
— Я сказала — выйдите! Ваш муж сам вам изменил, потому что вы его не цените!
— Не ценю?! Вы со всеми чужими мужьями спите, чтобы разрушать семьи? Или это у вас особый «метод терапии»?! — смеюсь нервно, ощущая как рушится мой брак.
— Оль, иди уже ко мне, моя сладкая, мне срочно нужна твоя психологическая помощь! — говорит мой муж, обращаясь к ней.
Увидев меня, он резко вскакивает, в панике хватая одежду и неловко пытаясь прикрыться, будто я ещё могла не понять, не увидеть, не осознать очевидное.
— Вика? Что ты здесь делаешь?! — он даже пошатывается от шока.
— Пришла убедиться, что ты мне больше не нужен, Андрей, — чеканю я, чувствуя, как дрожит голос.
— Выйдите из моего кабинета! Немедленно! — заговорила та, что должна спасать семьи, а не рушить их.
— Вы точно психолог? — я горько усмехаюсь. — Как вам вообще не стыдно работать с людьми после этого?!
— Я сказала — выйдите! Ваш муж сам вам изменил, потому что вы его не цените!
— Не ценю?! Вы со всеми чужими мужьями спите, чтобы разрушать семьи? Или это у вас особый «метод терапии»?! — смеюсь нервно, ощущая как рушится мой брак.
— София, это не то, что ты подумала! — заверил Иван.
— Дочь, не устраивай сцен, — подхватила мама. — Сейчас не время.
— Не время для чего? — спросила я. — Для того, чтобы узнать, что моя младшая сестра беременна от моего мужа?
Мама вздохнула. Отец отвел взгляд.
— Так получилось.
— Получилось? Это как же так получилось? Ваня отдал Вике мою машину, беременность сама по себе образовалась где-то в процессе ее дарения, а вы просто забыли мне об этом сказать, или что?
— Соф, ну не начинай нудеть, — вставила сестра.
— Ты старше, — добавила мама. — Ты должна быть мудрее.
Меня предали не в этот день. Просто именно тогда я узнала. И узнала последней. Муж, сестра, родители — все врали, глядя в глаза.
Им не стыдно. Зато у них ко мне еще много требований.
Но я больше не собираюсь решать чужие проблемы.
Теперь я выбираю себя, новую жизнь. И быть счастливой.
— Дочь, не устраивай сцен, — подхватила мама. — Сейчас не время.
— Не время для чего? — спросила я. — Для того, чтобы узнать, что моя младшая сестра беременна от моего мужа?
Мама вздохнула. Отец отвел взгляд.
— Так получилось.
— Получилось? Это как же так получилось? Ваня отдал Вике мою машину, беременность сама по себе образовалась где-то в процессе ее дарения, а вы просто забыли мне об этом сказать, или что?
— Соф, ну не начинай нудеть, — вставила сестра.
— Ты старше, — добавила мама. — Ты должна быть мудрее.
Меня предали не в этот день. Просто именно тогда я узнала. И узнала последней. Муж, сестра, родители — все врали, глядя в глаза.
Им не стыдно. Зато у них ко мне еще много требований.
Но я больше не собираюсь решать чужие проблемы.
Теперь я выбираю себя, новую жизнь. И быть счастливой.
– Хочешь знать почему? – ядовито, даже как-то злорадно спросил муж, – Потому что есть дорогие женщины, на которых хочется тратиться, а есть... такие как ты, бюджетные.
– Я для тебя бюджетная?
– Ты слышала, что я сказал.
– Слышала, но теперь я тебя вообще не понимаю!
– А что непонятного? Галя, на таких как ты женятся, потому что девушки уровня Иры не будут портить фигуры родами, стоять у плиты и бегать по квартире со шваброй. Ира для удовольствия, чтобы радовать меня, а ты...
– А я для комфортной жизни, – со смешком закончила за мужем, чувствуя, как мои губы против моей воли начинают растягиваться в болезненной улыбке.
– Я для тебя бюджетная?
– Ты слышала, что я сказал.
– Слышала, но теперь я тебя вообще не понимаю!
– А что непонятного? Галя, на таких как ты женятся, потому что девушки уровня Иры не будут портить фигуры родами, стоять у плиты и бегать по квартире со шваброй. Ира для удовольствия, чтобы радовать меня, а ты...
– А я для комфортной жизни, – со смешком закончила за мужем, чувствуя, как мои губы против моей воли начинают растягиваться в болезненной улыбке.
«Чего ты мечешься? Чего боишься? Что не придет? А ты бы пришел, если бы был женат, а поезд приходил в твой город в час ночи? Рискнул бы ради 10 минут на перроне семьей?»
Артем головой все понимал, но сердце отказывалось слушать доводы разума. Ну и что, что она замужем! Ну и что, что он ей ничего не обещал! Он так хочет ее видеть, чтобы зубы сводит. Если она хочет его видеть также, то приедет.
За окном замелькали окраины Ростова-на-Дону. Артем прижался лбом к стеклу не в силах ни о чем думать. Может быть, не выходить из вагона и не травить душу? Зачем чувствовать себя дураком-романтиком на пустом перроне? А если она все же приедет, а он не выйдет, то кем он будет? Идиотом, который сам упустил свой шанс. Значит, надо выйти. Лучше пожалеть о том, что сделал, чем о том, что не сделал.
Поезд замедляет ход. Вот-вот появится надпись «Ростов-Главный». Артем вышел в тамбур. Ладони вспотели, а сердце билось медленно и громко. Можно было посчитать удары. Раз, два, три, четыре, пять.
Артем головой все понимал, но сердце отказывалось слушать доводы разума. Ну и что, что она замужем! Ну и что, что он ей ничего не обещал! Он так хочет ее видеть, чтобы зубы сводит. Если она хочет его видеть также, то приедет.
За окном замелькали окраины Ростова-на-Дону. Артем прижался лбом к стеклу не в силах ни о чем думать. Может быть, не выходить из вагона и не травить душу? Зачем чувствовать себя дураком-романтиком на пустом перроне? А если она все же приедет, а он не выйдет, то кем он будет? Идиотом, который сам упустил свой шанс. Значит, надо выйти. Лучше пожалеть о том, что сделал, чем о том, что не сделал.
Поезд замедляет ход. Вот-вот появится надпись «Ростов-Главный». Артем вышел в тамбур. Ладони вспотели, а сердце билось медленно и громко. Можно было посчитать удары. Раз, два, три, четыре, пять.
Глаза умеют говорить.
Кричать от счастья или плакать.
Глазами можно ободрить,
С ума свести, заставить плакать.
Словами можно обмануть,
Глазами это невозможно.
Во взгляде можно утонуть,
Если смотреть неосторожно.
Омар Хайям.
Кричать от счастья или плакать.
Глазами можно ободрить,
С ума свести, заставить плакать.
Словами можно обмануть,
Глазами это невозможно.
Во взгляде можно утонуть,
Если смотреть неосторожно.
Омар Хайям.
Выберите полку для книги