Книги по тегу «обман»: ""
Она пришла во дворец с чужим лицом, чужим именем и одной-единственной целью: спасти умирающую сестру. У неё не было выбора. У него — не было права ошибаться.
Императору Райану не нужна красавица. Ему нужна правда. И его магия Истины, способная разоблачить любую ложь, почему-то молчит именно рядом с ней — самозванкой, которая каждую секунду рассыпается на части.
Чем дольше она носит чужое лицо, тем сильнее он видит её настоящую.
И тем страшнее становится момент, когда маска упадёт.
Императору Райану не нужна красавица. Ему нужна правда. И его магия Истины, способная разоблачить любую ложь, почему-то молчит именно рядом с ней — самозванкой, которая каждую секунду рассыпается на части.
Чем дольше она носит чужое лицо, тем сильнее он видит её настоящую.
И тем страшнее становится момент, когда маска упадёт.
Беременная Анита возвращается домой раньше срока и застает мужа в постели со своей сестрой-близнецом. Одного взгляда хватает, чтобы ее мир рухнул. Не слушая объяснений, она исчезает из жизни Азамата, солгав ему, что ребенка больше нет. Проходит год. В чужом городе Анита учится жить заново и растит маленькую дочь, не зная, что прошлое уже совсем рядом. Азамат находит ее случайно и вместе с ней узнает о ребенке, которого считал потерянным.
Но правда об измене оказывается страшнее, чем боль.
Потому что предательство было не там, где Анита его увидела.
Но правда об измене оказывается страшнее, чем боль.
Потому что предательство было не там, где Анита его увидела.
Она любила его пятнадцать лет.
С первого дня на пляже в Антибе, когда он посмотрел на неё так, как никто до него. Сквозь её фамилию. Сквозь её миллиарды. Сквозь тихий голос в голове, который шептал: «Ты недостойна настоящей любви».
Он сказал: «Я никогда тебя не брошу». И она поверила. Томаш Новак знает, как пахнет ложь. Бергамотом и страхом. Он носит костюмы «Бриони» и галстуки «Эрмес» и точно знает чего он хочет.
Даже когда мать называла его «польским авантюристом». Даже когда брат умолял: «Посмотри, кто он на самом деле». Даже когда счета в банке таяли, а он всё чаще возвращался затемно и пах чужими духами.
Она закрывала глаза. Потому что страх быть одной оказался сильнее правды.
Она подписывала документы, не читая. Переводила деньги, не спрашивая. Улыбалась на благотворительных вечерах, чувствуя, как внутри что-то медленно умирает.
Мать кричала: «Он разорит тебя!» Брат доказывал: «Он использует тебя!»
А Софи просто хотела, чтобы её оставили в покое.
С первого дня на пляже в Антибе, когда он посмотрел на неё так, как никто до него. Сквозь её фамилию. Сквозь её миллиарды. Сквозь тихий голос в голове, который шептал: «Ты недостойна настоящей любви».
Он сказал: «Я никогда тебя не брошу». И она поверила. Томаш Новак знает, как пахнет ложь. Бергамотом и страхом. Он носит костюмы «Бриони» и галстуки «Эрмес» и точно знает чего он хочет.
Даже когда мать называла его «польским авантюристом». Даже когда брат умолял: «Посмотри, кто он на самом деле». Даже когда счета в банке таяли, а он всё чаще возвращался затемно и пах чужими духами.
Она закрывала глаза. Потому что страх быть одной оказался сильнее правды.
Она подписывала документы, не читая. Переводила деньги, не спрашивая. Улыбалась на благотворительных вечерах, чувствуя, как внутри что-то медленно умирает.
Мать кричала: «Он разорит тебя!» Брат доказывал: «Он использует тебя!»
А Софи просто хотела, чтобы её оставили в покое.
Грэг Вейлор всегда любил опасные истории — особенно если был уверен, что сможет выйти из них первым.
Услышав слухи об Эйстере-9, ледяной планете с необычными обычаями и женщинами, которые не похожи ни на кого в известных мирах, он прилетает туда из чистого интереса. Посмотреть. Понять. Может быть, развлечься. А потом улететь, как всегда.
Но на Эйстере-9 чужаки редко остаются просто наблюдателями.
Сайра Морн замечает Грэга почти сразу. Холодная, красивая и опасно спокойная, она даёт ему именно то, что он привык считать своей силой: внимание, желание, игру. Только слишком поздно Грэг понимает, что правила этой игры никогда ему не принадлежали.
Сайра и её подруги заманивают его в ловушку — не ради денег, не ради власти и не ради мести. Они хотят увидеть, кто скрывается под маской обаятельного мужчины, привыкшего побеждать и уходить первым.
На Эйстере-9 женщин не держат обещаниями. Мужчин не привязывают словами. Желание здесь называют желанием, свободу — свободой, а ложь срывают так ж
Услышав слухи об Эйстере-9, ледяной планете с необычными обычаями и женщинами, которые не похожи ни на кого в известных мирах, он прилетает туда из чистого интереса. Посмотреть. Понять. Может быть, развлечься. А потом улететь, как всегда.
Но на Эйстере-9 чужаки редко остаются просто наблюдателями.
Сайра Морн замечает Грэга почти сразу. Холодная, красивая и опасно спокойная, она даёт ему именно то, что он привык считать своей силой: внимание, желание, игру. Только слишком поздно Грэг понимает, что правила этой игры никогда ему не принадлежали.
Сайра и её подруги заманивают его в ловушку — не ради денег, не ради власти и не ради мести. Они хотят увидеть, кто скрывается под маской обаятельного мужчины, привыкшего побеждать и уходить первым.
На Эйстере-9 женщин не держат обещаниями. Мужчин не привязывают словами. Желание здесь называют желанием, свободу — свободой, а ложь срывают так ж
— Думаешь, я не узнаю тебя без парика? — его голос, как гром перед грозой. — Маленькая лживая стерва.
Тимур Вальтер... Криминальный авторитет, мой бывший муж и самый опасный мужчина в моей жизни. Он всегда умел читать меня как открытую книгу.
— Я просто хочу развод, — шепчу, чувствуя, одновременно и силу, и дрожь в коленках.
— Развод? — он усмехается, прижимая меня к стене. — Ты моя жена, Василиса. И останешься ею.
Он следит за мной. Знает каждый мой шаг. А я… я прячу от него самое дорогое — нашего сына.
— У тебя нет выбора, — его горячее дыхание обжигает мою кожу. — Ты принадлежишь мне. Всегда принадлежала.
Тимур Вальтер... Криминальный авторитет, мой бывший муж и самый опасный мужчина в моей жизни. Он всегда умел читать меня как открытую книгу.
— Я просто хочу развод, — шепчу, чувствуя, одновременно и силу, и дрожь в коленках.
— Развод? — он усмехается, прижимая меня к стене. — Ты моя жена, Василиса. И останешься ею.
Он следит за мной. Знает каждый мой шаг. А я… я прячу от него самое дорогое — нашего сына.
— У тебя нет выбора, — его горячее дыхание обжигает мою кожу. — Ты принадлежишь мне. Всегда принадлежала.
— Вика? Ты там?
— Соня... — её голос был странным, каким-то надломленным. — Мне нужно... Господи, как же мне сказать тебе это...
Сердце ёкнуло. Я прислонилась к стене.
— Что случилось? Ты в порядке? Тебе нужна помощь?
— Со мной всё... Нет, не всё. Соня, я больше не могу так. Я не могу дальше жить с этим. Это убивает меня.
— Вика, ты меня пугаешь. Что происходит?
Снова тишина. Долгая, тягучая, как смола. Я слышала, как она сглатывает, как пытается собраться с духом.
— Максим... Твой Максим... Он... Господи, прости меня. Мы встречаемся. Уже четыре года.
Слова повисли в воздухе. Я не поняла их сразу — они будто отскочили от меня, не найдя места, куда приземлиться. Я стояла в коридоре родительского дома, держала телефон уха и не понимала, что только что услышала.
— Что? — мой голос был тихим, почти шёпотом.
— Мы с Максимом... Мы спим вместе. Четыре года, Соня. Я не хотела, клянусь, я не хотела, чтобы это случилось. Но это случилось, и я... Я больше не могу молчать.
— Соня... — её голос был странным, каким-то надломленным. — Мне нужно... Господи, как же мне сказать тебе это...
Сердце ёкнуло. Я прислонилась к стене.
— Что случилось? Ты в порядке? Тебе нужна помощь?
— Со мной всё... Нет, не всё. Соня, я больше не могу так. Я не могу дальше жить с этим. Это убивает меня.
— Вика, ты меня пугаешь. Что происходит?
Снова тишина. Долгая, тягучая, как смола. Я слышала, как она сглатывает, как пытается собраться с духом.
— Максим... Твой Максим... Он... Господи, прости меня. Мы встречаемся. Уже четыре года.
Слова повисли в воздухе. Я не поняла их сразу — они будто отскочили от меня, не найдя места, куда приземлиться. Я стояла в коридоре родительского дома, держала телефон уха и не понимала, что только что услышала.
— Что? — мой голос был тихим, почти шёпотом.
— Мы с Максимом... Мы спим вместе. Четыре года, Соня. Я не хотела, клянусь, я не хотела, чтобы это случилось. Но это случилось, и я... Я больше не могу молчать.
«Табличка „Продан“. Папка с бумагами. Долг, который звучит как приговор. Один договор, один „нотариус“, одна доверчивая минута — и вот уже Катя листает объявления о съёмном жилье, цепляясь за любое „дешёво“ и „без лишних вопросов“. Окраина города встречает её не злобой, а равнодушием, и в этом равнодушии ей предстоит найти первые точки опоры. „Потерять и найти“ — не про громкое спасение, а про тихие шаги: как научиться снова дышать, когда всё, что ты строила, исчезло. Про то, что дом — это не адрес, и что иногда первый лучик надежды прячется в самой незаметной, самой будничной доброте».
Я — аналитик. Я привыкла верить фактам. Видео измены мужа было реалистичным. Я проверила лицо, голос, родинку на шее. Всё совпадало.
Я развелась. Через три месяца выяснилось: видео — дипфейк. Кто-то скормил нейросети наши семейные архивы. Кто-то знал, какие часы муж носил год назад. Кто-то записывал его голос, копил данные, ждал. В моём окружении есть предатель.
Мне нужно вычислить этого человека, кто же это?
И кто же главный враг: тот, кто создал фейк или я сама, раз поверила машине, а не любимому человеку?
Я развелась. Через три месяца выяснилось: видео — дипфейк. Кто-то скормил нейросети наши семейные архивы. Кто-то знал, какие часы муж носил год назад. Кто-то записывал его голос, копил данные, ждал. В моём окружении есть предатель.
Мне нужно вычислить этого человека, кто же это?
И кто же главный враг: тот, кто создал фейк или я сама, раз поверила машине, а не любимому человеку?
Я — профессиональная лгунья. Меня нанимают соблазнять и собирать компромат. Мой новый заказчик — Тимур Абдуллаев. Кавказский мажор, ледяной, опасный. Ему нужна фиктивная жена на два месяца. Без постели, без любви, без вопросов.
Он думает, что нанял серую мышь.
А я не знала, что он сломает все мои правила.
Сначала — поцелуем, потом — телом.
Он хотел притворство? Я дам ему такое, что он забудет, где ложь, а где я.
Но когда правда выйдет наружу… кто кого на самом деле разденет до нитки?
Он думает, что нанял серую мышь.
А я не знала, что он сломает все мои правила.
Сначала — поцелуем, потом — телом.
Он хотел притворство? Я дам ему такое, что он забудет, где ложь, а где я.
Но когда правда выйдет наружу… кто кого на самом деле разденет до нитки?
— Вашу дочь подменили в роддоме!
— Что? — у меня аж сердце останавливается. — Что вы такое говорите? Нашей дочери уже пять лет!
— Вы что? Вы совсем, что ли? — вскрикивает мой муж, подскакивая с места и роняя стул.
— Пожалуйста, успокойтесь! — пытается вмешаться юрист, но его слова тонут в криках моего мужа.
— Как можно успокоиться? — кричит супруг, сжимая кулаки. — Наша дочь - не наша?
Нашу девочку подменили в роддоме. Из мести. Измена моего мужа разрушила нашу семью. Мой муж — предатель. Но он не сдается, пытаясь вернуть нас.
— Что? — у меня аж сердце останавливается. — Что вы такое говорите? Нашей дочери уже пять лет!
— Вы что? Вы совсем, что ли? — вскрикивает мой муж, подскакивая с места и роняя стул.
— Пожалуйста, успокойтесь! — пытается вмешаться юрист, но его слова тонут в криках моего мужа.
— Как можно успокоиться? — кричит супруг, сжимая кулаки. — Наша дочь - не наша?
Нашу девочку подменили в роддоме. Из мести. Измена моего мужа разрушила нашу семью. Мой муж — предатель. Но он не сдается, пытаясь вернуть нас.
Выберите полку для книги