Книги по тегу «обман»: ""
Мелиса верила, что встретила любовь всей своей жизни. Явуз Аслан — наследник медицинской империи, мужчина, сводивший с ума одним взглядом, — смотрел на неё так, будто мир создан только для них двоих. Но одним роковым вечером всё рухнуло.
Предательство, подстроенное теми, кому она доверяла больше всех. Позор. Изгнание. Побег из родного дома. Её место заняла младшая сестра — в её постели, в её судьбе, в сердце её мужчины.
Прошло восемь лет. От прежней наивной девочки не осталось и следа. Теперь Мелиса Эроглу — блестящий кардиохирург, которая привыкла держать в руках чужие трепещущие сердца. Она сменила имя, построила новую жизнь, и единственная память о том предательстве — её маленький сын. Но трагический звонок брата заставляет её вернуться в город, где всё началось.
Она вернулась не мстить. Она вернулась спасать. Но правда, которую она скрывала восемь лет, способна уничтожить их всех.
Предательство, подстроенное теми, кому она доверяла больше всех. Позор. Изгнание. Побег из родного дома. Её место заняла младшая сестра — в её постели, в её судьбе, в сердце её мужчины.
Прошло восемь лет. От прежней наивной девочки не осталось и следа. Теперь Мелиса Эроглу — блестящий кардиохирург, которая привыкла держать в руках чужие трепещущие сердца. Она сменила имя, построила новую жизнь, и единственная память о том предательстве — её маленький сын. Но трагический звонок брата заставляет её вернуться в город, где всё началось.
Она вернулась не мстить. Она вернулась спасать. Но правда, которую она скрывала восемь лет, способна уничтожить их всех.
- Ника… - хрипло говорит муж в реанимации, тяжело дыша. - Я должен был тебе признаться давно… у меня есть другая семья, двое детей... и моя дочь сейчас беременна... Но это не самое страшное.
- Давай потом, - быстро шепчу я, сжимая его руку. - Пожалуйста, не сейчас. Все это ерунда, слышишь? Мы потом разберемся. Ты только выживи...
- Я чувствую, что уже не поправлюсь, поэтому я должен сказать тебе все… - он делает мучительный вдох и смотрит на меня так странно, так тяжело, что внутри начинает подниматься ужас. - Есть кое-что страшнее измены... и я сделал это с тобой двадцать лет назад…
Когда-то давно я уже пережила предательство, после которого едва смогла выжить. Я научилась доверять только одному человеку - собственному мужу.
И теперь именно он разрушает мою жизнь признанием, после которого вся моя жизнь оказывается построенной на лжи...
- Давай потом, - быстро шепчу я, сжимая его руку. - Пожалуйста, не сейчас. Все это ерунда, слышишь? Мы потом разберемся. Ты только выживи...
- Я чувствую, что уже не поправлюсь, поэтому я должен сказать тебе все… - он делает мучительный вдох и смотрит на меня так странно, так тяжело, что внутри начинает подниматься ужас. - Есть кое-что страшнее измены... и я сделал это с тобой двадцать лет назад…
Когда-то давно я уже пережила предательство, после которого едва смогла выжить. Я научилась доверять только одному человеку - собственному мужу.
И теперь именно он разрушает мою жизнь признанием, после которого вся моя жизнь оказывается построенной на лжи...
«С днём рождения, Анечка. 6 лет».
Я нашла эту свечку в багажнике мужа. Вместе с розовым детским креслом и чужим кардиганом.
У нас с Игорем один сын. Миша и ему восемь.
Анечка — дочь моего мужа от другой женщины. В другой жизни, о которой я не знала 6 лет.
Я думала, хуже измены ничего нет. Но оказалось, есть вещи страшнее. Например, понять, что твой муж — не просто любовник, а искусный лжец. А та, другая — не разлучница, а ещё одна жертва его «любви».
Теперь я должна решить: бороться за то, что было нашей семьёй или начать всё с нуля?
А ещё есть Андрей. Хмурый, молчаливый, слишком наблюдательный. Тот, кто ничего не обещает. Тот, кто появился слишком вовремя… или наоборот слишком поздно?
Что мне выбрать: простить, забыть или сжечь мосты?
Я нашла эту свечку в багажнике мужа. Вместе с розовым детским креслом и чужим кардиганом.
У нас с Игорем один сын. Миша и ему восемь.
Анечка — дочь моего мужа от другой женщины. В другой жизни, о которой я не знала 6 лет.
Я думала, хуже измены ничего нет. Но оказалось, есть вещи страшнее. Например, понять, что твой муж — не просто любовник, а искусный лжец. А та, другая — не разлучница, а ещё одна жертва его «любви».
Теперь я должна решить: бороться за то, что было нашей семьёй или начать всё с нуля?
А ещё есть Андрей. Хмурый, молчаливый, слишком наблюдательный. Тот, кто ничего не обещает. Тот, кто появился слишком вовремя… или наоборот слишком поздно?
Что мне выбрать: простить, забыть или сжечь мосты?
Потом Егор повернулся во сне, и его телефон съехал с прикроватной тумбочки — не упал, просто сдвинулся к краю.
Я машинально потянулась — поправить, поставить на зарядку. Я всегда следила за такими мелочами. Взяла телефон. Тот был без чехла — Егор не признавал чехлов, говорил, портят дизайн.
Экран вспыхнул от моего прикосновения.
Я не хотела читать. Я просто увидела — за долю секунды, прежде чем успела отвернуться.
Пуш-уведомление. Мессенджер. Текст в две строки.
«Я всё ещё чувствую твои руки. Жди меня завтра. В.»
Я положила телефон обратно на тумбочку. Аккуратно. Ровно так, как он лежал.
Легла. Натянула одеяло до подбородка.
И почувствовала, как внутри что-то — не ломается, нет. Просто перестаёт притворяться, что цело.
Я машинально потянулась — поправить, поставить на зарядку. Я всегда следила за такими мелочами. Взяла телефон. Тот был без чехла — Егор не признавал чехлов, говорил, портят дизайн.
Экран вспыхнул от моего прикосновения.
Я не хотела читать. Я просто увидела — за долю секунды, прежде чем успела отвернуться.
Пуш-уведомление. Мессенджер. Текст в две строки.
«Я всё ещё чувствую твои руки. Жди меня завтра. В.»
Я положила телефон обратно на тумбочку. Аккуратно. Ровно так, как он лежал.
Легла. Натянула одеяло до подбородка.
И почувствовала, как внутри что-то — не ломается, нет. Просто перестаёт притворяться, что цело.
Она пришла во дворец с чужим лицом, чужим именем и одной-единственной целью: спасти умирающую сестру. У неё не было выбора. У него — не было права ошибаться.
Императору Райану не нужна красавица. Ему нужна правда. И его магия Истины, способная разоблачить любую ложь, почему-то молчит именно рядом с ней — самозванкой, которая каждую секунду рассыпается на части.
Чем дольше она носит чужое лицо, тем сильнее он видит её настоящую.
И тем страшнее становится момент, когда маска упадёт.
Императору Райану не нужна красавица. Ему нужна правда. И его магия Истины, способная разоблачить любую ложь, почему-то молчит именно рядом с ней — самозванкой, которая каждую секунду рассыпается на части.
Чем дольше она носит чужое лицо, тем сильнее он видит её настоящую.
И тем страшнее становится момент, когда маска упадёт.
Беременная Анита возвращается домой раньше срока и застает мужа в постели со своей сестрой-близнецом. Одного взгляда хватает, чтобы ее мир рухнул. Не слушая объяснений, она исчезает из жизни Азамата, солгав ему, что ребенка больше нет. Проходит год. В чужом городе Анита учится жить заново и растит маленькую дочь, не зная, что прошлое уже совсем рядом. Азамат находит ее случайно и вместе с ней узнает о ребенке, которого считал потерянным.
Но правда об измене оказывается страшнее, чем боль.
Потому что предательство было не там, где Анита его увидела.
Но правда об измене оказывается страшнее, чем боль.
Потому что предательство было не там, где Анита его увидела.
Она любила его пятнадцать лет.
С первого дня на пляже в Антибе, когда он посмотрел на неё так, как никто до него. Сквозь её фамилию. Сквозь её миллиарды. Сквозь тихий голос в голове, который шептал: «Ты недостойна настоящей любви».
Он сказал: «Я никогда тебя не брошу». И она поверила. Томаш Новак знает, как пахнет ложь. Бергамотом и страхом. Он носит костюмы «Бриони» и галстуки «Эрмес» и точно знает чего он хочет.
Даже когда мать называла его «польским авантюристом». Даже когда брат умолял: «Посмотри, кто он на самом деле». Даже когда счета в банке таяли, а он всё чаще возвращался затемно и пах чужими духами.
Она закрывала глаза. Потому что страх быть одной оказался сильнее правды.
Она подписывала документы, не читая. Переводила деньги, не спрашивая. Улыбалась на благотворительных вечерах, чувствуя, как внутри что-то медленно умирает.
Мать кричала: «Он разорит тебя!» Брат доказывал: «Он использует тебя!»
А Софи просто хотела, чтобы её оставили в покое.
С первого дня на пляже в Антибе, когда он посмотрел на неё так, как никто до него. Сквозь её фамилию. Сквозь её миллиарды. Сквозь тихий голос в голове, который шептал: «Ты недостойна настоящей любви».
Он сказал: «Я никогда тебя не брошу». И она поверила. Томаш Новак знает, как пахнет ложь. Бергамотом и страхом. Он носит костюмы «Бриони» и галстуки «Эрмес» и точно знает чего он хочет.
Даже когда мать называла его «польским авантюристом». Даже когда брат умолял: «Посмотри, кто он на самом деле». Даже когда счета в банке таяли, а он всё чаще возвращался затемно и пах чужими духами.
Она закрывала глаза. Потому что страх быть одной оказался сильнее правды.
Она подписывала документы, не читая. Переводила деньги, не спрашивая. Улыбалась на благотворительных вечерах, чувствуя, как внутри что-то медленно умирает.
Мать кричала: «Он разорит тебя!» Брат доказывал: «Он использует тебя!»
А Софи просто хотела, чтобы её оставили в покое.
Грэг Вейлор всегда любил опасные истории — особенно если был уверен, что сможет выйти из них первым.
Услышав слухи об Эйстере-9, ледяной планете с необычными обычаями и женщинами, которые не похожи ни на кого в известных мирах, он прилетает туда из чистого интереса. Посмотреть. Понять. Может быть, развлечься. А потом улететь, как всегда.
Но на Эйстере-9 чужаки редко остаются просто наблюдателями.
Сайра Морн замечает Грэга почти сразу. Холодная, красивая и опасно спокойная, она даёт ему именно то, что он привык считать своей силой: внимание, желание, игру. Только слишком поздно Грэг понимает, что правила этой игры никогда ему не принадлежали.
Сайра и её подруги заманивают его в ловушку — не ради денег, не ради власти и не ради мести. Они хотят увидеть, кто скрывается под маской обаятельного мужчины, привыкшего побеждать и уходить первым.
На Эйстере-9 женщин не держат обещаниями. Мужчин не привязывают словами. Желание здесь называют желанием, свободу — свободой, а ложь срывают так ж
Услышав слухи об Эйстере-9, ледяной планете с необычными обычаями и женщинами, которые не похожи ни на кого в известных мирах, он прилетает туда из чистого интереса. Посмотреть. Понять. Может быть, развлечься. А потом улететь, как всегда.
Но на Эйстере-9 чужаки редко остаются просто наблюдателями.
Сайра Морн замечает Грэга почти сразу. Холодная, красивая и опасно спокойная, она даёт ему именно то, что он привык считать своей силой: внимание, желание, игру. Только слишком поздно Грэг понимает, что правила этой игры никогда ему не принадлежали.
Сайра и её подруги заманивают его в ловушку — не ради денег, не ради власти и не ради мести. Они хотят увидеть, кто скрывается под маской обаятельного мужчины, привыкшего побеждать и уходить первым.
На Эйстере-9 женщин не держат обещаниями. Мужчин не привязывают словами. Желание здесь называют желанием, свободу — свободой, а ложь срывают так ж
— Думаешь, я не узнаю тебя без парика? — его голос, как гром перед грозой. — Маленькая лживая стерва.
Тимур Вальтер... Криминальный авторитет, мой бывший муж и самый опасный мужчина в моей жизни. Он всегда умел читать меня как открытую книгу.
— Я просто хочу развод, — шепчу, чувствуя, одновременно и силу, и дрожь в коленках.
— Развод? — он усмехается, прижимая меня к стене. — Ты моя жена, Василиса. И останешься ею.
Он следит за мной. Знает каждый мой шаг. А я… я прячу от него самое дорогое — нашего сына.
— У тебя нет выбора, — его горячее дыхание обжигает мою кожу. — Ты принадлежишь мне. Всегда принадлежала.
Тимур Вальтер... Криминальный авторитет, мой бывший муж и самый опасный мужчина в моей жизни. Он всегда умел читать меня как открытую книгу.
— Я просто хочу развод, — шепчу, чувствуя, одновременно и силу, и дрожь в коленках.
— Развод? — он усмехается, прижимая меня к стене. — Ты моя жена, Василиса. И останешься ею.
Он следит за мной. Знает каждый мой шаг. А я… я прячу от него самое дорогое — нашего сына.
— У тебя нет выбора, — его горячее дыхание обжигает мою кожу. — Ты принадлежишь мне. Всегда принадлежала.
— Вика? Ты там?
— Соня... — её голос был странным, каким-то надломленным. — Мне нужно... Господи, как же мне сказать тебе это...
Сердце ёкнуло. Я прислонилась к стене.
— Что случилось? Ты в порядке? Тебе нужна помощь?
— Со мной всё... Нет, не всё. Соня, я больше не могу так. Я не могу дальше жить с этим. Это убивает меня.
— Вика, ты меня пугаешь. Что происходит?
Снова тишина. Долгая, тягучая, как смола. Я слышала, как она сглатывает, как пытается собраться с духом.
— Максим... Твой Максим... Он... Господи, прости меня. Мы встречаемся. Уже четыре года.
Слова повисли в воздухе. Я не поняла их сразу — они будто отскочили от меня, не найдя места, куда приземлиться. Я стояла в коридоре родительского дома, держала телефон уха и не понимала, что только что услышала.
— Что? — мой голос был тихим, почти шёпотом.
— Мы с Максимом... Мы спим вместе. Четыре года, Соня. Я не хотела, клянусь, я не хотела, чтобы это случилось. Но это случилось, и я... Я больше не могу молчать.
— Соня... — её голос был странным, каким-то надломленным. — Мне нужно... Господи, как же мне сказать тебе это...
Сердце ёкнуло. Я прислонилась к стене.
— Что случилось? Ты в порядке? Тебе нужна помощь?
— Со мной всё... Нет, не всё. Соня, я больше не могу так. Я не могу дальше жить с этим. Это убивает меня.
— Вика, ты меня пугаешь. Что происходит?
Снова тишина. Долгая, тягучая, как смола. Я слышала, как она сглатывает, как пытается собраться с духом.
— Максим... Твой Максим... Он... Господи, прости меня. Мы встречаемся. Уже четыре года.
Слова повисли в воздухе. Я не поняла их сразу — они будто отскочили от меня, не найдя места, куда приземлиться. Я стояла в коридоре родительского дома, держала телефон уха и не понимала, что только что услышала.
— Что? — мой голос был тихим, почти шёпотом.
— Мы с Максимом... Мы спим вместе. Четыре года, Соня. Я не хотела, клянусь, я не хотела, чтобы это случилось. Но это случилось, и я... Я больше не могу молчать.
Выберите полку для книги