Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
Ее повалили передо мной на колени, и я отчетливо видел ссадину на ее щеке. Кажется, кто-то выпендривался.
Смотрела уверенно, с вызовом, только вот я все-таки увидел нотки страха. Она часто моргала. Да красотка, согласен, неизвестность пугает.
— Ты хочешь что-то спросить? — поинтересовался, когда надоела ее бдительность.
— Что дальше? — ответила так резко, как будто ждала, когда я начну разговор.
— Наиграюсь – отпущу.
— Во что играть будем?
— Тебе понравится!
***
Меня с детства жизнь не балует – привыкла! Только всему должен быть предел и он достигнут. Однажды я стала подарком в качестве куклы неизвестному мужчине и с этим мириться не собираюсь…
Смотрела уверенно, с вызовом, только вот я все-таки увидел нотки страха. Она часто моргала. Да красотка, согласен, неизвестность пугает.
— Ты хочешь что-то спросить? — поинтересовался, когда надоела ее бдительность.
— Что дальше? — ответила так резко, как будто ждала, когда я начну разговор.
— Наиграюсь – отпущу.
— Во что играть будем?
— Тебе понравится!
***
Меня с детства жизнь не балует – привыкла! Только всему должен быть предел и он достигнут. Однажды я стала подарком в качестве куклы неизвестному мужчине и с этим мириться не собираюсь…
— Аврора, ты уходишь со мной!
— Нет! — бросила гневно. Подошла к нему, заглядывая в самое сердце глаз. Как я могла разглядеть в них что-то кроме жестокости? — Как ты мог?
— Что? — с претензией.
— Ты такой же гнусный мерзавец, как и твой брат! — закричала на него. Моргнула, выпуская накатившие слезы. Рука Виктора потянулась к щеке, но я отбила ее. — Не смей прикасаться ко мне! Ты больше никогда меня не тронешь.
— Аврора, все иначе, чем есть на самом деле.
— Ты тварь последняя, Виктор, — онемевшими губами. — Ненавижу тебя, слышишь! Всю жизнь мне сломал и хочешь продолжить? Убирайся! — качала головой, отрицая свои же слова. Горячие дорожки на щеках обжигали. — Лучше бы ты меня убил!
***
Больше года я искал убийцу брата. Наказывал невиновных. Проливал кровь в пустую. И вот теперь наконец-то нашел. Только за это время мой пыл мести изменился, жертв и так было достаточно. Поэтому я отниму у него самое дорогое, как он отнял у меня.
Я заберу его дочь…
— Нет! — бросила гневно. Подошла к нему, заглядывая в самое сердце глаз. Как я могла разглядеть в них что-то кроме жестокости? — Как ты мог?
— Что? — с претензией.
— Ты такой же гнусный мерзавец, как и твой брат! — закричала на него. Моргнула, выпуская накатившие слезы. Рука Виктора потянулась к щеке, но я отбила ее. — Не смей прикасаться ко мне! Ты больше никогда меня не тронешь.
— Аврора, все иначе, чем есть на самом деле.
— Ты тварь последняя, Виктор, — онемевшими губами. — Ненавижу тебя, слышишь! Всю жизнь мне сломал и хочешь продолжить? Убирайся! — качала головой, отрицая свои же слова. Горячие дорожки на щеках обжигали. — Лучше бы ты меня убил!
***
Больше года я искал убийцу брата. Наказывал невиновных. Проливал кровь в пустую. И вот теперь наконец-то нашел. Только за это время мой пыл мести изменился, жертв и так было достаточно. Поэтому я отниму у него самое дорогое, как он отнял у меня.
Я заберу его дочь…
Вот так спешишь на работу, никого не трогаешь, а к тебе пристаёт чокнутая тётка… Раз! И ты уже в другом мире, с вантузом наперевес. И надо бороться за руку, сердце и прочие органы князя-дракона, а иначе… Что ждёт попаданку, проигравшую отбор невест, никто не говорит. Так что придётся мне самой во всём разобраться, так сказать, во избежание неприятных неожиданностей…
Первыми выступали ребята из другого клуба. Сделав по паре ошибок, они завершили свои выступления и на площадку вывели Грома, лошадь Свята. Грациозно запрыгнув на него, парень приступил к выполнению дорожки из препятствий.
— Хорош, блин, — сказала Роза, когда он закончил без единой ошибки. — Удачи, дорогая, — она сжала мою руку.
Подойдя к Белле, которая уже ждала меня на площадке, я дала ей сахар.
— Давай хорошо справимся, ладно? — я поцеловала ее в нос и забралась в седло.
Ударив ее по бокам, я начала свое исполнение. Мы шли отлично, не совершая ошибок, и я улыбалась от предчувствия победы.
Когда до конца оставалось всего два препятствия, я почувствовала как правая нога соскальзывает со стремени и оно рвется у меня на глазах. Мое равновесие тут же нарушилось и я полетела из седла вниз.
— Хорош, блин, — сказала Роза, когда он закончил без единой ошибки. — Удачи, дорогая, — она сжала мою руку.
Подойдя к Белле, которая уже ждала меня на площадке, я дала ей сахар.
— Давай хорошо справимся, ладно? — я поцеловала ее в нос и забралась в седло.
Ударив ее по бокам, я начала свое исполнение. Мы шли отлично, не совершая ошибок, и я улыбалась от предчувствия победы.
Когда до конца оставалось всего два препятствия, я почувствовала как правая нога соскальзывает со стремени и оно рвется у меня на глазах. Мое равновесие тут же нарушилось и я полетела из седла вниз.
- Я никогда не буду с тобой, озабоченное животное! - гневно выпалила мне в лицо.
- Животное? – усмехнулся. – Видимо недостаточно хорош для вас, принцесса? – ехидно оскалился.
- Сам догадался? Или кто подсказал? – саркастично вскинула бровь, складывая руки на груди.
«Вот же чертова сучка!»
- Я тебе напомню об этом, когда будешь стонать подо мной, - подошел вплотную, оттесняя к стене.
- Мечтай! – дерзко вскинула голову, но в глазах промелькнул страх.
« Вот ты и попалась, куколка!»
Что же я натворил в прошлой жизни, что боги одарили меня таким проклятьем?! А может это не проклятье, а дар?
- Животное? – усмехнулся. – Видимо недостаточно хорош для вас, принцесса? – ехидно оскалился.
- Сам догадался? Или кто подсказал? – саркастично вскинула бровь, складывая руки на груди.
«Вот же чертова сучка!»
- Я тебе напомню об этом, когда будешь стонать подо мной, - подошел вплотную, оттесняя к стене.
- Мечтай! – дерзко вскинула голову, но в глазах промелькнул страх.
« Вот ты и попалась, куколка!»
Что же я натворил в прошлой жизни, что боги одарили меня таким проклятьем?! А может это не проклятье, а дар?
— Вы кто? — хмуро спрашивает мужчина, и я понимаю, что это и есть тот самый Медвед.
— Мария Васильева, журнал «Наш дом», — отвечаю я, стараясь вложить в голос максимальную уверенность, хотя всё внутри меня дрожит. — Приехала взять у вас интервью.
Медведев смотрит на меня так, словно я объявила ему, что беременна тройней и собираюсь переехать к нему жить. В его взгляде читается явное раздражение, смешанное с недоверием.
— Журналистка, значит? — с подозрением повторяет он, явно не веря своим ушам. — А я-то думал, это мошенники вчера звонили. Хотя… вид у вас подозрительный.
— Мария Васильева, журнал «Наш дом», — отвечаю я, стараясь вложить в голос максимальную уверенность, хотя всё внутри меня дрожит. — Приехала взять у вас интервью.
Медведев смотрит на меня так, словно я объявила ему, что беременна тройней и собираюсь переехать к нему жить. В его взгляде читается явное раздражение, смешанное с недоверием.
— Журналистка, значит? — с подозрением повторяет он, явно не веря своим ушам. — А я-то думал, это мошенники вчера звонили. Хотя… вид у вас подозрительный.
В 30 лет, на то, чтобы начать жизнь заново, начать сразу по всем направлениям и с чистого листа, нужно мужество, хотя, конечно, есть ещё перспективы! Главное настроиться и решиться!
Но у Саши, как обычно, всё через одно место получилось! А всё потому, что подобные решения принимают в тайне, а не оглашают в подпитии и перед слишком энергичным дядей! Так что, Сашу, можно сказать, "писать наново" вынудили насильно!
Не говоря уж о том, что не только новые "направления" выбрал за неё дядя, но и новые "таланты", "амибици" и "мечты" девушке приписал!
Пришлось выкручиваться, как только она одна умеет! К сожалению, запороть дядины надежды, вот так вот, сходу, не удалось!
"Кручение" затягивается, а на неё давят! Ещё и её личнные "тараканы", похоже, новому шефу приглянулись! А она так надеялась! Так мечтала, что дальше первого собеседования, не пройдёт!..
Но у Саши, как обычно, всё через одно место получилось! А всё потому, что подобные решения принимают в тайне, а не оглашают в подпитии и перед слишком энергичным дядей! Так что, Сашу, можно сказать, "писать наново" вынудили насильно!
Не говоря уж о том, что не только новые "направления" выбрал за неё дядя, но и новые "таланты", "амибици" и "мечты" девушке приписал!
Пришлось выкручиваться, как только она одна умеет! К сожалению, запороть дядины надежды, вот так вот, сходу, не удалось!
"Кручение" затягивается, а на неё давят! Ещё и её личнные "тараканы", похоже, новому шефу приглянулись! А она так надеялась! Так мечтала, что дальше первого собеседования, не пройдёт!..
Теперь мы остались одни и смотрим друг другу в глаза. В глазах Зафара я вижу настоящую бурю – бурю, которая может поглотить меня в долю секунды. Я еще ни разу не видела его в ярости, и вот, сейчас, мне представился этот случай. Мурашки по коже.
- Ты – моя Аин. Единственная и неповторимая.
Словно сквозь вату, я слышу его спокойный голос и понимаю, что пропала.
Он сорвал мою свадьбу с любимым и против воли увез в свою страну. При каждом взгляде на него, моя ненависть лишь растет. Один из самых богатых шейхов Дубая решил, что я стану его игрушкой. Но как бы не так!
- Ты – моя Аин. Единственная и неповторимая.
Словно сквозь вату, я слышу его спокойный голос и понимаю, что пропала.
Он сорвал мою свадьбу с любимым и против воли увез в свою страну. При каждом взгляде на него, моя ненависть лишь растет. Один из самых богатых шейхов Дубая решил, что я стану его игрушкой. Но как бы не так!
Они оба - дети богатых родителей. Юная Лада любит скорость и отвязные тусовки. А взрослый Макс ненавидит то, что любит она и Её тоже. Но обстоятельства на короткое время сводят пару вместе. Где бы вы думали? – В изоляторе! Как не упустить шанс отомстить дерзкой девчонке, за то, что она однажды ему отказала?
Как выжить им в тесном пространстве и не поубивать друг друга?
Читаем…
Как выжить им в тесном пространстве и не поубивать друг друга?
Читаем…
— Меня не за что! — кричу на весь полицейский участок, а никто и бровью не ведёт на творящийся беспредел средь бела дня. — Я не хочу в тюрьму! — жалостливыми глазенками смотрю на мужчину в погонах.
— Значит, пойдешь няней к моим сыновьям! — категорично заявляет капитан. Нет, вроде майор!
— Я не лажу с детьми! Совсем! — меня аж мандражка подбивает при мысли о маленьких детях, у которых цель одна: сломать психику взрослым.
— Тогда тюрьма! — коварно лыбится, действуя мне на нервы. — За непредумышленное нанесение тяжкого вреда здоровью, — зеленоглазый майор чеканит свой закон, а у меня ледяная струйка пота по спине бежит.
— Согласна! На няню!
Мужчина дергается от пылкого рвения потискаться с его детьми.
— Когда приступать?
Я работаю обычной доставщицей. Торопилась. И случайно, совсем чуть-чуть, задела особо злопамятного пешехода. На меня хотят повесить статью. И выбор у меня невелик: либо небо в клеточку, либо нянчиться с сыновьями майора по выгодному предложению.
— Значит, пойдешь няней к моим сыновьям! — категорично заявляет капитан. Нет, вроде майор!
— Я не лажу с детьми! Совсем! — меня аж мандражка подбивает при мысли о маленьких детях, у которых цель одна: сломать психику взрослым.
— Тогда тюрьма! — коварно лыбится, действуя мне на нервы. — За непредумышленное нанесение тяжкого вреда здоровью, — зеленоглазый майор чеканит свой закон, а у меня ледяная струйка пота по спине бежит.
— Согласна! На няню!
Мужчина дергается от пылкого рвения потискаться с его детьми.
— Когда приступать?
Я работаю обычной доставщицей. Торопилась. И случайно, совсем чуть-чуть, задела особо злопамятного пешехода. На меня хотят повесить статью. И выбор у меня невелик: либо небо в клеточку, либо нянчиться с сыновьями майора по выгодному предложению.
Выберите полку для книги