Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
Отец продал меня прямо за помолвочным столом, подкладывая под врага как разменную монету, а мой жених лично снял кольцо с моего пальца и вытер губы после прощального поцелуя. Меня скормили чудовищу, чей отец двенадцать лет назад покончил с собой из-за махинаций моей семьи. Теперь я — живой долг в триста сорок семь миллионов рублей, запертый в доме Александра Минина, человека, который мечтает стереть мою фамилию в порошок. Он купил меня, чтобы ломать, раздевать и уничтожать, уверенный, что я — мозг преступной схемы, а не жертвенная овца с пятьдесят вторым размером одежды и разбитым сердцем.
В этой золотой клетке нет места жалости: здесь либо подчиняются, либо гибнут. Но что делать рейдеру, когда ненависть превращается в одержимость, а унижение — в порочную близость, от которой плавится воздух?
Это история о том, как выжить, когда тебя предали все, и как заставить дьявола встать на колени перед женщиной, которую он поклялся растоптать.
В этой золотой клетке нет места жалости: здесь либо подчиняются, либо гибнут. Но что делать рейдеру, когда ненависть превращается в одержимость, а унижение — в порочную близость, от которой плавится воздух?
Это история о том, как выжить, когда тебя предали все, и как заставить дьявола встать на колени перед женщиной, которую он поклялся растоптать.
Ледяную магиню Селестину ссылают в заброшенный архив Академии к Каспиану — рассеянному архивариусу, живущему среди проклятого хлама. Случайный артефакт магически связывает их невидимой нитью: теперь они не могут разойтись дальше трех метров. Чтобы выжить среди оживших свитков и коварных инспекторов, Селестине придется признать: пыль архивов греет лучше, чем власть, а любовь не вносится ни в один каталог.
— Д-давай заключим договор! — опустив взгляд, прижимаю тетради к груди. — Притворись моим парнем, чтобы бывший наконец-то отстал от меня, а я взамен помогу тебе сдать сессию на отлично.
— Ты что, с ума сошла? — с усмешкой произносит Зверев. — Ты, конечно, симпатичная, но кто сказал, что я с ботаншами вожусь? Я сам справлюсь со своими проблемами, а тебе, — его брови съезжаются, — советую не лезть не в своё дело.
Он разворачивается, чтобы уйти. Была не была — мой последний козырь. Сейчас или никогда.
— Я знаю, что тебя вычеркнут из наследства, если ты не возьмёшься за голову, — делаю глубокий вдох и вскидываю голову. — Никто, кроме меня, не станет с тобой возиться! Всего лишь месяц, я не прошу больше...
Зверев подходит ближе, от чего сердце начинает биться быстрее, а дыхание становится прерывистым.
— Значит, ты всё-таки следила за мной, — фыркает он, выдерживая приличную паузу. — Раз ты всё знаешь, хорошо, только играть мы будем по моим правилам, Зайцева.
— Ты что, с ума сошла? — с усмешкой произносит Зверев. — Ты, конечно, симпатичная, но кто сказал, что я с ботаншами вожусь? Я сам справлюсь со своими проблемами, а тебе, — его брови съезжаются, — советую не лезть не в своё дело.
Он разворачивается, чтобы уйти. Была не была — мой последний козырь. Сейчас или никогда.
— Я знаю, что тебя вычеркнут из наследства, если ты не возьмёшься за голову, — делаю глубокий вдох и вскидываю голову. — Никто, кроме меня, не станет с тобой возиться! Всего лишь месяц, я не прошу больше...
Зверев подходит ближе, от чего сердце начинает биться быстрее, а дыхание становится прерывистым.
— Значит, ты всё-таки следила за мной, — фыркает он, выдерживая приличную паузу. — Раз ты всё знаешь, хорошо, только играть мы будем по моим правилам, Зайцева.
- В браке не обрюхатил. Теперь во грехе хочешь?
- А может и так! Главврач и новенькая хирургичка… Отправлю тебя в декрет месяца через три… Одним росчерком пера…
- Гад.
- Моя.
Она прошла развод, сменила фамилию, выгрызла себе место в лучшей клинике.
Он стал её прямым начальником. Бывший муж. Тот самый мужчина, который умеет обнимать так, что забываешь, зачем подавала на развод.
Никаких любовниц. Никаких интриг. Только двое, которые ненавидят друг друга ровно настолько, чтобы не перестать хотеть.
Ультракороткий рассказ. Одна сцена. Одна ординаторская. Одна попытка сделать вид, что всё кончено.
✔️ Властный герой без тормозов
✔️ Героиня, которая врёт про команду любовников
✔️ Кольцо за миллион, кредит и ни грамма сожалений
✔️ Тот самый случай, когда «бывшая» звучит как «навсегда моя»
Объем: до 5000 знаков. Можно проглотить за перекур. А потом перечитать.
> Внимание: сцены у стены, щетина, сочные поцелуи и нежность, от которой трясутся руки. Развод официальны
- А может и так! Главврач и новенькая хирургичка… Отправлю тебя в декрет месяца через три… Одним росчерком пера…
- Гад.
- Моя.
Она прошла развод, сменила фамилию, выгрызла себе место в лучшей клинике.
Он стал её прямым начальником. Бывший муж. Тот самый мужчина, который умеет обнимать так, что забываешь, зачем подавала на развод.
Никаких любовниц. Никаких интриг. Только двое, которые ненавидят друг друга ровно настолько, чтобы не перестать хотеть.
Ультракороткий рассказ. Одна сцена. Одна ординаторская. Одна попытка сделать вид, что всё кончено.
✔️ Властный герой без тормозов
✔️ Героиня, которая врёт про команду любовников
✔️ Кольцо за миллион, кредит и ни грамма сожалений
✔️ Тот самый случай, когда «бывшая» звучит как «навсегда моя»
Объем: до 5000 знаков. Можно проглотить за перекур. А потом перечитать.
> Внимание: сцены у стены, щетина, сочные поцелуи и нежность, от которой трясутся руки. Развод официальны
— Отдай Слезу Источника, дикарь! Она тебе не принадлежит! — в её голосе звенела сталь. — Теперь принадлежит, — усмехнулся я, чувствуя, как кинжал у пояса словно поёт в моих руках. — Как и ты, княжна. Война за священный город Беловодье должна была принести мне славу, а принесла клеймо отцеубийцы. Подставленный, преданный собственной семьёй, я был вынужден бежать, прихватив с собой два трофея: таинственный кинжал, способный исцелять и уничтожать, и его владелицу — прекрасную и яростную княжну Веледару. Теперь по нашему следу идут не только мои братья, но и древние убийцы-Навьи, посланные истинным злодеем. Чтобы выжить и отомстить, мне придётся разгадать тайну Кинжала Живой Воды и довериться той, что видит во мне лишь жестокого варвара. Но с каждой пройдённой верстой я понимаю: кинжал — не главная драгоценность, которую я у неё отнял.
Я — воровка, которая живёт одной лишь злостью и независимостью. Я подавила свою природу оборотня, потому что так безопаснее. Я не верю мужчинам. Я не верю никому.
И тут в мою жизнь врывается ОН — Альфа, чей запах сводит с ума, а прикосновения обещают нежность, о которой я не смела мечтать.
Он говорит, что я — его Истинная. Что создана для него. Что он будет ждать вечность. Но смогу ли я перестать бояться? И готова ли упасть в объятия того, кто никогда не предаст?
И тут в мою жизнь врывается ОН — Альфа, чей запах сводит с ума, а прикосновения обещают нежность, о которой я не смела мечтать.
Он говорит, что я — его Истинная. Что создана для него. Что он будет ждать вечность. Но смогу ли я перестать бояться? И готова ли упасть в объятия того, кто никогда не предаст?
На оглашении завещания Элеонору Вельскую публично объявляют позором рода. Но древняя печать признаёт её единственной законной наследницей.
Теперь ей предстоит вернуться в северное поместье, где сорваны гербы, горит семейный архив, а мёртвые будто упорнее живых хранят чужие тайны. Чем ближе Элеонора подбирается к правде, тем яснее становится: её брата не погубил несчастный случай, сам род Вельских построен на лжи, а она — не просто нежеланная наследница, а последняя жертва, которую много лет готовили ради чужого имени.
Рядом с ней — имперский дознаватель Кайр Деверо: человек, которому нельзя доверять и без которого она уже не сможет дойти до конца.
Чтобы вернуть себе имя, Элеоноре придётся вскрыть проклятое наследство, пережить предательство в собственном доме и выбрать, что важнее — кровь, долг или правда.
Теперь ей предстоит вернуться в северное поместье, где сорваны гербы, горит семейный архив, а мёртвые будто упорнее живых хранят чужие тайны. Чем ближе Элеонора подбирается к правде, тем яснее становится: её брата не погубил несчастный случай, сам род Вельских построен на лжи, а она — не просто нежеланная наследница, а последняя жертва, которую много лет готовили ради чужого имени.
Рядом с ней — имперский дознаватель Кайр Деверо: человек, которому нельзя доверять и без которого она уже не сможет дойти до конца.
Чтобы вернуть себе имя, Элеоноре придётся вскрыть проклятое наследство, пережить предательство в собственном доме и выбрать, что важнее — кровь, долг или правда.
— Алло? — мой голос дрожит.
Этот номер врезался в память раскаленным железом. Я мечтала, чтобы он позвонил. Я молилась, чтобы больше никогда не услышать его.
— Думала обо мне? — его голос низкий, вибрирующий, пробирающий до мурашек.
— Каждую ночь… — я сгораю от стыда.
— Тебе нечего стыдиться. Ты сгораешь от желания.
— Да… Моя жизнь стала серой. Я не могу думать ни о чём другом.
— В двенадцать за тобой машина.
💙ЖЕСТКО, ГОРЯЧО, НЕЗАБЫВАЕМО
💙ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
💙ОКЕАН СТРАСТИ
Этот номер врезался в память раскаленным железом. Я мечтала, чтобы он позвонил. Я молилась, чтобы больше никогда не услышать его.
— Думала обо мне? — его голос низкий, вибрирующий, пробирающий до мурашек.
— Каждую ночь… — я сгораю от стыда.
— Тебе нечего стыдиться. Ты сгораешь от желания.
— Да… Моя жизнь стала серой. Я не могу думать ни о чём другом.
— В двенадцать за тобой машина.
💙ЖЕСТКО, ГОРЯЧО, НЕЗАБЫВАЕМО
💙ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
💙ОКЕАН СТРАСТИ
— Ты слишком дерзкая, Соболева, — выдыхает.
— А ты слишком предсказуемый, Соколов! — парирую.
Он усмехается.
— Предсказуемый? — Склоняет голову к плечу и прядь светлых волос чуть падает на лоб. — Тогда скажи, что я буду делать сейчас?
— Ничего. Потому что ты даже не знаешь, с какой стороны подойти ко мне.
Он замирает. На секунду его самоуверенность даёт трещину.
— Что ты сказала?
— Ты привык, что девушки падают в твою постель сами. А я не падаю. И ты растерян. Потому что у тебя нет сценария на такой случай.
Его челюсть напрягается.
— Ты думаешь, я растерян?
— Я знаю, — улыбаюсь краем губ. — И это бесит тебя больше всего!
***
Он — Соколов. Мажор. Байкер. Блондин с холодными глазами и фамилией, которая открывает любые двери.
Я — новенькая. Отличница. И мне плевать на его фамилию.
Он уверен, что я окажусь в его постели уже через две недели. А я даже не подозреваю, что стала ставкой в чужой игре.
Он бесит! Ненавижу его!
Или... уже люблю?
— А ты слишком предсказуемый, Соколов! — парирую.
Он усмехается.
— Предсказуемый? — Склоняет голову к плечу и прядь светлых волос чуть падает на лоб. — Тогда скажи, что я буду делать сейчас?
— Ничего. Потому что ты даже не знаешь, с какой стороны подойти ко мне.
Он замирает. На секунду его самоуверенность даёт трещину.
— Что ты сказала?
— Ты привык, что девушки падают в твою постель сами. А я не падаю. И ты растерян. Потому что у тебя нет сценария на такой случай.
Его челюсть напрягается.
— Ты думаешь, я растерян?
— Я знаю, — улыбаюсь краем губ. — И это бесит тебя больше всего!
***
Он — Соколов. Мажор. Байкер. Блондин с холодными глазами и фамилией, которая открывает любые двери.
Я — новенькая. Отличница. И мне плевать на его фамилию.
Он уверен, что я окажусь в его постели уже через две недели. А я даже не подозреваю, что стала ставкой в чужой игре.
Он бесит! Ненавижу его!
Или... уже люблю?
– Вам бы намордник надеть.
Сосед косится на меня (я вижу это в зеркале напротив).
– Он безобидный.
– А я не про собаку.
В тексте есть.
забавное противостояние соседей
загадочный герой и героиня, которая не понимает подкатов
веселые бабули с активной личной жизнью
немного нецензурной лексики
Сосед косится на меня (я вижу это в зеркале напротив).
– Он безобидный.
– А я не про собаку.
В тексте есть.
забавное противостояние соседей
загадочный герой и героиня, которая не понимает подкатов
веселые бабули с активной личной жизнью
немного нецензурной лексики
Выберите полку для книги