Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
Мой муж - игрок. И я до последнего верила, что могу его "исцелить". Но когда к нам в дом ворвались люди, требующие вернуть долг, я поняла, что это конец. Но, как оказалось, это только лишь начало. И я в тот момент даже не догадывалась, как сильно я окажусь втянута в эту опасную игру.
Это был обыкновенный день в офисе, пока не появился он! Загадочный аудитор Стас Соколовский, в которого Снежана была когда-то влюблена, но очень обожглась. Теперь они столкнулись лицом к лицу, его работа - искать ошибки, цена которых её повышение.
Он снова называет её Снежинкой, но стоит ли ему верить? Дрогнет ли сейчас сердце Снежной королевы? И смогут ли его ледяные осколки заставить Стаса забыть обо всём и попасть под её власть?
Он снова называет её Снежинкой, но стоит ли ему верить? Дрогнет ли сейчас сердце Снежной королевы? И смогут ли его ледяные осколки заставить Стаса забыть обо всём и попасть под её власть?
Он — лучший в своем деле. Гениальный ресторатор, талантливый шеф-повар и идеальный управленец. А я — посудомойка, которую ему навязал центр трудоустройства. И пускай я по образованию кондитер и жить не могу без любимого дела — для него я пустое место. Всего лишь своенравный винтик в отлаженной машине.
Мы из разных миров, но у нас общее дело и общая страсть. Кто знает, чем она обернется? И сможет ли посудомойка превзойти признанного шефа?
Мы из разных миров, но у нас общее дело и общая страсть. Кто знает, чем она обернется? И сможет ли посудомойка превзойти признанного шефа?
После пятнадцати лет в браке Ирина сбежала от развода с одной сумкой и двумя детьми. Она умеет быть только мамой, поэтому от отчаяния идёт работать уборщицей в управляющую компанию своего дома. А там он – злобный босс из управляйки и такой же злобный папаша из родительского чата.
Его тело, которое сводит с ума.
Его взгляд, который сжигает дотла.
Он моё искушение и мой ужас.
Я ненавижу его до глубины души и также горячо хочу, но мне страшно в этом признаться даже само́й себе.
Он спас меня от моего бывшего, который хотел меня изуродовать, и теперь я должна быть с ним, но по его... правилам.
Я пешка в игре, которую придумал он.
Его взгляд, который сжигает дотла.
Он моё искушение и мой ужас.
Я ненавижу его до глубины души и также горячо хочу, но мне страшно в этом признаться даже само́й себе.
Он спас меня от моего бывшего, который хотел меня изуродовать, и теперь я должна быть с ним, но по его... правилам.
Я пешка в игре, которую придумал он.
Тихоня, серая мышь, страшненькая. Я привыкла не отсвечивать, но один день сделал меня знаменитой на всю магическую академию. В печальном смысле.
Опозоренную, отвернутую тем, кого я любила, отреченную собственной семьей, меня ссылают в жуткое место под названием "Академия-приют для неугодных".
Слабой и тихой быть больше нельзя. Я должна обуздать свою магию, спасти друзей, новую академию и найти яркую себя.
Но что если на этом пути встанет тот, кто меня жестоко отверг?
❤️ Шикарный дракон
❤️ Встреча через время
❤️ Магическая академия, Фамильяр
❤️ Обязательный ХЭ
Опозоренную, отвернутую тем, кого я любила, отреченную собственной семьей, меня ссылают в жуткое место под названием "Академия-приют для неугодных".
Слабой и тихой быть больше нельзя. Я должна обуздать свою магию, спасти друзей, новую академию и найти яркую себя.
Но что если на этом пути встанет тот, кто меня жестоко отверг?
❤️ Шикарный дракон
❤️ Встреча через время
❤️ Магическая академия, Фамильяр
❤️ Обязательный ХЭ
— Вам не стоит работать одной в такое время, — сегодня он сказал мне больше слов, чем за весь предыдущий год.
— Маньяков у нас не водится.
— Вы не можете этого знать.
— Пока я знаю всего одного похожего на маньяка человека. И это вы, — бросаю тряпку и тут же, глубоко вздохнув, извиняюсь: — Простите, трудный день.
И неделя. И месяц. И год тоже.
— Ничего, — снова холодная улыбка. — Я не в обиде. Вы не слишком далеки от истины.
Замираю и смотрю на него во все глаза.
— Вы маньяк?
— Я хуже, — почти смеётся он.
— Маньяков у нас не водится.
— Вы не можете этого знать.
— Пока я знаю всего одного похожего на маньяка человека. И это вы, — бросаю тряпку и тут же, глубоко вздохнув, извиняюсь: — Простите, трудный день.
И неделя. И месяц. И год тоже.
— Ничего, — снова холодная улыбка. — Я не в обиде. Вы не слишком далеки от истины.
Замираю и смотрю на него во все глаза.
— Вы маньяк?
— Я хуже, — почти смеётся он.
Когда война разделила два мира, в Милрадию пришел Зверь. Мелена пленила его, надела рабский ошейник и посадила на цепь, а потом поплатилась за это своей свободой. Теперь она в его власти, и каждый день только он решает жить ей или умереть.
— Я всегда буду сбегать! Слышишь?! Всегда! — шипела она, пятясь к обрыву, — и ты не сможешь меня удержать.
— Посмотрим, — лениво усмехнулся мужчина.
Его спокойствие было обманчивым. Зверь внутри него был готов броситься вперед.
— Лучше, спрыгнуть в море, чем оставаться рядом с тобой, — она опасно покачнулась на самом краю.
Она отвлеклась всего на миг, и это стало ошибкой.В мгновение ока он оказался рядом, оттащил ее от края и толкнул на траву.
— Я ненавижу тебя. Ты — чудовище!
— Я знаю, — ухмыльнулся он, — и твоя ненависть взаимна
— Я всегда буду сбегать! Слышишь?! Всегда! — шипела она, пятясь к обрыву, — и ты не сможешь меня удержать.
— Посмотрим, — лениво усмехнулся мужчина.
Его спокойствие было обманчивым. Зверь внутри него был готов броситься вперед.
— Лучше, спрыгнуть в море, чем оставаться рядом с тобой, — она опасно покачнулась на самом краю.
Она отвлеклась всего на миг, и это стало ошибкой.В мгновение ока он оказался рядом, оттащил ее от края и толкнул на траву.
— Я ненавижу тебя. Ты — чудовище!
— Я знаю, — ухмыльнулся он, — и твоя ненависть взаимна
Элитная Академия встретила меня недружелюбно. Нас два десятка студентов из обычных семей против сотни богатых, дерзких и самоуверенных мажоров. И впереди тот, на кого я уронила поднос при первой встрече. Смотрит на меня, усмехается. Придумывает очередное наказание. Угораздило меня принять приглашение в эту Академию. Я попала в ад, откуда не сбежать…
— Откуда ты взялась, убогая? Явилась, чтобы сделать мою жизнь невыносимой? Кто нанял тебя? — рычит, нависая надо мной. Прижимает к стене, не давая вырваться.
— Много думаешь о себе, мажор! — гордо вздергиваю голову, бесстрашно глядя в темный омут его глаз. Толкаю смычком от скрипки, заставляя отодвинуться. — Лучше меня не замечать, тогда цел останешься!
Никогда врагов не имела, а тут целый мажор на мою голову свалился.
— Откуда ты взялась, убогая? Явилась, чтобы сделать мою жизнь невыносимой? Кто нанял тебя? — рычит, нависая надо мной. Прижимает к стене, не давая вырваться.
— Много думаешь о себе, мажор! — гордо вздергиваю голову, бесстрашно глядя в темный омут его глаз. Толкаю смычком от скрипки, заставляя отодвинуться. — Лучше меня не замечать, тогда цел останешься!
Никогда врагов не имела, а тут целый мажор на мою голову свалился.
Вы видели когда-нибудь глаза человека за секунду до падения со скалы?
Когда я вошла в приемную, мой бывший – теперь будущий босс – посмотрел на меня с таким выражением лица.
– А она что здесь делает? – на лице красавчика отразился благоговейный ужас, который быстро сменился нарастающей злостью. – Кто-нибудь, вызовите экзорциста, у нас нечисть в офисе!
– Ну, что вы, Константин Юрьевич, это же Елизавета Андреевна, ваш новый личный ассистент, – кто-то успокаивал его, но он даже не взглянул в ту сторону.
– Найдите мне другую помощницу! Мы серьезная организация, а не колдовская лавка! – приказал Леонов, все еще глядя на меня. Видимо, считал, что способен сжигать одним взглядом.
Тоже мне, инквизиция…
– Мы не можем, Константин Юрьевич, у вас вылет через несколько часов.
Он поднял глаза в потолок молясь боженьке всех бывших, а потом подошел и тихо, но угрожающе прорычал.
– Будь осторожна, чокнутая. У тебя большие неприятности.
О, да! Знаю.
Но и у него – тоже...
Когда я вошла в приемную, мой бывший – теперь будущий босс – посмотрел на меня с таким выражением лица.
– А она что здесь делает? – на лице красавчика отразился благоговейный ужас, который быстро сменился нарастающей злостью. – Кто-нибудь, вызовите экзорциста, у нас нечисть в офисе!
– Ну, что вы, Константин Юрьевич, это же Елизавета Андреевна, ваш новый личный ассистент, – кто-то успокаивал его, но он даже не взглянул в ту сторону.
– Найдите мне другую помощницу! Мы серьезная организация, а не колдовская лавка! – приказал Леонов, все еще глядя на меня. Видимо, считал, что способен сжигать одним взглядом.
Тоже мне, инквизиция…
– Мы не можем, Константин Юрьевич, у вас вылет через несколько часов.
Он поднял глаза в потолок молясь боженьке всех бывших, а потом подошел и тихо, но угрожающе прорычал.
– Будь осторожна, чокнутая. У тебя большие неприятности.
О, да! Знаю.
Но и у него – тоже...
Выберите полку для книги