Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
― Мне не зачем отнекиваться. Моя жизнь вне работы ― это моё личное дело…
— Не пудри мозги! Личное дело? Сливать инфу? — выплёвываю обвинение. — Ты в край оборзела, не сообщив, что шашни водишь с нашим конкурентом? Думаешь, мы в бирюльки тут играем? Голодранка, которая ещё две недели назад на мои чаевые как на манну небесную молилась, и вдруг начала разбираться в наших поставках лучше моих юристов? Я таких шпионок за версту чую. Совесть у тебя где?! Ты думаешь, мне деньги с неба валяться? Я их кровью, потом, башкой и собственными руками зарабатываю!
— Ты серьёзно считаешь, что я шпионка?
Будто реально не понимает, что я считываю её, как открытую, всю как есть. Не надейся, врушка. Я таких мразей ещё до твоего рождения перемалывал. Ты у меня попляшешь, когда я вскрою твои схемы.
***
Скромная внешность, плюс скрытая дерзость. Все нервы она мне вымотала. И главное, не отпускает, зацепила намертво. Нет-нет, я не влюбился! Вот вырву её из сердца с мясом. И заживу…
— Не пудри мозги! Личное дело? Сливать инфу? — выплёвываю обвинение. — Ты в край оборзела, не сообщив, что шашни водишь с нашим конкурентом? Думаешь, мы в бирюльки тут играем? Голодранка, которая ещё две недели назад на мои чаевые как на манну небесную молилась, и вдруг начала разбираться в наших поставках лучше моих юристов? Я таких шпионок за версту чую. Совесть у тебя где?! Ты думаешь, мне деньги с неба валяться? Я их кровью, потом, башкой и собственными руками зарабатываю!
— Ты серьёзно считаешь, что я шпионка?
Будто реально не понимает, что я считываю её, как открытую, всю как есть. Не надейся, врушка. Я таких мразей ещё до твоего рождения перемалывал. Ты у меня попляшешь, когда я вскрою твои схемы.
***
Скромная внешность, плюс скрытая дерзость. Все нервы она мне вымотала. И главное, не отпускает, зацепила намертво. Нет-нет, я не влюбился! Вот вырву её из сердца с мясом. И заживу…
«У него тридцать семь шрамов. Она приехала сказать, что он убил брата. Но правда страшнее: у неё есть сын. Их сын. Который идёт на Гленросс с армией. Финн Мактавиш не боится смерти. Он боится, что если победит — потеряет сына. А если проиграет — потеряет её. Снова.
Шотландия, снег, кинжалы и любовь, ради которой убивают и воскресают. Вы не сможете оторваться».
Если вы готовы плакать на двадцатой странице, ненавидеть героя на сороковой, а на шестидесятой — понять, что вы — это он, — тогда вперёд.
Шотландия, снег, кинжалы и любовь, ради которой убивают и воскресают. Вы не сможете оторваться».
Если вы готовы плакать на двадцатой странице, ненавидеть героя на сороковой, а на шестидесятой — понять, что вы — это он, — тогда вперёд.
Я хотела взять на него компромат. А он взял меня — в плен, на колени, в свою постель. Он — кавказский мафиози с чёрным «Геликом» и взглядом хищника. Сломал мою гордость, наказал за дерзость, заставил хотеть большего. А когда я узнала, что беременна, поняла: от него не сбежать. Дикий, жестокий, мой.
Похищена. Сломлена. Беременна. И всё равно его. Дикий кавказец не отпустит.
Похищена. Сломлена. Беременна. И всё равно его. Дикий кавказец не отпустит.
Я застала мужа с любовницей в нашей спальне и ушла, не взяв с собой ничего, кроме боли и чемодана. А уже на следующее утро поняла, что ночь, о которой я хотела забыть, только начинается — незнакомец, с которым я сорвалась после развода, оказался моим новым боссом.
Артём Волков опасен, богат, холоден и слишком привык побеждать. Я для него должна была стать временной ошибкой. Но две полоски на тесте, скандал с бывшим мужем и грязные слухи в сети превращают нас в пару, которой мы не собирались быть.
Фиктивная помолвка должна была защитить меня и ребёнка. Только чем ближе мы становимся, тем страшнее признать правду: я больше не боюсь потерять прошлое. Я боюсь поверить мужчине, который впервые не отступил.
Артём Волков опасен, богат, холоден и слишком привык побеждать. Я для него должна была стать временной ошибкой. Но две полоски на тесте, скандал с бывшим мужем и грязные слухи в сети превращают нас в пару, которой мы не собирались быть.
Фиктивная помолвка должна была защитить меня и ребёнка. Только чем ближе мы становимся, тем страшнее признать правду: я больше не боюсь потерять прошлое. Я боюсь поверить мужчине, который впервые не отступил.
— Суррогатная мать – идеальный вариант. Она выносит ребёнка, а ты останешься… Красивой, безупречной. Это будет наш ребёнок, от нас, но без лишних хлопот для тебя, - ледяные глаза мужа смотрели на меня.
— Это что шутка? — усмехнулась я комичности ситуации. — Это же бред. Ведь так?
— Нет, это не шутка. Это мое решение. Мы подберем суррогатную мать, а ты на вечера и встречи будешь надевать накладной живот.
— А если я сама забеременею? — нервно сглотнула я.
— Нет. Будешь пить противозачаточные, — продолжил муж. — У тебя останется идеальная фигура, и не порченные беременностью нервы. Суррогатная мать будет жить у нас. Не спорь со мной, Алина.
— Еще скажи, зачатие тоже естественным путем планируешь.
Глаза Глеба потемнели.
— Надо будет, будет и так.
Муж запретил мне беременеть, чтобы не портить "идеальную фигуру". Он нанял суррогатную мать и поселил ее у нас дома. Вот только я забеременела, а мой муж не хочет, чтоб я сохраняла ребенка.
— Это что шутка? — усмехнулась я комичности ситуации. — Это же бред. Ведь так?
— Нет, это не шутка. Это мое решение. Мы подберем суррогатную мать, а ты на вечера и встречи будешь надевать накладной живот.
— А если я сама забеременею? — нервно сглотнула я.
— Нет. Будешь пить противозачаточные, — продолжил муж. — У тебя останется идеальная фигура, и не порченные беременностью нервы. Суррогатная мать будет жить у нас. Не спорь со мной, Алина.
— Еще скажи, зачатие тоже естественным путем планируешь.
Глаза Глеба потемнели.
— Надо будет, будет и так.
Муж запретил мне беременеть, чтобы не портить "идеальную фигуру". Он нанял суррогатную мать и поселил ее у нас дома. Вот только я забеременела, а мой муж не хочет, чтоб я сохраняла ребенка.
— Вы приманиваете чужих детей сахаром? — его голос звучит холодно и брезгливо. Я стою посреди собственной кухни с мукой на щеке, а под моим столом прячется шестилетняя девочка, намертво вцепившаяся в недоеденный эклер. — Идеальный способ испортить ребенку здоровье
Я — Аня, владелица маленькой домашней кондитерской. Обожаю свою работу, уют и свои пышные формы.
Он — Максим, мой новый сосед сверху. Ледяной сухарь и отец-одиночка, у которого вся жизнь расписана по таблицам калорийности.
Мы бы точно поубивали друг друга, если бы в первый же день он не залил мою квартиру, уничтожив огромный заказ. Теперь он должен мне ремонт, а его дочь, доводящая до слез всех нянь, решила, что жить не может без моих сырников и сказок на ночь.
Максим уверен, что сможет контролировать все, включая собственное сердце. Но мы-то знаем: мужчина, отказавшийся от сладкого, однажды обязательно сорвется. И сдастся первым!
Я — Аня, владелица маленькой домашней кондитерской. Обожаю свою работу, уют и свои пышные формы.
Он — Максим, мой новый сосед сверху. Ледяной сухарь и отец-одиночка, у которого вся жизнь расписана по таблицам калорийности.
Мы бы точно поубивали друг друга, если бы в первый же день он не залил мою квартиру, уничтожив огромный заказ. Теперь он должен мне ремонт, а его дочь, доводящая до слез всех нянь, решила, что жить не может без моих сырников и сказок на ночь.
Максим уверен, что сможет контролировать все, включая собственное сердце. Но мы-то знаем: мужчина, отказавшийся от сладкого, однажды обязательно сорвется. И сдастся первым!
Я вышла замуж по любви. Но муж сразу улетел в командировку, оставив меня в доме свёкра — кавказца Мансура. Властного, молчаливого, опасного.
Мансур смотрит на меня так, что кожа покалывает. А по ночам в мою спальню кто-то заходит.
Его тень — Назим, друг и правая рука — наблюдает за каждым моим шагом. Я должна принадлежать им обоим. Это не обсуждается.
Я не боюсь. Мне страшно от того, что мне это нравится.
Но муж вернётся через две недели.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
Мансур смотрит на меня так, что кожа покалывает. А по ночам в мою спальню кто-то заходит.
Его тень — Назим, друг и правая рука — наблюдает за каждым моим шагом. Я должна принадлежать им обоим. Это не обсуждается.
Я не боюсь. Мне страшно от того, что мне это нравится.
Но муж вернётся через две недели.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
«— Ты ведь предлагал мне деньги вчера, босс? Бросил их мне в лицо. Сказал убрать проблему. А теперь слушай меня, Кравцов. Я не продам эту землю ни тебе, ни Зотову. Никогда» .
Я была его «способной ученицей».
Я научилась у него главному — не знать пощады к тем, кто встает на пути.
Он вышвырнул меня беременную, уверенный, что я поползу к нему просить о помощи.
Он ошибся.
Теперь на коленях будет стоять он. И в графе «отец» у его сына навсегда останется прочерк.
В тексте:
#властный_герой (настоящий мерзавец!)
#беременность и тайный ребенок
#сильная_героиня и месть
#от_ненависти_до_любви (без прощения для героя)
Внимание! В книге присутствуют сцены морального и физического давления, очень жестокий герой.
ХЭ (Хэппи Энд) ТОЛЬКО для героини! Прощения для предателя не будет. Герой получит по заслугам.
Я была его «способной ученицей».
Я научилась у него главному — не знать пощады к тем, кто встает на пути.
Он вышвырнул меня беременную, уверенный, что я поползу к нему просить о помощи.
Он ошибся.
Теперь на коленях будет стоять он. И в графе «отец» у его сына навсегда останется прочерк.
В тексте:
#властный_герой (настоящий мерзавец!)
#беременность и тайный ребенок
#сильная_героиня и месть
#от_ненависти_до_любви (без прощения для героя)
Внимание! В книге присутствуют сцены морального и физического давления, очень жестокий герой.
ХЭ (Хэппи Энд) ТОЛЬКО для героини! Прощения для предателя не будет. Герой получит по заслугам.
Она неунывающая оптимистка с острым языком и пышными формами, которая верит, что смех лечит любые беды. Он властный босс, привыкший всё контролировать и не признающий слабости. Их встреча как столкновение двух стихий. Но что, если именно эта искра способна растопить лёд и превратить противостояние в страсть?
***
Я опаздываю на собеседование к самому Игнату Демидову. И, как всегда у меня все идет наперекосяк. Автобус застрял в пробке на полчаса, потом я бежала две остановки, задыхаясь и пытаясь одновременно пригладить волосы и поправить пиджак.
И вот я, наконец-то, врываюсь в холл бизнес-центра с колотящимся сердцем и коликами в боку. Финишная прямая уже близко, но я спотыкаюсь о край коврового покрытия и лечу, растопырив руки.
***
Я опаздываю на собеседование к самому Игнату Демидову. И, как всегда у меня все идет наперекосяк. Автобус застрял в пробке на полчаса, потом я бежала две остановки, задыхаясь и пытаясь одновременно пригладить волосы и поправить пиджак.
И вот я, наконец-то, врываюсь в холл бизнес-центра с колотящимся сердцем и коликами в боку. Финишная прямая уже близко, но я спотыкаюсь о край коврового покрытия и лечу, растопырив руки.
Он думает, что я ничего не знаю.
Каждое утро я варю ему кофе. Каждый вечер спрашиваю: «Как прошёл день?» Он целует меня в щёку и уходит к любовнице.
А я улыбаюсь. Потому что у меня есть блокнот.
Я не плачу. Я планирую.
Он думал, что я — домохозяйка, которая ничего не помнит. Что я без него никто.
А я помню всё. Его долги, его схемы, его слабые места.
Он не знает, что я уже начала собирать досье. Что его бизнес, его любовница, его будущее — уже в моём списке.
Он узнает всё. Когда будет поздно.
Каждое утро я варю ему кофе. Каждый вечер спрашиваю: «Как прошёл день?» Он целует меня в щёку и уходит к любовнице.
А я улыбаюсь. Потому что у меня есть блокнот.
Я не плачу. Я планирую.
Он думал, что я — домохозяйка, которая ничего не помнит. Что я без него никто.
А я помню всё. Его долги, его схемы, его слабые места.
Он не знает, что я уже начала собирать досье. Что его бизнес, его любовница, его будущее — уже в моём списке.
Он узнает всё. Когда будет поздно.
Выберите полку для книги