Книги по тегу «попаданка в другой мир»: ""
Он усадил меня за свой стол. Дал свободу во всем замке и одну запретную дверь. А еще правило, от которого я задыхаюсь который вечер подряд:
«Я не прикоснусь первым, охотница. Ты попросишь сама».
Не дождется. Я скорее умру.
...Кто же знал, что будет метель. Охотничий домик. Одна кровать на двоих. И его хриплый шепот у самого виска: «Скажи это вслух, мне нужно».
ОН: владыка Тенегорья. Зверь, которым пугают детей. Двести лет одиночества и тьма, запертая под кожей.
ОНА: его десятина. Единственная, кто вошел в тронный зал не со слезами, а с оружием.
ОНИ: истинная пара. Просто она об этом еще не знает. А он понял это с первой секунды и теперь сходит с ума.
✅ Однотомник. Финал счастливый и окончательный, без обрывов и без всяких «ждите проду». 4 полных сцены страсти 🌶🌶🌶: очень горячо и очень красиво, без пошлости. 18+
«Я не прикоснусь первым, охотница. Ты попросишь сама».
Не дождется. Я скорее умру.
...Кто же знал, что будет метель. Охотничий домик. Одна кровать на двоих. И его хриплый шепот у самого виска: «Скажи это вслух, мне нужно».
ОН: владыка Тенегорья. Зверь, которым пугают детей. Двести лет одиночества и тьма, запертая под кожей.
ОНА: его десятина. Единственная, кто вошел в тронный зал не со слезами, а с оружием.
ОНИ: истинная пара. Просто она об этом еще не знает. А он понял это с первой секунды и теперь сходит с ума.
✅ Однотомник. Финал счастливый и окончательный, без обрывов и без всяких «ждите проду». 4 полных сцены страсти 🌶🌶🌶: очень горячо и очень красиво, без пошлости. 18+
Отпуск не задался с самого начала: вместо моря я очутилась у алтаря в чужом теле! Зато новоиспечённый муж решил сослать ненужную жену в дальнее поместье, что меня порадовало: можно спокойно освоиться в новом мире и поискать способ вернуться домой.
Но по дороге мне подкинули ребёнка, и теперь придётся чинить прохудившуюся крышу, восстанавливать запущенное хозяйство, заботиться о малыше, а заодно выяснять, что нужно от него незваным гостям. Да и муж всё чаще приезжает нас навестить. И как тут продолжать искать дорогу домой, если оставлять этих двоих уже совсем не хочется?
Но по дороге мне подкинули ребёнка, и теперь придётся чинить прохудившуюся крышу, восстанавливать запущенное хозяйство, заботиться о малыше, а заодно выяснять, что нужно от него незваным гостям. Да и муж всё чаще приезжает нас навестить. И как тут продолжать искать дорогу домой, если оставлять этих двоих уже совсем не хочется?
Уснула в шелковой пижаме, а проснулась в вонючей избе на соломенном матрасе. Бонус: четверо голодных, немытых детей и муж-торговец, который появляется дома раз в полгода, чтобы сделать нового ребенка и снова уехать. Я всегда ненавидела бытовуху и яжематерей. Но теперь мне придется стать главной из них, чтобы выжить. А когда вернется благоверный, его ждет большой сюрприз.
— Я просто хочу, чтобы эта ночь закончилась как можно быстрее, а утром я вернулась домой.
Я прикрыла глаза всего на секунду, глубоко вдохнула и позволила себе перестать думать о том, что сейчас будет. Сорган шагнул ко мне вплотную и взял за подбородок двумя пальцами, поднимая лицо. Жар от его ладони шёл такой, что кожа под пальцами начинала гореть.
— Ладно, хватит болтать, — сказал он ровно. — Начинаем.
Когда я потянулась дрожащей рукой к платью, он перехватил мои запястья одной ладонью, сжал чуть сильнее, чем нужно, и поднял мои руки вверх.
___________
Как психолог я привыкла разбираться в чужих страхах. Но однажды сама проснулась в ужасе, потому что обнаружила себя в чужом теле, связанную на ритуальном камне, а толпа вокруг ждала появления дракона.
Только вот я выжила. И теперь дракон, которому меня отдали на смерть, пытается найти способ вернуть меня в мой мир.
А я всё чаще ловлю себя на мысли, что уже не так сильно хочу туда возвращаться…
Я прикрыла глаза всего на секунду, глубоко вдохнула и позволила себе перестать думать о том, что сейчас будет. Сорган шагнул ко мне вплотную и взял за подбородок двумя пальцами, поднимая лицо. Жар от его ладони шёл такой, что кожа под пальцами начинала гореть.
— Ладно, хватит болтать, — сказал он ровно. — Начинаем.
Когда я потянулась дрожащей рукой к платью, он перехватил мои запястья одной ладонью, сжал чуть сильнее, чем нужно, и поднял мои руки вверх.
___________
Как психолог я привыкла разбираться в чужих страхах. Но однажды сама проснулась в ужасе, потому что обнаружила себя в чужом теле, связанную на ритуальном камне, а толпа вокруг ждала появления дракона.
Только вот я выжила. И теперь дракон, которому меня отдали на смерть, пытается найти способ вернуть меня в мой мир.
А я всё чаще ловлю себя на мысли, что уже не так сильно хочу туда возвращаться…
Очнуться в чужом теле в карете, которая везёт меня к мужу, которого я никогда не видела, — уже неприятность. Узнать, что он ждал совсем другую невесту, — настоящая катастрофа. Красавица-сестра отказалась от брака, едва могущественный дракон оказался в кресле, и заботливый папенька отправил вместо неё младшую дочь: пышную, тихую и почти лишённую магии. То есть меня.
Вот только дракон вовсе не беспомощен. Он богат, влиятелен, невыносимо упрям и прекрасно понимает, что его обманули. Он уверен, что я участвовала в подмене, а я не собираюсь оправдываться за чужую ложь и возвращаться в семью, где мной расплатились, словно ненужной вещью. Особенно теперь, когда магический договор связал нас так, что просто разойтись уже не получится.
Вот только дракон вовсе не беспомощен. Он богат, влиятелен, невыносимо упрям и прекрасно понимает, что его обманули. Он уверен, что я участвовала в подмене, а я не собираюсь оправдываться за чужую ложь и возвращаться в семью, где мной расплатились, словно ненужной вещью. Особенно теперь, когда магический договор связал нас так, что просто разойтись уже не получится.
Анастасия умерла в своём мире. Но во тьме между жизнью и смертью незнакомый голос предложил ей сделку: «Хочешь жить? Тогда найди меня. И освободи».
Она согласилась — и очнулась в чужом мире, где людей продают, Старых богов объявили чудовищами, а веру превратили в оковы.
Её путь приводит в бродячий цирк и к Морру — пленённому Богу Смерти, вынужденному развлекать толпу бирюзовым огнём.
Он ждал свободы. Но не женщины с золотой душой, способной открыть любую клетку.
Анастасия должна освободить Смерть.
Вот только никто не предупредил её, что однажды Бог Смерти захочет оставить её себе.
Она согласилась — и очнулась в чужом мире, где людей продают, Старых богов объявили чудовищами, а веру превратили в оковы.
Её путь приводит в бродячий цирк и к Морру — пленённому Богу Смерти, вынужденному развлекать толпу бирюзовым огнём.
Он ждал свободы. Но не женщины с золотой душой, способной открыть любую клетку.
Анастасия должна освободить Смерть.
Вот только никто не предупредил её, что однажды Бог Смерти захочет оставить её себе.
Казалось, жизнь в этом мире начала налаживаться, и я даже замахнулась на открытие собственной мануфактуры. Но вернувшись с праздника обнаружила во дворе жуткий подарок, а местный баламут дед Архип обвинил меня в колдовстве.
Думаете, я сдамся из-за кучки суеверных крестьян? Как бы не так! Я спасу свое дело, даже если для этого придется защищать всю деревню от нагрянувших разбойников и занять место погибшего старосты. Справлюсь ли? Обязательно, ведь спину мне прикрывает мой мрачный охотник. Правда, его острый ум, властные замашки и пугающее спокойствие в бою вызывают всё больше вопросов. Простые деревенские парни себя так не ведут. Кто же ты такой на самом деле, и какую тайну скрываешь?
Думаете, я сдамся из-за кучки суеверных крестьян? Как бы не так! Я спасу свое дело, даже если для этого придется защищать всю деревню от нагрянувших разбойников и занять место погибшего старосты. Справлюсь ли? Обязательно, ведь спину мне прикрывает мой мрачный охотник. Правда, его острый ум, властные замашки и пугающее спокойствие в бою вызывают всё больше вопросов. Простые деревенские парни себя так не ведут. Кто же ты такой на самом деле, и какую тайну скрываешь?
Он мне не верил.
Я видела это в его глазах — он ждал удара, подвоха, жестокости. Ночами он не спал. Пялился в темноту, сжимая кулаки, будто готовился к атаке. Он не верил, что кто-то может не причинять боль.
А потом на дом напали его враги. Он бросился защищать меня, не раздумывая. Получил рану. А когда я перевязала его, схватил меня за запястье, и я впервые увидела в его красных глазах не ненависть, а страх.
— Вы не должны были рисковать, — прошептал он. — Вы — хозяйка.
— Я не хозяйка. Я просто не хотела, чтобы ты умер.
Он прижал меня к стене, и я почувствовала, как дрожат его руки. Не от слабости. От того, что он больше не мог держать дистанцию.
Когда на невольничьем рынке палач занёс меч над головой дроу с глазами, полными ненависти, я бросила всё золото на стол — и стала хозяйкой того, кого хотела освободить. Клятва Жизни связала нас намертво. Но чем дольше он смотрит на меня, тем яснее я понимаю: я не хочу, чтобы он уходил. И кажется, он тоже уже сделал свой выбор.
Я видела это в его глазах — он ждал удара, подвоха, жестокости. Ночами он не спал. Пялился в темноту, сжимая кулаки, будто готовился к атаке. Он не верил, что кто-то может не причинять боль.
А потом на дом напали его враги. Он бросился защищать меня, не раздумывая. Получил рану. А когда я перевязала его, схватил меня за запястье, и я впервые увидела в его красных глазах не ненависть, а страх.
— Вы не должны были рисковать, — прошептал он. — Вы — хозяйка.
— Я не хозяйка. Я просто не хотела, чтобы ты умер.
Он прижал меня к стене, и я почувствовала, как дрожат его руки. Не от слабости. От того, что он больше не мог держать дистанцию.
Когда на невольничьем рынке палач занёс меч над головой дроу с глазами, полными ненависти, я бросила всё золото на стол — и стала хозяйкой того, кого хотела освободить. Клятва Жизни связала нас намертво. Но чем дольше он смотрит на меня, тем яснее я понимаю: я не хочу, чтобы он уходил. И кажется, он тоже уже сделал свой выбор.
Анна повздорила с продавщицей шлангов, за что и была наказана. Точнее, отправлена в логово одичавшего нага-изгнанника.
Еще утром я знала, как управлять стройкой в своем мире. А потом открыла глаза в теле Савеи Норр — хозяйки почти разоренной строительной артели, которую городская комиссия собирается закрыть.
У меня пустая касса, разозленные рабочие, пять дней до потери лицензии и очень плохая привычка замечать трещины там, где остальные предпочитают их не видеть.
Одна такая трещина приводит меня к родовому замку дракона Тарвена Роэда.
И я сообщаю хозяину новость, которую он точно не хотел услышать:
— Ваш замок под снос.
Вот только очень скоро выясняется, что снести его — самый быстрый способ погубить целый городской квартал.
Кто-то десятилетиями скрывал старую строительную ошибку, переписывал схемы и переносил опасную нагрузку все дальше от замка. Теперь мне придется поднять с колен собственную артель, разобраться в чужой системе рун и доказать, что женщина с испорченной репутацией понимает в разваливающихся зданиях больше тех, кто годами подписывал разрешения.
У меня пустая касса, разозленные рабочие, пять дней до потери лицензии и очень плохая привычка замечать трещины там, где остальные предпочитают их не видеть.
Одна такая трещина приводит меня к родовому замку дракона Тарвена Роэда.
И я сообщаю хозяину новость, которую он точно не хотел услышать:
— Ваш замок под снос.
Вот только очень скоро выясняется, что снести его — самый быстрый способ погубить целый городской квартал.
Кто-то десятилетиями скрывал старую строительную ошибку, переписывал схемы и переносил опасную нагрузку все дальше от замка. Теперь мне придется поднять с колен собственную артель, разобраться в чужой системе рун и доказать, что женщина с испорченной репутацией понимает в разваливающихся зданиях больше тех, кто годами подписывал разрешения.
Выберите полку для книги