Книги по тегу «предательство»: ""

— Надо было сказать тебе раньше. Когда Аня забеременела.
Его голос режет чётко, как скальпель. А в моих ушах — вакуумная тишина, будто меня бросили в ледяной омут.
— У меня есть любимая женщина. И сын.
Каждое слово — удар обухом. «Любимая» — особенно.
— Но он... ровесник нашей внучки! — мой шёпот больше похож на предсмертный хрип.
Он пожимает плечами:
— Ты же не смогла дать мне наследника.
— Домой не приезжай, — голос звучит странно ровно, будто это говорю не я, а моя тень.
— Не указывай мне, Марусь. — Его губы растягиваются в подобии улыбки.
Где-то в глубине меня клокочет чёрная магма, готовая взорваться и сжечь всё дотла.
— Но я не впущу тебя!
Он усмехается.
— Значит, потом впустишь. Что ещё тебе остаётся?
— Что ещё остаётся? — повторяю я, но уже самой себе.

Студентка Катя случайно встречает мажора Руслана — и жизнь резко сворачивает в сторону сказки: дорогие подарки, пентхаус, обещания, вечеринки и мечты о свадьбе. Свекровь изначально не скрывает, что не хочет в семье человека из бедной семьи, как Катя, но Катя уверена: любовь сильнее денег и статуса.
А потом наступает момент, когда деньги, платья и приглашения… оказываются важнее, чем лучшая подруга.
Будет ли Катя продолжать верить в счастливый финал или поймёт, что золотая клетка — это не дворец, а красивая ловушка? Выстоит ли их любовь, когда и свекровь, и сама жизнь начнут проверять её на прочность?

— Но это… не она.
Ульяна замерла.
— В смысле — не она? — её брови дрогнули. — Ты о ком?
Я медленно подняла взгляд.
— Сегодня утром я ездила на склад. Договариваться с поставщиками, — слова шли ровно, будто я читала чужой текст. — И я видела Игната. Его машину. Он вышел не один.
— Кира… — Ульяна побледнела. — С кем?
— Длинноногая блондинка, — сказала я. И сама услышала, как это звучит: как клише из дешёвого сериала. — Он её целовал. Обнимал. И они ушли вместе.
Ульяна смотрела на меня так, будто сейчас рухнет всё, что мы считали нормальным и понятным.
Она медленно опустила телефон на стол.
— Ты хочешь сказать… — выдохнула она.
Ульяна смотрела на меня так, будто ждала, что я скажу «нет, ошиблась, показалось». Что сейчас всё рассыплется и окажется недоразумением.
Я не сказала.
— Что их… две? — договорила она едва слышно.

В день моего пятидесятилетия муж подарил мне развод — и молодую женщину, которую уже посадил в моё кресло.

Леонид уверен: после двадцати восьми лет брака мне хватит загородного дома, машины и роли почётной бывшей жены. А сеть исторических гостиниц «Эпоха», которую мы создавали с нуля, останется ему.

Он не учёл одного.

Среди коробок с моими вещами я нахожу старое соглашение. Название, концепция и правила, превратившие разрозненные здания в прибыльную империю, всё ещё принадлежат мне. Через шестьдесят дней право мужа пользоваться ими закончится — если я не поставлю подпись.

Теперь Леонид готов отнять у меня деньги, дом и даже доверие дочери. Мне предстоит доказать партнёрам, сотрудникам и самой себе, что за блестящим фасадом «Эпохи» все эти годы стояла не жена великого бизнесмена, а женщина, способная построить собственную жизнь.

И рядом неожиданно оказывается мужчина, который помнит, кто на самом деле создавал эту империю.

— Ты забираешь у меня «Ниссан»?
— Конечно! Ты вообще водить не умеешь, бампер поцарапала! Вот тебе ключи от «Калины», учись водить!
— За что ты так со мной? — тихо выдохнула я.
— Ты изменилась. Стала затхлой какой-то. Вечно хмурая. Всё тебе не так. Постоянно не хватает тебе чего-то. Как картонка. Как жвачка, знаешь, выдохшаяся. Жуешь, а вкуса нет, — высокомерно, прямо и зло отчеканил Волков, а мне будто огненные пули вонзились в грудь.

А через два дня я увидела за рулем своего «Ниссана» другую женщину...

Мой брак давно превратился в соседство. Я была партнёром мужа по бизнесу, любимой им женщиной, а сейчас… просто мебель. Помойка для слива негатива.
Муж нашёл «вдохновение» на стороне, а меня оставил без денег. Сколько ещё я буду это терпеть? И стоит ли принять помощь от того, от кого совсем не ожидала?

- ЭМОЦИОНАЛЬНО И ЖИЗНЕННО
- МУЖ-КОБЕЛЬ ПОЛУЧИТ СВОЮ КАРМУ
- ЛИЧНОСТНЫЙ РОСТ ГЕРОИНИ. ЕЁ ТЮКАЛИ ВСЕ КОМУ НЕ ЛЕНЬ. НО ОНА ВОСПРЯНЕТ. И ЗАДАСТ
- НОВАЯ ЛЮБОВЬ

– Только не драматизируй, – устало морщится муж, когда я ловлю его на измене. – Я делал это ради… нас!
– Ради нас?
Я ожидала каких угодно оправданий, но только не таких.
– Именно. Я много работаю и стараюсь чтобы у тебя было все – не тебе жаловаться. И это нормально, что мне иногда нужна разрядка…

Я была удобной женой: любила, растила нашего сына и обеспечивала уют, а муж решил, что может изменять, когда вздумается. Что ж дорогой свой выбор ты сделал, а сделаю свой – заставлю тебя заплатить за предательство сполна!

— Ты не понимаешь, — сказал я, и голос стал глухим, чужим даже для меня самого. Слышал, как он ломается, но заставил себя говорить дальше. — Сидеть здесь, в этой квартире, ходить на работу, возвращаться, ужинать, спать, просыпаться. День за днём. Месяц за месяцем. Катя, я задыхаюсь. Каждое утро открываю глаза и чувствую, как жизнь утекает сквозь пальцы. Я не хочу так. Мне нужен воздух. Мне нужен ветер в лицо. Мне нужен этот бешеный пульс, когда пуля свистит над ухом, когда ты понимаешь, что жив, Чёрт возьми, жив! — шагнул к ней. — Это как наркотик, Кать. Я без этого не могу. Здесь, с тобой, превращаюсь в тень.
— А я? — спросила она, и в голосе прорезалась сталь. — Я, по-твоему, мёртвая? Я сижу здесь, в этой квартире, и жду тебя с работы. Я готовлю тебе ужин. Я стираю твою форму. Я люблю тебя, Андрей. А ты называешь это нехваткой воздуха? Ты называешь это смертью? А для меня это была жизнь. Настоящая. Наша жизнь.
— Для тебя — да. Но я не хочу так жить. Если останусь, сгнию здесь.

— Хватит врать, Вадим, — я медленно встала из-за стола. — Я всё прочитала. Год. Вы спите уже год. И на прошлой неделе в Сочи ты был с ней.
Его лицо окаменело. Улыбка исчезла, обнажив хищный, злой оскал. Он мгновенно перешел в нападение.
— И что? — он ударил ладонью по столу. — Да, год! Что ты хотела там найти, залезая в чужие вещи?! Нашла — радуйся! Мужикам нужна разрядка, понимаешь? Я пашу как проклятый, чтобы ты жила в этой квартире, ездила на хорошей машине! Я тебя содержу от и до! Что тебе еще надо?!
— Уважения, — вычеканила я. — Чтобы человек, которому я отдала пять лет жизни, не писал любовнице, что со мной «просто выгодно» и я «бесплатная домработница».
— Ах, не нравится правда?! — Вадим презрительно рассмеялся, разводя руками. — Оскорбили ее величество! Тогда дверь вон там! Собирай манатки и вали, если такая гордая! Посмотрим, кому ты нужна будешь в тридцать лет со своими амбициями!
— Я знаю, где дверь, — мой голос прозвучал так тихо и твердо, что Вадим на секунду осекся.

Я лежу в нашей общей постели, и раздумываю о своем будущем.
Месть. Как же она сладка…
Жених поступил как скотина. Но что, если... что если я выйду за него замуж?
Не буду устраивать скандал и отменять торжество.
Повеселюсь на свадьбе, получу подарки, сделаю шикарные фотографии.
Выйду!
И не потому, что жажду праздника и кольца на пальце. Сделаю это, чтобы отомстить.
А что мне терять? Пару месяцев?
Они ничто, на фоне пяти лет, которые потратила на пустые мечты с подлецом.
Заберу у Дениса все, что полагается жене по закону: половину дома, который собираемся приобрести, половину машины, которую планируем поменять на более дорогую. Я разрушу его мир так же, как он разрушил мой. А потом пошлю на три веселых буквы и уйду, улыбаясь и зная, что выстояла.

❤️РОМАН ЗАВЕРШЁН❤️
— За нас. Двенадцать лет вместе…
Я улыбаюсь.
— Мы пережили многое, — продолжает он, глядя на меня так, будто репетировал это не раз. — И неважно, что… мы с тобой не смогли. У нас всё ещё впереди.
Слова режут по живому.
Восемь лет назад наша дочь умерла — не в один день и не внезапно. Врачи говорили правильные, пустые слова, а я слышала только одно: поздно.
— Мы оставим прошлое в прошлом, — улыбается муж. — И будем жить дальше.
И в этот момент распахиваются двери ресторана.
Янка — моя сестра, за ней несётся её сын.
— Димуля! — встаю резко. Я не видела его три года. Димка бежит быстрее… но не ко мне.
Он пролетает мимо — и бросается к моему мужу.
— Папо-о-очка! — звонко кричит он на весь зал.
Мир замирает, лица гостей вытягиваются — но я вижу только одно: как рука моего мужа, слишком привычно, ложится мальчику на голову.
Яна улыбается, подходит ближе и, глядя не на меня — на него, говорит сладко, спокойно, будто ставит точку:
— А вот и мы, любимый