Книги по тегу «предательство»: ""
— Ева прости, что не сказала тебе сразу. Просто… я не знала как это сделать.
— Да уж могла, как-то! — вспыхиваю еще сильнее.
— Евусь, ну вы же больше не вместе. И ты сама говорила, что он тебе даром не нужен.
— Говорила, — но почему все равно так больно.
— Но это еще не все, — смотрит на меня виновато. — Я жду ребенка. От Данила.
— Что?
— Вот так и станем наконец-то родственниками! — улыбается. — Наши детки будут друг другу братьями, или сестрами. Будем одной большой семьей, — произносит подруга, выбивая почву у меня из-под ног.
Юбилей любимой подруги, превращается для меня в конец света, когда я узнаю, что ее новый мужчина не кто иной, как мой бывший муж, после развода с которым я едва оправилась. И это не все потрясения. Она беременна от него.
— Да уж могла, как-то! — вспыхиваю еще сильнее.
— Евусь, ну вы же больше не вместе. И ты сама говорила, что он тебе даром не нужен.
— Говорила, — но почему все равно так больно.
— Но это еще не все, — смотрит на меня виновато. — Я жду ребенка. От Данила.
— Что?
— Вот так и станем наконец-то родственниками! — улыбается. — Наши детки будут друг другу братьями, или сестрами. Будем одной большой семьей, — произносит подруга, выбивая почву у меня из-под ног.
Юбилей любимой подруги, превращается для меня в конец света, когда я узнаю, что ее новый мужчина не кто иной, как мой бывший муж, после развода с которым я едва оправилась. И это не все потрясения. Она беременна от него.
– Жена, сейчас ты познакомишься с моей любовницей. Она настоящая красавица, в постели ураган! Ты отдаёшь меня в хорошие руки!
– Что? Ты шутишь сейчас?
– Какие шутки? Я давно собирался уйти от тебя. Но времени не было. Да и жалко тебя. Как бездомного облезлого котёнка.
По щекам текут слёзы. Я не верю в то, что всё происходящее – реальность. Но предатель говорит серьёзно и уверенно.
Живот пронзает острая боль.
Я хотела сообщить мужу о беременности, но моему малышу не нужен такой отец!
– Наш брак был ошибкой. За десять лет мы успели друг к другу приесться. Наша жизнь стала безвкусной и пресной, прям как твой борщ.
– Десять лет... – шепчу сквозь слёзы. – После всего, что было между нами, ты меня бросаешь? Говоришь, что я жалкая?
В дверях появляется девушка, в которой узнаю секретаршу моего мужа.
– Дорогой, ты сказал, что твоя бывшая уже свалила, но она до сих пор здесь. Уходи, клуша, теперь это мой дом! – верещит мерзавка.
– Что? Ты шутишь сейчас?
– Какие шутки? Я давно собирался уйти от тебя. Но времени не было. Да и жалко тебя. Как бездомного облезлого котёнка.
По щекам текут слёзы. Я не верю в то, что всё происходящее – реальность. Но предатель говорит серьёзно и уверенно.
Живот пронзает острая боль.
Я хотела сообщить мужу о беременности, но моему малышу не нужен такой отец!
– Наш брак был ошибкой. За десять лет мы успели друг к другу приесться. Наша жизнь стала безвкусной и пресной, прям как твой борщ.
– Десять лет... – шепчу сквозь слёзы. – После всего, что было между нами, ты меня бросаешь? Говоришь, что я жалкая?
В дверях появляется девушка, в которой узнаю секретаршу моего мужа.
– Дорогой, ты сказал, что твоя бывшая уже свалила, но она до сих пор здесь. Уходи, клуша, теперь это мой дом! – верещит мерзавка.
Мы сидели на пыльном полу, плечом к плечу, и я чувствовала, как сильно меня тянет к нему. Его запах кружил голову пока я перебирала украшения. На самом дне сундучка, я увидела пожелтевший тетрадный листок, вытащила его аккуратно.
Это была записка от бабушки. Для меня. И в ней была только одна фраза. «Дарья, если я умерла, прочти дневник». Я медленно сложила записку, убирая ее в карман.
– Спасибо, что показала мне это, – прошептал Макс, наклоняясь ближе. Его губы нашли мои, страстный, голодный поцелуй застал меня врасплох.
Я замерла, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Его страсть и напор пугали и возбуждали одновременно. Его руки скользили по моему телу, мы прижались друг к другу.
– Пойдем вниз, – сказал он, отстраняясь от моего рта. Его дыхание обжигало кожу, а взгляд говорил о том, что этот поцелуй будет не последним сегодня. Я смотрела на него и не могла сказать нет.
Мы спустились в жилые комнаты, и я, потупившись, повела его к своей спальне.
Это была записка от бабушки. Для меня. И в ней была только одна фраза. «Дарья, если я умерла, прочти дневник». Я медленно сложила записку, убирая ее в карман.
– Спасибо, что показала мне это, – прошептал Макс, наклоняясь ближе. Его губы нашли мои, страстный, голодный поцелуй застал меня врасплох.
Я замерла, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Его страсть и напор пугали и возбуждали одновременно. Его руки скользили по моему телу, мы прижались друг к другу.
– Пойдем вниз, – сказал он, отстраняясь от моего рта. Его дыхание обжигало кожу, а взгляд говорил о том, что этот поцелуй будет не последним сегодня. Я смотрела на него и не могла сказать нет.
Мы спустились в жилые комнаты, и я, потупившись, повела его к своей спальне.
Праздники ещё не начались, но у Кристины уже подошли к концу.
Измена мужа разрушает привычный мир, оставляя только усталость и пустоту.
Неожиданная встреча с незнакомцем становится её передышкой.
Новогодняя история о том, что жизнь может повернуть не тогда, когда ждёшь…
Измена мужа разрушает привычный мир, оставляя только усталость и пустоту.
Неожиданная встреча с незнакомцем становится её передышкой.
Новогодняя история о том, что жизнь может повернуть не тогда, когда ждёшь…
— Да, Ань, она родила от меня, — убивает словами муж. — Раз ты все знаешь, тогда я расскажу тебе, как будет дальше.
Влад выпрямляется, в упор глядя на меня.
— Я увезу ее с сыном в Сочи. Уже купил им там квартиру. Буду ездить к ним, навещать пару раз в месяц, а жить останусь с тобой и нашими детьми.
— Мы разводимся! — заявляю я. — Можешь ехать в Сочи и воспитывать с ней вашего сына.
— Мам, ну что за чушь ты несешь? — выходит из комнаты дочь. — Папа любит тебя. И ее тоже любит. Пусть будет так, как он сказал.
— Твоего мнения я не спрашивала, — сверлю ее взглядом. — Ты полтора года знала, что он мне изменяет с ней, и молчала.
— Да, молчала, и что с того? — отрезает дочь. — Я так-то общаюсь с ней. И продолжу общаться дальше. Мы теперь одна семья.
Влад выпрямляется, в упор глядя на меня.
— Я увезу ее с сыном в Сочи. Уже купил им там квартиру. Буду ездить к ним, навещать пару раз в месяц, а жить останусь с тобой и нашими детьми.
— Мы разводимся! — заявляю я. — Можешь ехать в Сочи и воспитывать с ней вашего сына.
— Мам, ну что за чушь ты несешь? — выходит из комнаты дочь. — Папа любит тебя. И ее тоже любит. Пусть будет так, как он сказал.
— Твоего мнения я не спрашивала, — сверлю ее взглядом. — Ты полтора года знала, что он мне изменяет с ней, и молчала.
— Да, молчала, и что с того? — отрезает дочь. — Я так-то общаюсь с ней. И продолжу общаться дальше. Мы теперь одна семья.
Когда муж бросил меня с младенцем и оставил записку «Я больше не могу», я вернулась в родной город — просто пережить боль и начать сначала.
Но судьба столкнула меня с мужчиной, которого я когда-то любила сильнее жизни.
С тем, кто ушёл семь лет назад.
И с тем, кто теперь готов бороться за меня и моего сына так, как не смог родной отец.
Первая любовь вернулась.
Вопрос один: хватит ли мне сил поверить снова?
Но судьба столкнула меня с мужчиной, которого я когда-то любила сильнее жизни.
С тем, кто ушёл семь лет назад.
И с тем, кто теперь готов бороться за меня и моего сына так, как не смог родной отец.
Первая любовь вернулась.
Вопрос один: хватит ли мне сил поверить снова?
“Любимый, спасибо за чудесный вечер и прекрасный браслет. Жду не дождусь нашей следующей встречи. Твоя принцесса.”
Когда я читаю это сообщение на смарт-часах мужа, мой мир переворачивается.
- Получается, ты правда мне изменяешь, - выдавливаю я из себя и слышу, как дрожит мой голос.
- Давно. - Илья проводит рукой по лицу и смотрит на меня так, будто я чертовски его утомила.
- Почему? - спрашиваю, и в глазах скапливаются слезы. - Мы же… мы же через столькое прошли. У нас двое детей. Наконец наступила стабильность, а ты…
- Видишь, Лера, - произносит он, глядя на меня со смесью отвращения и жалости, - все изменилось, а ты нет. Так и осталась скучной канцелярской крысой, которая только и знает три позы в постели при выключенном свете и под одеялом. А я еще молод, Лера, чтобы пренебрегать своими потребностями.
Меня предала вся семья. Дети поддержали мужа. Мать считает, что я сама виновата в том, что позволила ему так себя вести. Я осталась одна. С разбитым сердцем.
Когда я читаю это сообщение на смарт-часах мужа, мой мир переворачивается.
- Получается, ты правда мне изменяешь, - выдавливаю я из себя и слышу, как дрожит мой голос.
- Давно. - Илья проводит рукой по лицу и смотрит на меня так, будто я чертовски его утомила.
- Почему? - спрашиваю, и в глазах скапливаются слезы. - Мы же… мы же через столькое прошли. У нас двое детей. Наконец наступила стабильность, а ты…
- Видишь, Лера, - произносит он, глядя на меня со смесью отвращения и жалости, - все изменилось, а ты нет. Так и осталась скучной канцелярской крысой, которая только и знает три позы в постели при выключенном свете и под одеялом. А я еще молод, Лера, чтобы пренебрегать своими потребностями.
Меня предала вся семья. Дети поддержали мужа. Мать считает, что я сама виновата в том, что позволила ему так себя вести. Я осталась одна. С разбитым сердцем.
– Итак. – муж поднимает ладонь, как будто даёт благословение. – У меня есть семья. Вторая.
Вилка выпадает на стол, звенит тонко.
– Какая ещё вторая? – дочь напрягается, в голосе металл.
– Нормальная, – он смакуя смотрит на меня. – Семья, в которой меня ценят и в которой я счастлив. У меня есть молодая и худая жена. Зовут ее Ира. – Делает паузу. – И, внимание, – жёсткий смешок, – наконец‑то сын. Илья. Вот как надо.
Вилка выпадает на стол, звенит тонко.
– Какая ещё вторая? – дочь напрягается, в голосе металл.
– Нормальная, – он смакуя смотрит на меня. – Семья, в которой меня ценят и в которой я счастлив. У меня есть молодая и худая жена. Зовут ее Ира. – Делает паузу. – И, внимание, – жёсткий смешок, – наконец‑то сын. Илья. Вот как надо.
- Бон аппети, мадмуазель! – ухмыляясь добавляет он.
- Что ты туда подмешал?
- Зачем мне туда что-то подмешивать? Ты ведь уже и так под замком! Впрочем, не хочешь, не ешь, дело твоё! – Герман выходит и закрывает за собой дверь.
- А чем ты предлагаешь мне есть, неужели руками? – спрашиваю я.
Он оборачивается:
- Там жидко, можешь пить через край. Или ты думала, что я дам тебе ложку, вилку и нож?
- Что ты туда подмешал?
- Зачем мне туда что-то подмешивать? Ты ведь уже и так под замком! Впрочем, не хочешь, не ешь, дело твоё! – Герман выходит и закрывает за собой дверь.
- А чем ты предлагаешь мне есть, неужели руками? – спрашиваю я.
Он оборачивается:
- Там жидко, можешь пить через край. Или ты думала, что я дам тебе ложку, вилку и нож?
ЗАВЕРШЕНО
— Если ты мне сейчас солгал, то ты сильно об этом пожалеешь.
Муж сделал шаг назад, зло махнув рукой в мою сторону.
— Ты… ты мне угрожаешь?
— Я тебя предупреждаю.
***
Месть — это блюдо, которое подают холодным. Я где-то читала эту фразу и всегда считала её банальной.
Теперь я понимала её смысл.
Я отомщу им обоим. Мужу и лучшей подруге. Не сгоряча, не в слезах и истерике. А спокойно, методично, безжалостно.
И пусть потом не плачут!
— Если ты мне сейчас солгал, то ты сильно об этом пожалеешь.
Муж сделал шаг назад, зло махнув рукой в мою сторону.
— Ты… ты мне угрожаешь?
— Я тебя предупреждаю.
***
Месть — это блюдо, которое подают холодным. Я где-то читала эту фразу и всегда считала её банальной.
Теперь я понимала её смысл.
Я отомщу им обоим. Мужу и лучшей подруге. Не сгоряча, не в слезах и истерике. А спокойно, методично, безжалостно.
И пусть потом не плачут!
Выберите полку для книги