Книги по тегу «преодоление трудностей»: ""

— Я, Вальрих, перед лицом неба и вечности беру тебя, Элеонора, в жёны. Моя жизнь — твоя жизнь, моё дыхание — твоё дыхание. В небе и на земле. До последнего вздоха. Да подтвердят это свидетели!
Слова упали тяжело, как и должны были. Прошло несколько бесконечно долгих мгновений, в которых ничего не происходило. А потом… Я почувствовал, как под моей рукой изменилось её дыхание. На щеках появился слабый, почти призрачный румянец. И только тогда напряжение вокруг начало уходить.
Все, кто тут присутствовали, одновременно опустились на одно колено, признавая свершившееся и приветствуя новую королеву, и лишь Игнисса позволила себе заговорить:
— Она не простит вас, Ваше Величество.
Я был с ней согласен.

– Добрый день, я ваш риелтор,. Меня зовут – Злата. А вы жених и невеста, да? Как мило... Знаете, что интересно? Ваш жених по совместительству и мой тоже.
Смотрю, как вытянулось лицо моего уже бывшего жениха, и получаю удовольствие только от этого.
- Степа? О чем она говорит?!
- Я… я…. Эм, Ариш, - он берет себя в руки, отводит от меня взгляд, и тут же начинает лебезить перед своей богатой невестой номер два – что ты слушаешь всяких сумасшедших? Как я могу тебе изменять?Ты же мое сокровище, у нас свадьба на носу. Это же, чистой воды подстава. Ты посмотри на нее, разве могу я променять такую красотку, на это чучело?!
- Ах, ты гад! Это я то–чучело?!–перехожу на крик, а он испуганно отступает на шаг назад.

Согласившись подменить коллегу, я даже представить не могла,что буду показывать дом дочери богатого в городе депутата и моему жениху,который буквально час назад клялся мне в любви. Не прощу, и не забуду!–пообещала ему я. Но, даже представить не могла, как изменится жизнь после эт

— Это моя квартира.
Он пожал плечами.
— Уже нет.
Дверь за его спиной открылась. Она прошла внутрь, огляделась и кивнула на мои вещи:
— Собирать сама будешь или помочь?
Я стояла посреди своей жизни и впервые поняла, что меня не просто предали. Меня обесценили.
Пока я работала, вкладывалась, закрывала его долги и верила в нас, он переписывал всё на других людей и готовил момент, когда я останусь ни с чем.
Он был уверен, что я испугаюсь. Что уйду тихо. Он ошибся.
Я знаю, где у него спрятаны деньги. Знаю, кто за него подписывал. Знаю, на кого оформлена его новая жизнь. И теперь это будет не развод. Это будет борьба за справедливость.

— Наконец-то, — произнёс он, бросив короткий взгляд на часы. — Я думал, ты будешь возиться со своим благотворительным ужином до полуночи.
— Сегодня наша годовщина, Лев. Двадцать лет. Фарфоровая свадьба.
Он повернулся ко мне, и я увидела то, что было страшнее ненависти. Там была пустота.
— Вот именно, Регина. Двадцать лет. Я устал. Настя — живая. А ты... ты просто привычка. Скучная, пыльная, удобная привычка, от которой я смертельно устал.

Я потеряла всё: дом, семью, деньги, уважение детей. Они думали, что меня сломили. Но я помню каждую деталь, каждую линию, каждый проект, который они присвоили себе. И теперь у меня есть одно оружие — я знаю, кто я на самом деле. Осталось только использовать это.

Алина всегда знала: её жизнь не должна быть такой, как у матери и бабушки.

Бабушка терпела ради семьи. Мать жила ради работы. А Алина мечтает — жить ради себя.

Но в маленьком городе мечты часто рушатся о чужие правила. Семья уже решила всё за неё: скорый брак с «надёжным» парнем, стабильность и «правильная жизнь».

Только Алина не готова смириться. Вместе с другом детства Львом они строят свой план побега — после их свадьбы переезд в большой город, где начнётся новая, настоящая жизнь.

Но большой город встречает их неприветливо. Деньги заканчиваются быстрее, чем мечты, любовь оказывается тяжелее, чем казалось, а голоса из прошлого напоминают: от семьи не сбежишь, даже если уедешь за сотни километров.

История нескольких семей, где каждое поколение пытается вырваться из круга судьбы — и понять, что цена свободы всегда выше, чем кажется. Сумеют ли Лев и Алина выстроить своё счастье — или родовые узлы стянут их так же крепко, как и поколения до них?

— Ты детей у меня забрать собрался? — я сжала телефон так, что побелели пальцы.
— Я их отец, — он смотрел мимо меня. — И я решаю, где им лучше.
— С любовницей решаешь?
Дверь хлопнула. Она вошла спокойно, как будто это её дом.
— Подпишешь соглашение — всем будет проще, — сказала и даже не отвела взгляд.
Я тогда не закричала. Не устроила сцену. Просто поняла: меня уже вычеркнули. Пока я болела за семью и тянула бизнес, он изменял с другой и готовился забрать у меня всё — дом, дело, детей.
Он ошибся.
Я не буду терпеть и договариваться на его условиях. Я заберу своё и покажу им обоим, как выглядит идеальная месть бывшей.

– Я его любимая девочка, – говорит она, и голос у нее сладкий, как яд. – А ты, я полагаю, его престарелая жена?
Моя соперница – воплощение всего того, чего, как мне казалось, я лишена в свои сорок. Молодость, амбициозность, сексуальность, жажда жизни – все это я давно похоронила под грузом быта и семейных обязанностей. Григорий, мой Григорий, который когда-то клялся мне в вечной любви, теперь смотрит на эту нахалку с восхищением, которое я не видела в его глазах уже много лет...

Меня, как вышедший из строя пылесос, решили сменить на модельку поновее. Но я не собираюсь это терпеть. Я отомщу муженьку-негодяю! И не одним способом. Одного ему мало будет. У меня в запасе есть целый арсенал!

— Ты чего так смотришь? — он наклонился ко мне, будто ничего не происходит.
Я не ответила. Смотрела на стол. На торт. На свечи. На неё — напротив, в моём платье, которое было слишком короткое.
— Ну скажи уже, — она усмехнулась и подняла бокал. — Или так и будешь делать вид, что ничего не поняла?
День рождения. Гости. Смех. И я — лишняя на празднике.
Пока я готовила, собирала всех, старалась, он уже привёл любовницу на свой день рождения. Не спрятал. Не постеснялся. Посадил за стол, где должны были быть только близкие. И ждал, что я проглочу. Что улыбнусь. Что не устрою сцену.
Он кажется плохо меня знал. Я не буду молчать. Не буду делить его еще с кем-то. И точно не уйду тихо, оставив им всё, что строила вместе с ним.
Праздник закончился. Теперь начинается другое…

Ради его безумной мечты я бросила Москву, уволилась с работы и переехала с маленьким сыном в глухой рыбацкий поселок на Белом море. Я верила ему десять лет. А он просто собрал чемодан и сбежал к другой — стройной, свободной и успешной. Оставил меня, «уютную домашнюю пышку», замерзать без денег, уверенный, что я приползу к нему на коленях.

Я думала, что не переживу эту зиму. Но суровый Север не прощает слабости, а настоящие мужчины здесь доказывают всё делом, а не словами.
Герман — мрачный местный капитан, от одного взгляда которого стынет кровь. Он привык бороться со штормами, а не нянчиться с брошенными столичными женами. Но именно его широкая спина заслонила нас с сыном от отчаяния, а его жесткие, огрубевшие от работы руки подарили тепло, которого я никогда не знала в браке.
Мой бывший уверен, что моя жизнь кончена. Он просто не знает, за кого я теперь держусь.

Он подошел сзади, не касаясь, замер практически в миллиметрах от меня. Наши взгляды встретились в отражении зеркала. Я выглядела хрупкой, маленькой по сравнению с его мощным телом. С каких пор он стал таким подавляюще-властным? Михаил буквально раздевал меня взглядом. Мне хотелось отойти, но я словно приросла к полу.
– Я тебя хочу, – хрипло сказал он.
Когда-то, будучи студенткой, я мечтала услышать эти слова от своего преподавателя. Я даже слышала их, правда, не столько раз, сколько бы мне этого хотелось.
– Я замужем, – тихо сказала я.
Мы все еще смотрели друг на друга, и тут его ладони легли на мою талию и резко притянули меня к себе. Я ощутила жар его тела, и мое сердцебиение стало еще более частым. Я бы хотела оттолкнуть его, но руки словно не слушались.
– Отпусти.
– Один раз уже это сделал. Второй ошибки не совершу.