Подборка книг по тегу: "противостояние характеров"
Софи сбежала от навязанного женихом отца, стала Соней, заселилась в универскую общагу и ввязалась в азартную игру с мажором...
- Хочешь вернуть меня? Доказать, что действительно любишь? Вот мои условия: проживешь в этом городе месяц. Без своих денег, связей, положения. Как обычный типичный провинциал. Начнем сначала. Будем ходить на свидания. Узнавать друг друга. С милым рай и в шалаше, правда ведь?
Боже, видели бы вы его лицо. Паша просто окаменел, и в глазах паника. Ей-богу.
- Ты издеваешься надо мной? - спрашивает в итоге.
- Ты же сам сказал, что готов на все, - смотрю невинно. - Это мое желание. Ну так что, идет?
Протягиваю руку и жду. Он либо сразу свалит, либо через несколько дней. Потому что миллиардеры вроде Высоцкого в такой дыре не выживают.
- Месяц, Яна, - пожимает он мою руку. - И через месяц ты вернешься в Москву моей женой.
Сразу после церемонии я узнала, что мой муж женился на мне ради карьеры. Я сбежала в свой маленький городок, а он приехал за мной. Спасать свою репутацию. Не нашу семью. Что ж, раз любви нет… Да здравствует месть!
Боже, видели бы вы его лицо. Паша просто окаменел, и в глазах паника. Ей-богу.
- Ты издеваешься надо мной? - спрашивает в итоге.
- Ты же сам сказал, что готов на все, - смотрю невинно. - Это мое желание. Ну так что, идет?
Протягиваю руку и жду. Он либо сразу свалит, либо через несколько дней. Потому что миллиардеры вроде Высоцкого в такой дыре не выживают.
- Месяц, Яна, - пожимает он мою руку. - И через месяц ты вернешься в Москву моей женой.
Сразу после церемонии я узнала, что мой муж женился на мне ради карьеры. Я сбежала в свой маленький городок, а он приехал за мной. Спасать свою репутацию. Не нашу семью. Что ж, раз любви нет… Да здравствует месть!
— Мам, а тётя Наиля красивая, да?
— Какая ещё Наиля?
— Папа сказал, она теперь тоже будет жить с нами. И будет моей второй мамой.
В одну секунду рушится всё: дом, семья, привычная жизнь. Муж приводит другую женщину и называет её «второй женой». Родня заставляет молчать, охрана не пускает к детям, а за воротами слышен крик собственной дочери: «Мамочка!»
Где граница унижения, после которого женщина уже не сможет быть прежней? И что делать, если твой крест — это не просто измена, а война за детей, за право жить и дышать?
— Какая ещё Наиля?
— Папа сказал, она теперь тоже будет жить с нами. И будет моей второй мамой.
В одну секунду рушится всё: дом, семья, привычная жизнь. Муж приводит другую женщину и называет её «второй женой». Родня заставляет молчать, охрана не пускает к детям, а за воротами слышен крик собственной дочери: «Мамочка!»
Где граница унижения, после которого женщина уже не сможет быть прежней? И что делать, если твой крест — это не просто измена, а война за детей, за право жить и дышать?
– Отличный кофе, – допивает он напиток одним глотком.
А я стою, окаменевшая. Челюсть на уровне плинтуса, внутри что-то сжимается так сильно, что дышать становится трудно.
«Стойте, босс! – хочется крикнуть во всё воронье горло. – Этот кофе вы должны были выпить не из моих рук!».
Мы как белое и чёрное. Как лёд и пламя. А ещё мы друг друга терпеть не можем. Но рецепты моей прабабки действуют без промаха, а поэтому…
От ненависти до любви – один шаг?..
А я стою, окаменевшая. Челюсть на уровне плинтуса, внутри что-то сжимается так сильно, что дышать становится трудно.
«Стойте, босс! – хочется крикнуть во всё воронье горло. – Этот кофе вы должны были выпить не из моих рук!».
Мы как белое и чёрное. Как лёд и пламя. А ещё мы друг друга терпеть не можем. Но рецепты моей прабабки действуют без промаха, а поэтому…
От ненависти до любви – один шаг?..
Эмили не любит Джека, главного врача. Он зануда с тяжёлым характером. Но в глубине души он добрый и понимает, как она злится на него. Сдерживать чувства сложно, когда кто-то нравится. Между ними — борьба, страсть, разногласия и противостояние.
— Умар, кто это?
— Марьям. Теперь она тоже моя жена.
— Ты серьёзно? Двадцать лет со мной, а теперь вот так?
— Так решили. Смирись.
— Смирись? — я горько усмехнулась. — Нет, Умар. Это не я должна смириться. Это ты однажды пожалеешь, что предал меня.
Он привёл в дом девчонку двадцати лет и назвал это «правильным браком».
А я узнала, что под моим именем подписаны бумаги, которых я никогда не видела.
Сделка, долги, чужая выгода — всё построено на моем молчании.
Но я не красивая мебель, которую можно задвинуть в темный угол.
Я женщина, которой хватит сил выстоять против лжи, долгов и «совета старших».
И если муж думал, что я смирюсь, он ещё не знает, как выглядит женская месть.
— Марьям. Теперь она тоже моя жена.
— Ты серьёзно? Двадцать лет со мной, а теперь вот так?
— Так решили. Смирись.
— Смирись? — я горько усмехнулась. — Нет, Умар. Это не я должна смириться. Это ты однажды пожалеешь, что предал меня.
Он привёл в дом девчонку двадцати лет и назвал это «правильным браком».
А я узнала, что под моим именем подписаны бумаги, которых я никогда не видела.
Сделка, долги, чужая выгода — всё построено на моем молчании.
Но я не красивая мебель, которую можно задвинуть в темный угол.
Я женщина, которой хватит сил выстоять против лжи, долгов и «совета старших».
И если муж думал, что я смирюсь, он ещё не знает, как выглядит женская месть.
Демоны — самые могущественные существа в мире. Они подчинили бы себе всё, если бы захотели. Но мой папа, тоже демон, самый сильный из всех, кого я знаю. И всё потому, что он мой папа.
В канун Часа Сопряжения — загадочного новогоднего праздника далёкой планеты Эрхол — земная исследовательница Мера Странница оказывается в самом эпицентре удивительных событий. Прибыв на задание правительства, она и не подозревала, что этот Новый год станет для неё особенным.
Мера — необычная героиня. Целеустремлённая и независимая, она привыкла полагаться только на себя. Её верные спутники — два андроида-компаньона: брутальный и страстный Джордж и нежный, заботливый Энтони. Они созданы по её эскизам, воплощая её самые сокровенные желания. Но даже с ними она порой чувствует одиночество, особенно в праздники.
На Эрхоле Мера сталкивается с удивительной культурой празднования Сопряжения — момента, когда, по местным поверьям, миры соприкасаются друг с другом. Здесь она встречает загадочного Ревала — представителя местной элиты, чья личность полна противоречий.
В этой истории переплетаются научная фантастика и чувственные переживания, исследование чужих культур и поиск себя.
Мера — необычная героиня. Целеустремлённая и независимая, она привыкла полагаться только на себя. Её верные спутники — два андроида-компаньона: брутальный и страстный Джордж и нежный, заботливый Энтони. Они созданы по её эскизам, воплощая её самые сокровенные желания. Но даже с ними она порой чувствует одиночество, особенно в праздники.
На Эрхоле Мера сталкивается с удивительной культурой празднования Сопряжения — момента, когда, по местным поверьям, миры соприкасаются друг с другом. Здесь она встречает загадочного Ревала — представителя местной элиты, чья личность полна противоречий.
В этой истории переплетаются научная фантастика и чувственные переживания, исследование чужих культур и поиск себя.
- Ты помнишь, что я обещал тебе в нашу последнюю встречу, Лина? - Влад выразительно смотрит на меня, удерживая пистолет в районе моей груди. - Помню, Влад. Все помню. - отвечаю, ни капли не боясь его.- Тогда ты должна еще точно помнить, что я тебе обещал и в нашу первую и единственную ночь? - Обещал, что причинишь мне самую сильную боль и заставишь чувствовать и не только ее. И, как всегда, ты сдержал свое слово. - Сдержал тогда, сдержу и сейчас.- И что? Убьешь меня? - с вызовом и без страха спрашиваю у него.- Убью. Убью и тебя, и себя. Хотя я уже и так давно мертв, Лина. А потом мы оба заново воскресним, и никогда... Слышишь меня? Никогда уже с тобой больше ни за что не расстанемся.И снова, как и много лет назад, Влад впивается в меня жестким поцелуем. Целует, ласкает, обнимает. И я опять начинаю что - то чувствовать. Все то, что успело уже забыться и затеряться со временем. Ведь только он один единственный со всего мира, способный заставить мое сердце биться и любить.
❤️ЗАВЕРШЕННАЯ ПОВЕСТЬ! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ❤️
– Ты что, собираешься нас похитить? – дрогнувшим голосом возмущаюсь я.
– Нет. Её усыновить, а тебя взять в жёны, – холодно парирует он, пристёгивая мою пятилетнюю сестру в автокресле своего автомобиля. – Выбор за тобой.
Он ворвался в мою жизнь как стихия: грубый, властный, невыносимый. Я невзлюбила его с первой минуты. Но когда моя жизнь оказалась на грани, спасателем стал именно он. Что это – искупление вины, каприз богача или нечто большее, к чему никто из нас не был готов?
– Ты что, собираешься нас похитить? – дрогнувшим голосом возмущаюсь я.
– Нет. Её усыновить, а тебя взять в жёны, – холодно парирует он, пристёгивая мою пятилетнюю сестру в автокресле своего автомобиля. – Выбор за тобой.
Он ворвался в мою жизнь как стихия: грубый, властный, невыносимый. Я невзлюбила его с первой минуты. Но когда моя жизнь оказалась на грани, спасателем стал именно он. Что это – искупление вины, каприз богача или нечто большее, к чему никто из нас не был готов?
Выберите полку для книги