Книги по тегу «пышка»: ""
- Здрасьте… - огромными глазами взираю на здоровущего мужика с яйцами в руках.
С обычными. Куриными в смысле. Но до странного большими. Тут даже не С0…
А он смотрит так, будто бы я ему всю жизнь испортила, хотя я его вообще первый раз вижу! И к слову, вижу довольно хорошо… Благодаря тому, что из одежды на нём только одно полотенце, обёрнутое вокруг бёдер...
- Меня услуги не интересуют, - его голос гремит, а в глазах читается презрение, когда проходится тяжёлым взглядом по моему вечернему платью и накинутой поверх шубке…
Я тут же вспыхиваю, осознавая, за кого он меня принял.
- Вообще-то я не к вам! – рявкаю, приподняв подбородок. – Где Янка?
Эксгибиционист хмурится.
- Так, пышка, тут никаких Янок нет, так что давай, на выход, - поджимает губы раздражённо.
- А можно я проверю? – выдаю от холода и шока. Потому что кажется то, что у него под полотенцем, приходит в движение…
- Ну нет конечно! А ты как думала, алкоголичка?
- Ктооо?! – оскорбляюсь я. – Сам вы…- только тут до меня и
С обычными. Куриными в смысле. Но до странного большими. Тут даже не С0…
А он смотрит так, будто бы я ему всю жизнь испортила, хотя я его вообще первый раз вижу! И к слову, вижу довольно хорошо… Благодаря тому, что из одежды на нём только одно полотенце, обёрнутое вокруг бёдер...
- Меня услуги не интересуют, - его голос гремит, а в глазах читается презрение, когда проходится тяжёлым взглядом по моему вечернему платью и накинутой поверх шубке…
Я тут же вспыхиваю, осознавая, за кого он меня принял.
- Вообще-то я не к вам! – рявкаю, приподняв подбородок. – Где Янка?
Эксгибиционист хмурится.
- Так, пышка, тут никаких Янок нет, так что давай, на выход, - поджимает губы раздражённо.
- А можно я проверю? – выдаю от холода и шока. Потому что кажется то, что у него под полотенцем, приходит в движение…
- Ну нет конечно! А ты как думала, алкоголичка?
- Ктооо?! – оскорбляюсь я. – Сам вы…- только тут до меня и
– Валюш, ну какой развод? Было бы из-за чего…
– Считаешь твоя измена – недостаточный повод?
– Не драматизируй, пожалуйста – эта женщина для меня ничего не значит…
– Как теперь и ты – для меня. Чтобы сегодня же свои вещи собрал.
– Окей, я съеду на пару дней к маме, а тебе лучше остыть и подумать с кем ты останешься, если я уйду.
– Я останусь одна, – и спокойно добавляю: – Уж лучше быть одной, чем с кем попало. Но тебе этого не понять…
– Вот именно, – снисходительно ухмыляется. – А теперь посмотри в зеркало, подумай о своем тридцатнике и выдыхай. А то, как бы не пришлось рыдать в компании семи котов до старости…
Договорить он не успевает, потому что насмешки над своим внешним видом я терпеть не собираюсь. Даже от мужа, который скоро станет бывшим…
– Считаешь твоя измена – недостаточный повод?
– Не драматизируй, пожалуйста – эта женщина для меня ничего не значит…
– Как теперь и ты – для меня. Чтобы сегодня же свои вещи собрал.
– Окей, я съеду на пару дней к маме, а тебе лучше остыть и подумать с кем ты останешься, если я уйду.
– Я останусь одна, – и спокойно добавляю: – Уж лучше быть одной, чем с кем попало. Но тебе этого не понять…
– Вот именно, – снисходительно ухмыляется. – А теперь посмотри в зеркало, подумай о своем тридцатнике и выдыхай. А то, как бы не пришлось рыдать в компании семи котов до старости…
Договорить он не успевает, потому что насмешки над своим внешним видом я терпеть не собираюсь. Даже от мужа, который скоро станет бывшим…
У каждой женщины свой способ борьбы со стрессом. Я, например, застукав мужа с лучшей подругой, открыла в себе талант к метанию берёзового полена. Муж в кустах, подруга в простыне, а я — на пороге новой жизни.
Но судьба решила, что одного полена мало, и подкинула мне соседа.
Артём. Бывший майор и просто невыносимый тип. Он заявил, что мой забор крадет у него целых пятнадцать сантиметров земли. Пятнадцать сантиметров! Я бы сказала ему, куда он может их себе... передвинуть, но у него на каждое моё слово — регламент, а на каждый мой взгляд — ледяное спокойствие.
Он хочет войны по правилам? Он её получит. Но пусть знает: у этой «пышки» в запасе не целая поленница, но и характер, который не влезет ни в одни его рамки.
В тексте вас ждут:
✅ Героиня с формами и стальным характером
✅ Герой — суровый «силовик» в отставке
✅ Противостояние от ненависти до... очень горячего полива
✅ Юмор, дачный колорит и капелька мести
✅ Хэппи-энд (но за него придётся побороться!)
Но судьба решила, что одного полена мало, и подкинула мне соседа.
Артём. Бывший майор и просто невыносимый тип. Он заявил, что мой забор крадет у него целых пятнадцать сантиметров земли. Пятнадцать сантиметров! Я бы сказала ему, куда он может их себе... передвинуть, но у него на каждое моё слово — регламент, а на каждый мой взгляд — ледяное спокойствие.
Он хочет войны по правилам? Он её получит. Но пусть знает: у этой «пышки» в запасе не целая поленница, но и характер, который не влезет ни в одни его рамки.
В тексте вас ждут:
✅ Героиня с формами и стальным характером
✅ Герой — суровый «силовик» в отставке
✅ Противостояние от ненависти до... очень горячего полива
✅ Юмор, дачный колорит и капелька мести
✅ Хэппи-энд (но за него придётся побороться!)
Я думала, что хуже измены в день годовщины быть ничего не может. Оказалось, может: когда твой муж говорит тебе в лицо, что ты была «удобной», и приходится уходить из дома. Без денег, без жилья, без надежды.
Единственный, кто протянул руку — его младший брат Тимур. Дал крышу над головой, работу в своём ресторане и слово, что больше меня никто не обидит.
Теперь я пеку десерты, учусь жить заново и даже не смотрю в сторону мужчин. Но Тимур смотрит на меня так, будто я не «удобная», а желанная. А бывший муж, узнав, где я, внезапно решает меня вернуть.
____________________
Между двух братьев. Между прошлым и будущим. Между страхом и любовью.
Единственный, кто протянул руку — его младший брат Тимур. Дал крышу над головой, работу в своём ресторане и слово, что больше меня никто не обидит.
Теперь я пеку десерты, учусь жить заново и даже не смотрю в сторону мужчин. Но Тимур смотрит на меня так, будто я не «удобная», а желанная. А бывший муж, узнав, где я, внезапно решает меня вернуть.
____________________
Между двух братьев. Между прошлым и будущим. Между страхом и любовью.
— Это частная собственность, гражданка, — рявкаю я.
Она вздрагивает, но не пугается, а закатывает глаза и выдаёт:
— Ой, я вся дрожу. Прямо поджилки трясутся.
Я молчу. Обычно одного моего взгляда достаточно, чтобы у человека отказала речь. А эта воровка даже не думает бояться.
— Вы вообще кто? Хозяин? Или чудо в перьях?
— Полковник полиции Корсак. Следственный комитет. Город.
Она щурится, читает удостоверение, потом цокает языком:
— Полиция? А я думала, вы только в городе брутальных задерживаете. А тут яблоки считать приехали.
Я хочу припечатать её взглядом, но вместо этого ловлю себя на том, что сдерживаю улыбку.
— Уходи. Но яблоко оставь.
— Одно?
— Одно. Конфискую как вещдок.
Она смотрит на мою ладонь, потом в глаза, улыбается, широко, с ямочкой на щеке:
— Держите, товарищ Полковник. И да, меня Алей зовут. Я ваша соседка. Так что яблоки ваши я всё равно буду есть. Это традиция!
Она вздрагивает, но не пугается, а закатывает глаза и выдаёт:
— Ой, я вся дрожу. Прямо поджилки трясутся.
Я молчу. Обычно одного моего взгляда достаточно, чтобы у человека отказала речь. А эта воровка даже не думает бояться.
— Вы вообще кто? Хозяин? Или чудо в перьях?
— Полковник полиции Корсак. Следственный комитет. Город.
Она щурится, читает удостоверение, потом цокает языком:
— Полиция? А я думала, вы только в городе брутальных задерживаете. А тут яблоки считать приехали.
Я хочу припечатать её взглядом, но вместо этого ловлю себя на том, что сдерживаю улыбку.
— Уходи. Но яблоко оставь.
— Одно?
— Одно. Конфискую как вещдок.
Она смотрит на мою ладонь, потом в глаза, улыбается, широко, с ямочкой на щеке:
— Держите, товарищ Полковник. И да, меня Алей зовут. Я ваша соседка. Так что яблоки ваши я всё равно буду есть. Это традиция!
— Я просил руки твоей дочери, — голос Казбека вибрирует от злости. — А ты даёшь мне… эту!
Горячий взгляд кавказца проходится по моей пышной фигуре.
Приёмный отец не моргнул глазом:
— Я растил её, как родную.
Показывает рукой на меня.
— Она здоровая, работящая! Посмотри на эти широкие бёдра. Она родит тебе семерых сыновей. Неужели ты оскорбишь меня отказом?
Обстановка накалена до предела. Отказаться — нажить себе врагов!
Казбек медленно кивает.
— Забираю.
***
Меня насильно выдали замуж. Суровый муж ждёт от меня только одного - наследника.
Но я не сломаюсь.
Даже если от ненависти до любви и обратно - всего один шаг!
Горячий взгляд кавказца проходится по моей пышной фигуре.
Приёмный отец не моргнул глазом:
— Я растил её, как родную.
Показывает рукой на меня.
— Она здоровая, работящая! Посмотри на эти широкие бёдра. Она родит тебе семерых сыновей. Неужели ты оскорбишь меня отказом?
Обстановка накалена до предела. Отказаться — нажить себе врагов!
Казбек медленно кивает.
— Забираю.
***
Меня насильно выдали замуж. Суровый муж ждёт от меня только одного - наследника.
Но я не сломаюсь.
Даже если от ненависти до любви и обратно - всего один шаг!
Неподалеку бьет яркая молния, освещая мою спальню.
Дверь открыта. На входе стоят они. Оба мои босса. Оба с голыми торсами.
Я сглатываю.
– Что вы здесь делаете? – хриплю, не в силах отвести взгляда от мужчин.
– Ты вскрикнула, мы пришли успокоить, – говорит Мурат.
– Оба? – задаю дурацкий вопрос.
– Раз уж ты отказалась выбирать между нами, – вклинивается гендир, – мы решили, что больше тебя перед выбором ставить не будем.
Новый гром, новая молния, и я вижу, как боссы приближаются к моей кровати, а потом садятся на нее с двух сторон.
– И что это значит? – спрашиваю еле слышно.
– Что теперь ты наша, – отвечает Игорь, и мужчины склоняются надо мной.
Дверь открыта. На входе стоят они. Оба мои босса. Оба с голыми торсами.
Я сглатываю.
– Что вы здесь делаете? – хриплю, не в силах отвести взгляда от мужчин.
– Ты вскрикнула, мы пришли успокоить, – говорит Мурат.
– Оба? – задаю дурацкий вопрос.
– Раз уж ты отказалась выбирать между нами, – вклинивается гендир, – мы решили, что больше тебя перед выбором ставить не будем.
Новый гром, новая молния, и я вижу, как боссы приближаются к моей кровати, а потом садятся на нее с двух сторон.
– И что это значит? – спрашиваю еле слышно.
– Что теперь ты наша, – отвечает Игорь, и мужчины склоняются надо мной.
"Значит, мой муженек Аркаша не просто так зудел все эти годы! Вывез куда-то глухой ночью, оглушил и бросил в самую гнусную топь, чтобы потом закопать. Как банально. И как мерзко! Уж если решил избавиться от жены, мог бы хоть способ поизящнее выбрать, эстет недоделанный..."
Мой муж — непризнанный гений. Настолько, что его проклятый эксперимент забросил нас из уютной квартиры прямо в зловонное болото чужого мира!
Пока мой благоверный барахтался в грязи и закатывал истерики, из тумана вынырнул отряд всадников. А их предводитель — потрясающе красивый эльфийский лорд — внезапно рухнул передо мной на колени.
Он умоляет спасти его умирающую дочь, приняв меня за травницу из древнего пророчества. А я всего лишь обычный земной провизор, но разве могу отказать отчаявшемуся отцу?
**
Почему его совершенно не смущают мои неидеальные формы, которые столько лет критиковал законный супруг? И как так вышло, что рядом с ним я впервые за долгие годы чувствую себя по-настоящему желанной и живой?
Мой муж — непризнанный гений. Настолько, что его проклятый эксперимент забросил нас из уютной квартиры прямо в зловонное болото чужого мира!
Пока мой благоверный барахтался в грязи и закатывал истерики, из тумана вынырнул отряд всадников. А их предводитель — потрясающе красивый эльфийский лорд — внезапно рухнул передо мной на колени.
Он умоляет спасти его умирающую дочь, приняв меня за травницу из древнего пророчества. А я всего лишь обычный земной провизор, но разве могу отказать отчаявшемуся отцу?
**
Почему его совершенно не смущают мои неидеальные формы, которые столько лет критиковал законный супруг? И как так вышло, что рядом с ним я впервые за долгие годы чувствую себя по-настоящему желанной и живой?
Женя - пышная барышня из столицы, едет в глухую Сибирь взять интервью у Бородача, самого закрытого бизнесмена последних лет. Но на пути ее встречается вредный индюк, отсутствие связи и харизматичный работник фермы. Перед Женей стоит выбор. Долг или любовь. И даже когда выбор уже сделан, судьба может внести свои коррективы.
- Лапки свои подобрала и убралась отсюда, пока я добрый.
- Подожди, я все объясню.
- Даже не старайся.
Он отстраняется, когда я делаю шаг к нему. По щекам текут слезы, стираю их не заботясь о том, как выгляжу.
- Лапки свои подобрала и убралась отсюда, пока я добрый.
- Подожди, я все объясню.
- Даже не старайся.
Он отстраняется, когда я делаю шаг к нему. По щекам текут слезы, стираю их не заботясь о том, как выгляжу.
— А ну пошел отсюда, маньяк чертов!
В кустах раздается тяжелое отдувание, треск веток, и оттуда, как разъяренный леший, восстает ОН. Мужик огромный, плечистый, в помятых камуфляжных шортах и с лицом человека, которому я только что испортила утро.
— Пигалица, ты вообще берега попутала?! — рычит он. — Еще вчера тут было пусто! А утром просыпаюсь — посреди моей поляны полоумная баба! Голая!
— Это я полоумная и голая?! Ты сам-то себя слышишь? Лазил по кустам, подглядывал, как сталкер недоделанный! Извращенец!
Я всего лишь хотела отдохнуть после развода: море, подруги, шашлык и свобода от мужчин, которые разочаровывают все сильнее. Но судьба подсунула мне Алексея Кочубея — огромного, вредного хозяина соседнего лагеря.
Пять дней на одном пляже. Два лагеря. Общий быт. И мужчина, который бесит так сильно, что рядом с ним становится слишком жарко даже без солнца.
В кустах раздается тяжелое отдувание, треск веток, и оттуда, как разъяренный леший, восстает ОН. Мужик огромный, плечистый, в помятых камуфляжных шортах и с лицом человека, которому я только что испортила утро.
— Пигалица, ты вообще берега попутала?! — рычит он. — Еще вчера тут было пусто! А утром просыпаюсь — посреди моей поляны полоумная баба! Голая!
— Это я полоумная и голая?! Ты сам-то себя слышишь? Лазил по кустам, подглядывал, как сталкер недоделанный! Извращенец!
Я всего лишь хотела отдохнуть после развода: море, подруги, шашлык и свобода от мужчин, которые разочаровывают все сильнее. Но судьба подсунула мне Алексея Кочубея — огромного, вредного хозяина соседнего лагеря.
Пять дней на одном пляже. Два лагеря. Общий быт. И мужчина, который бесит так сильно, что рядом с ним становится слишком жарко даже без солнца.
Выберите полку для книги