Книги по тегу «романтика и юмор»: ""
Один день из жизни Морозовых. И не только.
Да какой день.
День Всех влюблённых, который совпал ещё с одним событием. И не только.
«- Она? - выходит из меня с писком, и широкие ладони Емели на моих плечах сжимаются крепче.
- Почему она, Федь? - вопрошающе смотрю на брата.
- Алёныч, ну так получилось, - замялся Фёдор, видя, какой эффект произвёл своим сюрпризом»
Да какой день.
День Всех влюблённых, который совпал ещё с одним событием. И не только.
«- Она? - выходит из меня с писком, и широкие ладони Емели на моих плечах сжимаются крепче.
- Почему она, Федь? - вопрошающе смотрю на брата.
- Алёныч, ну так получилось, - замялся Фёдор, видя, какой эффект произвёл своим сюрпризом»
Мой босс - ходячий секс в костюме и офисный тиран в галстуке.
В него влюблены все: от уборщицы до главного бухгалтера.
Пожалуй, я единственная, кто не участвует в борьбе за внимание Гордея Денисовича.
Но корпоратив, на котором я позволила себе кое-что лишнее, свёл на нет все мои усилия держаться от невыносимого начальника подальше.
Я случайно вошла в его личную парилку, где мне пришлось остудить его пыл ледяной водой.
И зря я решила, что Державин забудет этот инцидент. Босс не забудет, босс отомстит!
В него влюблены все: от уборщицы до главного бухгалтера.
Пожалуй, я единственная, кто не участвует в борьбе за внимание Гордея Денисовича.
Но корпоратив, на котором я позволила себе кое-что лишнее, свёл на нет все мои усилия держаться от невыносимого начальника подальше.
Я случайно вошла в его личную парилку, где мне пришлось остудить его пыл ледяной водой.
И зря я решила, что Державин забудет этот инцидент. Босс не забудет, босс отомстит!
Живёшь себе, думая, что давно постиг глубинный смысл существования.
Но даже если ты играешь по правилам, это не исключает подставы от судьбы.
Вот и Юре Мальцеву казалось, что его мало чем можно удивить.
Но нашлась одна…заноза в его... кхм...циничное сердце. Ну а там, как полагается, пошло-поехало…
«- Вы кто? – дрожит голоском, выставив в обороне на меня ключи.
- Конь в кожаном пальто! Я хозяин, — усмехаюсь её оружию и отмахиваюсь от неё, иду, не разуваясь по коридору, везде зажигая свет, дабы узреть масштаб наглости.
Вроде всё на местах, так набросано лишнего и не моего.
- Какой хозяин? — несётся следом блондинка, стуча по напольной плитке каблуками. – Хозяин чего?
- Хозяин жизни! Алё, девочка! — морщусь от её тонкого дребезжащего голоска. – Всё, закончили. Вали, давай отсюда, или я тебя сейчас собственноручно с лестницы спущу».
Но даже если ты играешь по правилам, это не исключает подставы от судьбы.
Вот и Юре Мальцеву казалось, что его мало чем можно удивить.
Но нашлась одна…заноза в его... кхм...циничное сердце. Ну а там, как полагается, пошло-поехало…
«- Вы кто? – дрожит голоском, выставив в обороне на меня ключи.
- Конь в кожаном пальто! Я хозяин, — усмехаюсь её оружию и отмахиваюсь от неё, иду, не разуваясь по коридору, везде зажигая свет, дабы узреть масштаб наглости.
Вроде всё на местах, так набросано лишнего и не моего.
- Какой хозяин? — несётся следом блондинка, стуча по напольной плитке каблуками. – Хозяин чего?
- Хозяин жизни! Алё, девочка! — морщусь от её тонкого дребезжащего голоска. – Всё, закончили. Вали, давай отсюда, или я тебя сейчас собственноручно с лестницы спущу».
Каркушова Варвара Ивановна, обычная девчонка из глубинки, проживающая в селе Г., по совместительству актриса в том же селе, попала к самым отважным, безжалостным и властным викингам. Но унывать Каркушова не собиралась, а смирилась со своей участью «неопознанного ходячего объекта» и смело преодолевала все преграды, которые ей выпали в этой эпохе…
Идеальный экземпляр мужского пола, лет 35–40, ещё и вкусно пахнет, дорого, как будто только что не спал в подъезде пьяный, а вышел из салона.
Пока пытаюсь приподнять этого огромного красавца, краем уха слышу шорох за соседней дверью.
Вот только бабы Маруси мне не хватало.
Этой МатаХари не докажешь, что тело мне не знакомо и сидело за дверью не по моему приглашению.
Из всех сил втаскиваю этого подарунка в прихожую и захлопываю дверь. Тихонечко пробираюсь к глазку и наблюдаю.
Как баба Маруся выползает и прислушивается под моей дверью.
Вот что не спится старушке.
И что мне теперь делать с этим нежданным гостем…?
Пока пытаюсь приподнять этого огромного красавца, краем уха слышу шорох за соседней дверью.
Вот только бабы Маруси мне не хватало.
Этой МатаХари не докажешь, что тело мне не знакомо и сидело за дверью не по моему приглашению.
Из всех сил втаскиваю этого подарунка в прихожую и захлопываю дверь. Тихонечко пробираюсь к глазку и наблюдаю.
Как баба Маруся выползает и прислушивается под моей дверью.
Вот что не спится старушке.
И что мне теперь делать с этим нежданным гостем…?
Выгнали с работы — поехала сажать огурцы. Логично? Еще как! После увольнения я сбежала в деревню и сняла дачу, мечтая о покое, тишине и грядках. Но оказалось, что дача принадлежит местному мачо и байкеру из мотоклуба «Дороги ветров».
Как корабль назовешь, так он и поплывет. Вот и наглый брюнет прицепился к моим грядкам, как репей к шерсти. Еще и сует нос в каждый мой грядочный эксперимент. Только не на ту нарвался! Еще посмотрим, кто лучший из нас огородник — Репей или Колючая.
Как корабль назовешь, так он и поплывет. Вот и наглый брюнет прицепился к моим грядкам, как репей к шерсти. Еще и сует нос в каждый мой грядочный эксперимент. Только не на ту нарвался! Еще посмотрим, кто лучший из нас огородник — Репей или Колючая.
1475 год. Евдокии идет восемнадцатый год и пора бы ее отдать в руки мужа, но кто им будет?
Это пятая книга серии "Боярышня"
На страже грамотности как всегда стоит Algambra
Обложка - нейросеть Кандински в обработке Игоря Лахова
Это пятая книга серии "Боярышня"
На страже грамотности как всегда стоит Algambra
Обложка - нейросеть Кандински в обработке Игоря Лахова
Меня зовут Неала, и я — реката, рождённая в мире, где магия доступна лишь избранным. Простолюдинам запрещено колдовать, но разве это остановит того, кто готов бороться за своё место под солнцем?
Пятьдесят лет назад наш народ проиграл войну. Теперь нам запрещено владеть землёй, изучать колдовство и даже вступать в браки с девисарами — морскими демонами, захватившими наш архипелаг. Но я не собираюсь сдаваться.
Когда я узнала о возможности поступить в Академию, то решила рискнуть всем. Пешком, без денег и связей я добралась до стен учебного заведения, готовая доказать, что рекаты достойны большего.
В Академии я столкнулась с ним — принцем Рестариосом, роковым красавцем с ледяной душой. Его высокомерие и презрение к слабым вызывают во мне жгучую ненависть, но судьба распорядилась так, что теперь мы связаны.
Я готова бросить вызов системе. Несмотря на все запреты, я докажу, что знания могут быть оружием, а судьба — это то, что мы создаём сами. Даже если весь мир будет против мен
Пятьдесят лет назад наш народ проиграл войну. Теперь нам запрещено владеть землёй, изучать колдовство и даже вступать в браки с девисарами — морскими демонами, захватившими наш архипелаг. Но я не собираюсь сдаваться.
Когда я узнала о возможности поступить в Академию, то решила рискнуть всем. Пешком, без денег и связей я добралась до стен учебного заведения, готовая доказать, что рекаты достойны большего.
В Академии я столкнулась с ним — принцем Рестариосом, роковым красавцем с ледяной душой. Его высокомерие и презрение к слабым вызывают во мне жгучую ненависть, но судьба распорядилась так, что теперь мы связаны.
Я готова бросить вызов системе. Несмотря на все запреты, я докажу, что знания могут быть оружием, а судьба — это то, что мы создаём сами. Даже если весь мир будет против мен
Когда его жизнь разрушилась, он не видел иного выхода. Лишь смерть. До тех пор пока в его жизнь не ворвалась Любовь… Не тихий лучик света, а ураган, сметающий все на своем пути. Она не спросила разрешения. Она вломилась в его забаррикадированное сердце, распахнула окна в его темной комнате, заставила его снова чувствовать — сначала боль, потом ярость, а затем… намек на что-то теплое, чего он уже и забыл. Она не испугалась его тьмы. Она увидела в ней отблеск звезд.
Пять подруг. Случайный билет на поезд. Абсурдное пари, такие же условия. Что из этого выйдет? Кто знает. Но говорят, в поездах случаются чудеса!
– Собираешься выходить?
Николь вздрогнула, так как в голосе послышались нотки злости.
– Эммм, да. Непредвиденные обстоятельства, вынуждают отказаться от поездки.
– Вот как, – шикнул он, – и что за непредвиденные обстоятельства?
– Это не так важно, – пролепетала, краснея на глазах. Вот не умеешь врать, лучше и не браться, – ругалась на себя.
– Обстоятельства – это я? – спросил, растянув довольную улыбочку.
– Что? А, нет, что вы! Это, я же, вот же, – Ника посмотрела в окно. Ее охватил такой жар неловкости, что, даже кончики волос покраснели от стыда.
– Ты едешь до конца, – приказным тоном придавил ее, – с твоей неспособностью ходить без синяков, не могу позволить выйти в незнакомом городе. Не дай всем, убьешься.
– А вам то какое дело до этого?
– Артемий не простит, если узнает, что я позволил вам умереть.
– Собираешься выходить?
Николь вздрогнула, так как в голосе послышались нотки злости.
– Эммм, да. Непредвиденные обстоятельства, вынуждают отказаться от поездки.
– Вот как, – шикнул он, – и что за непредвиденные обстоятельства?
– Это не так важно, – пролепетала, краснея на глазах. Вот не умеешь врать, лучше и не браться, – ругалась на себя.
– Обстоятельства – это я? – спросил, растянув довольную улыбочку.
– Что? А, нет, что вы! Это, я же, вот же, – Ника посмотрела в окно. Ее охватил такой жар неловкости, что, даже кончики волос покраснели от стыда.
– Ты едешь до конца, – приказным тоном придавил ее, – с твоей неспособностью ходить без синяков, не могу позволить выйти в незнакомом городе. Не дай всем, убьешься.
– А вам то какое дело до этого?
– Артемий не простит, если узнает, что я позволил вам умереть.
Выберите полку для книги