Книги по тегу «сильная героиня»: ""

У меня есть сеть кофеен, долги и четырнадцать дней, чтобы доказать инвесторам: нас рано закрывать. У Кирилла Волкова — ноутбук, холодный взгляд и отчет, от которого зависит моя команда. Он приехал проверять каждую цифру и поселился в служебной квартире над моей кофейней. Вместе со мной. Я считала его главным врагом, пока в принтере не нашла черновик с рекомендацией уничтожить все, что я строила. Только теперь не уверена, чья рука его написала.

Её отец проиграл долг — и платой стала она.
Милена, хрупкая целительница с рыжими волосами и запахом мёда в крови, попадает в мрачную крепость оборотней. Её новый хозяин — Кейран, альфа Чёрного Хребта. Молчаливый, опасный, с золотыми глазами и телом, раскалённым как печь. Он рычит, когда она рядом. Он боится её коснуться — и не может не думать о ней.
Но в крепость прибывает Дариан — альфа Серебряной Луны. Серебристые волосы, ледяные пальцы, улыбка, от которой хочется и бежать, и остаться. Он шепчет сладкие речи и плетёт сети не хуже, чем его клыки рвут плоть.
Два врага. Одна добыча. Древнее пророчество, о котором ей не говорят.
Кейран хочет пометить её. Дариан хочет соблазнить. Оба готовы уничтожить мир ради неё.
А она… она просто хочет понять, чьё сердце бьётся громче — её собственное или то, что украли у неё два зверя в человеческой шкуре.

– Когда ты собирался сообщить мне, что готовишься к разводу?

– Когда понял бы, что сообщать действительно нужно.

– То есть после пятнадцатого ноября, когда меня уже можно будет вывести из фонда без лишнего шума?

– Ты читаешь рекомендации Белозерова как принятые решения.

– А твои пометки я должна читать как литературную критику?

Константин посмотрел на красную надпись еще раз. Когда он заговорил, в его голосе не было ни оправдания, ни просьбы, только та сдержанная жесткость, с которой он всегда сообщал неприятную часть правды.

– Ты объявила войну, Лида, не выяснив, кто нанес первый удар.

Она — Мира Соколова. Старший бортпроводник международных авиалиний. Она привыкла улыбаться чужим пассажирам и провожать самолеты, зная, что за бортом всегда есть небо, а в кармане — обратный билет. У Миры есть железное правило: никаких отношений с пассажирами. Особенно с теми, кто смотрит на неё так, будто может прочитать её душу по татуировке на запястье.

Он — Кирилл Ветров. Тот самый загадочный пассажир из первого класса. Миллиардер, коллекционер самолетов и человек, привыкший управлять своей судьбой. Случайно заняв её место в самолете судьбы, он бросает ей дерзкий вызов, от которого у Миры горит земля под ногами.

Между ними — всего несколько часов полета через океан. Но когда лайнер идет на посадку, они оба понимают страшную правду: возвращаться в свои прежние, одинокие жизни уже не хочется. Ведь когда любишь по-настоящему, даже бескрайнее небо становится слишком тесным, чтобы удержать вас порознь.

«Только ты и небо» — это история о том, как одна случайная встреча на высоте

В будущем хронополиция преследует нелегальных путешественников во времени, у каждого из которых свои мотивы: одни стремятся изменить ход истории, другие ищут удовлетворения своих низменных желаний, а третьи мечтают о славе. Поскольку эти люди воспитаны в современной культуре и привыкли полагаться на технологии, одним из способов их выявления становится анализ текстов на предмет их создания нейросетями. Выяснилось, что многие документы, философские и религиозные труды, стихи и романы написаны не людьми.
Нейродетекторы могут ошибаться и не дают стопроцентную гарантию. Поэтому за дело берутся следователи хронополиции — профессионалы, которые по малейшим признакам способны распознать, кто есть кто. Они перемещаются во времени и на месте определяют, с кем имеют дело: с талантливым человеком или с хитрецом из грядущих эпох.
Но что, если однажды окажется, что за простым случаем скрывается куда более серьезная тайна и угроза, которая может обрушиться на человечество сквозь время?

Девять лет я была женой знаменитого Лилового дракона — работала рядом с ним, спасала его проекты и оставалась в тени его имени.

Пока не узнала, что семь месяцев у него была другая.

Муж собирался развестись со мной после главного праздника столицы: оставить деньги, работу и удобное место рядом с собой.

Но я отказалась быть удобной.

Вернула девичью фамилию, открыла собственную мастерскую и начала новую жизнь. Вот только в защитном Венце появилась чёрная трещина — в том самом участке, который когда-то исправляла я.

Теперь мне предстоит снова работать с бывшим мужем, найти ошибку, которую мы не замечали семь лет, и доказать: я была не приложением к его таланту, а настоящим мастером.

А рядом — Рейнар Эст, Стеклянный дракон, способный слышать трещины там, где другие видят целое.

Он не обещает меня спасти. Ему не нужна жена, которая растворится в его имени.

Но прежде чем начнётся новая жизнь, нам нужно понять, выдержит ли Венец следующую Ночь Спектра.

— Скажи, что это не то, что я видела, — сказала я.
— Это то, что ты видела, — сказал он.
— Скажи, что это первый раз.
— Нет.
— Скажи, что ты её любишь. Хоть что-то скажи. Хоть какое-то оправдание. Ты же серьёзный мужик, Игнат. У серьёзных мужиков всегда есть причина.
— Я её не люблю.
— Тогда — что?!
Это вырвалось. Громко.
— Дана. Это не то, что ты думаешь.
— Что я думаю? — Я засмеялась. Это было страшно — я слышала свой смех и не узнавала. — Что я думаю, Игнат? Что мой муж два года спал с моей подругой в её квартире, пока я варила ей суп? Что мой муж приходил от неё мылся нашим гелем и ложился ко мне?

🔮– Я знаю, что у тебя есть другая! – кричу, сжимая рубашку Руслана, пропахшую чужими духами.
– Лена, лечи голову! Тебе к психиатру пора с твоей паранойей! – бьет наотмашь муж.
Он нагло лжет в глаза, делая из меня сумасшедшую истеричку.
Я и сама порой думаю, что сошла с ума и это все мне мерещится.
И тогда, отчаявшись, я совершаю роковую ошибку – обращаюсь к ясновидящей.
Я хотела вывести мужа на чистую воду. Доказать себе, что я нормальная, в отличие от моей матери, закончившей дни в психушке.
Но цена оказалась слишком высока – десять лет моей жизни…

Я кладу помаду на кухонный стол.
— Тимофей, чья это? — спрашиваю я.
Он поднимает глаза. Морщится — так, будто я положила на стол дохлую мышь. Потом его лицо каменеет.
— Что за глупый вопрос? — он откладывает телефон.
— Это не моя, Тима. Вот моя.
Я достаю из кармана свой блеск. Маленький, прозрачный, с едва заметным розовым отливом.
Тимофей смотрит на мою ладонь. Его челюсть напрягается — желваки играют под кожей, выдавая внутреннее напряжение.
— Отстань от меня, — говорит он уже агрессивно. — Откуда я знаю, чья это помада? Может, твоей мамы.
— Моя мама не пользуется такой косметикой, — возражаю я тихо.
— Ну, значит, какая-то твоя подруга забыла!
— Какая подруга? Ты за последний месяц никого из моих подруг не возил, кроме Марины, а она…
Я замолкаю. Потому что только что сказала то, о чём не хотела говорить. Но Тимофей не возит Марину. Никогда. У неё своя машина, и она принципиально не пользуется нашими услугами такси, потому что «муж должен сам возить жену, это интимно».

Мир, куда забросило Айрин, живёт по чужим законам. Здесь магия — не дар, а клеймо. За искру силы увозят за стену, и никто не возвращается.

Она устраивается в кузницу к старому Гарду, учится прятать огонь в ладонях и не смотреть в глаза серым охотникам. Но когда в городе начинают находить сожжённые тела, подозрение падает на неё.

Единственный, кто предлагает помощь, — Кай, скупщик краденого, который не боится слова «магия». Он заключает с ней сделку: она — его прикрытие, он — её защита.

Но у Кая свои счёты с этим городом. А у Айрин — тайна, которая может сжечь их обоих.

И когда она вырвется наружу, выбирать придётся не между жизнью и смертью, а между свободой и тем, кто стал дороже свободы.