Книги по тегу «сильная героиня»: ""

- Ты что делаешь в моей квартире ночью, да еще и голая?
Бывшая жена моего мужа даже не смутилась. Стояла посреди нашей гостиной красивая, уверенная. А я вдруг почувствовала себя не женой, а удобной женщиной, которую можно заменить.
Муж сказал, что ничего не было. Что я должна ему верить.
Но как верить, если ее белье лежало в нашей спальне?
Я еще не успела решить, рушится мой брак или я схожу с ума, когда позвонили из скорой.
Наш сын Дима и Костя, сын Жени от бывшей, стояли на остановке, когда в нее влетел пьяный водитель.
Приемное и лишь одна свободная операционная.
- Парни оба тяжелые. – наклонившись к моему мужу-хирургу, тихо сказала медсестра, - Вам нужно будет выбрать, времени особо и нет. Кого оперируем первым?
Женя сделал шаг к кушетке и разложил на ней документы. Забегал по ним глазами.
Через несколько секунд муж поднял на меня взгляд и произнес имя...

- Так переживаю, что Сережа нас встретить не сможет. Его срочно отправили в Заполярье… - поглаживая живот, делится со мной соседка по полету.
Надо же, какое совпадение. У нас обеих мужья летчики и Сережи. Только мой Сережа сейчас отсыпается после перелета в Сочи, а ее летит в Заполярье.
- А хотите я вам его покажу? - она быстро водит пальчиком по экрану телефона. - Вот, смотрите! Правда, он у меня офигенный?
- Хм… Правда, - вынуждена согласиться с ней, глядя в глаза собственному мужу, улыбающемуся мне с фото на чужом телефоне.
Только вопрос – Сережа офигенный или в край офигевший?!
Я склоняюсь ко второму варианту и гарантирую, что он офигеет еще больше, когда я с ним закончу.

- Ты была такой очаровательно влюблённой, Мышка. Мне это даже нравилось поначалу. Но я никогда не собирался жить с тобой долго и счастливо. Ты просто посмотри на себя – ты мне совершенно не соответствуешь. А Анжела – да. Она красивая и родит мне наследника.
Перед глазами встает любовница мужа – высокая, стройная, эффектная брюнетка, что заявилась на день рождения нашей дочери, чтобы объявить, что беременна.
Рука мужа тянется к моему лицу, и он, словно издеваясь, гладит меня по щеке…
Как верную собачку.
Я резко отворачиваюсь, пытаясь стряхнуть его прикосновение. А он смеется… и продолжает бить каждым словом.
- А ещё ты была достаточно глупенькой, чтобы верить всему, что я говорю. Квартиру свою ради меня заложила… я за это благодарен, правда. Поэтому, так и быть, оставлю тебе дочь на память о нашем браке. Больше ни на что можешь не рассчитывать, иначе лишишься и её тоже.

— Ты двадцать лет его не замечала. А теперь привела на мою свадьбу, чтобы унизить меня! — шипит бывший муж.
Я не успеваю ответить. Мой лучший друг молча притягивает меня к себе и целует так, что земля уходит из-под ног.
— Отлично! — бледнеет бывший. — Ещё скажите, что женитесь!
— Вообще-то да, — невозмутимо отвечает мой друг.

Я приехала на свадьбу бывшего мужа только ради нашей дочери. Я планировала тихо отсидеться и уехать, но бывший решил публично унизить меня. За меня вступился мой лучший друг — человек, который всегда был рядом.
И теперь, из-за одного неосторожного поцелуя, из-за одной брошенной фразы — вся больница обсуждает нашу помолвку. Нам придется играть роль счастливой пары целых тридцать шесть часов.
Проблема лишь в том, что прикосновения «фиктивного жениха» становятся слишком собственническими, а в прошлом моего развода, как оказалось, скрывается грязная ложь...

Я стою у ограждения аэродрома и смотрю, как его истребитель выруливает на взлётную полосу. Телефон всё ещё прижат к уху.
— Аня, ты не смогла родить мне ребёнка. Пятнадцать лет. У меня династия. Мне нужен сын. Наследник. Карина беременна. Уже четвёртый месяц. Она молодая, здоровая, она сможет родить мне сына.
— Ты поэтому был с ней? Из-за ребёнка?
— Не только. Она понимает меня. Она восхищается мной. А ты смотрела на меня с вечной печалью в глазах.
— Я смотрела на тебя с печалью, потому что переживала за нас!
— Вот именно. А я задыхался. Прощай, Аня.
Гудки.
А потом происходит взрыв. Меня отбрасывает взрывной волной, и последнее, что я вижу перед темнотой, — его самолёт, уходящий в небо.

— Твоя дочь беременна, — говорю подруге во время дружеской встречи наших семей.
— Что?! От кого? — в ужасе шепчет она.
Я пристально смотрю на своего мужа Тараса, с которым прожила двадцать пять лет.
— От Тараса.
Любовнице моего мужа двадцать. Я знаю её с пелёнок. Она дочь наших лучших друзей. Но…
Самое страшное я узнаю позже… Потому что Тарас предал не только меня…

— Потерпи ещё месяц. Закроем сделку — и я от неё уйду.
— А дочь?
— Дочь заберём себе... И мамой называть будет тебя.

Голос моего мужа шёл из всех колонок разом.

Я стояла на сцене с микрофоном — на собственном дне рождения. Сюрприз удался! Но... на экране мой муж прижимал к стене мою лучшую подругу. Одной рукой держал её за талию. Второй гладил живот.

Семь месяцев.

В зале больше сотни знакомых и наша шестилетняя дочь за детским столиком.
Я попросила увести ребёнка — и сказала технику не выключать. Пусть дослушают...

К утру цена 15 лет стала ясна: в доме чужая охрана. Карты заблокированы. Всё имущество — на нём. А в половине шестого утра он приехал к моей матери с юристом и участковым и забрал дочь.

Помощь предложил один человек. Деловой партнёр моего мужа. Жесткий договор: четыре месяца я его женщина на людях: приёмы, съёмки, фотографии. Он даёт мне юристов, охрану и тех, до кого мужу не дотянуться.

Я согласилась.

Раньше я была удобной женой. Больше не буду

ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА!

- Одно твоё слово… и этой свадьбы не будет.
Бывший муж смотрит на меня с надеждой и ожиданием.
Три года назад он буквально на коленях умолял простить его за измену, но я не смогла.
А теперь он женится.
И в моих силах ему помешать.
- Что, и впрямь бросишь свою Аллочку, на которую меня променял?
Он морщится.
- Я не менял. Ты не оставила мне выбора. А теперь… решать тебе, как дальше быть.
В моих руках – его судьба.
Я могу разрушить его жизнь, как он когда-то разрушил мою.
Могу дать ему надежду, рассорить его с невестой – и бросить. Оставить ни с чем.
Вот только, если я так поступлю, что будет тому причиной?
Только лишь месть?
Или желание и впрямь начать все заново?

Меня убила родная сестра. Когда я открыла глаза, мне снова было восемнадцать.
На этот раз Иззи первой забирает алое яйцо — то самое, которое в прошлой жизни принесло мне славу, силу и смерть.
Мне остаётся чёрное.
Тусклое. Холодное. Бесполезное. Так думают все.
Кроме меня.
Потому что я помню: внутри спит существо, которое помнит времена, когда людей ещё не существовало. Оно голодно. Оно терпеливо.
И теперь оно моё. Проснись, Нюкс. Мама вернулась.

— Ну всё. Довольна?

Он подписал согласие на ЭКО так, будто расплатился по счёту. Я три месяца его уговаривала. Я посчитала няню, декрет, перевела себя на дневные смены — и всё равно должна была просить.

А потом, пока я стояла в операционной и физически не могла взять телефон, он забрал свою подпись обратно.

Мне пришла смс: «Цикл аннулирован. Причина: отзыв согласия супруга».

Двенадцать дней уколов в живот. Отменить это нельзя, перенести нельзя, начать заново — не раньше чем через три месяца.

Он врач. Он знал это лучше меня.

Дома его уже не было. И, судя по чистому прямоугольнику на полу, чемодан вынесли не сегодня и не вчера — а он всё это время ел со мной, ложился рядом и своими руками делал мне уколы, зная, что вещи давно стоят в другом месте.

Зато в аптечке осталась упаковка. Та самая, которую он называл «таблетками от давления».

Это были не таблетки от давления.

Утром подруга положила передо мной две стопки бумаг. В одной — то, что мне говорили два года.