Книги по тегу «сильная героиня»: ""
2287 год.
Токсичная внешняя среда. Ежедневная борьба за чистую воду и воздух. Век киборгизации человечества.
«В нынешнем мире нет места слабым».
Я хорошо запомнила важное правило, которое внушал мне с детства отец.
Настало время, когда мне не оставили выбора, вынудив доказать, что я усвоила его урок.
Этот и другие, не менее важные.
Если я проиграю, то проведу свою жизнь бесправной куклой в чужих руках…
Справлюсь ли я?
Токсичная внешняя среда. Ежедневная борьба за чистую воду и воздух. Век киборгизации человечества.
«В нынешнем мире нет места слабым».
Я хорошо запомнила важное правило, которое внушал мне с детства отец.
Настало время, когда мне не оставили выбора, вынудив доказать, что я усвоила его урок.
Этот и другие, не менее важные.
Если я проиграю, то проведу свою жизнь бесправной куклой в чужих руках…
Справлюсь ли я?
Дима вздыхает, трёт глаза пальцами. Машу крепче к себе прижимает, целует в висок.
— Я хочу свою жену обратно, Ань. А не тень от неё. У тебя глаза перестали гореть.
— А у неё, значит, горят, да? — выплёвываю горько. Внутри пусто, ничего нет. Я потом пойму, потом всё осознаю, а сейчас в голове белый шум. Дима вздрагивает, смотрит поверх дочкиной светлой макушки. Мне вдруг становится всё равно на ответ. Забираю Машу и бреду в нашу спальню. Чувствую себя дряхлой, постаревшей сразу на пятьдесят лет, если не больше.
— У кого «неё», Ань? Что ты несёшь? Совсем рассудком тронулась? Где я, и где другие женщины?! Тебе вообще не стыдно такие вещи говорить? Меня подозревать? Когда мне изменять?! Я из работы сразу домой!
Лучшая защита — это нападение, всегда это знала. Мозг оцепенел, даже думать нормально не могу. Равнодушно пожимаю плечами: не хватало ещё что-то доказывать.
— Я хочу свою жену обратно, Ань. А не тень от неё. У тебя глаза перестали гореть.
— А у неё, значит, горят, да? — выплёвываю горько. Внутри пусто, ничего нет. Я потом пойму, потом всё осознаю, а сейчас в голове белый шум. Дима вздрагивает, смотрит поверх дочкиной светлой макушки. Мне вдруг становится всё равно на ответ. Забираю Машу и бреду в нашу спальню. Чувствую себя дряхлой, постаревшей сразу на пятьдесят лет, если не больше.
— У кого «неё», Ань? Что ты несёшь? Совсем рассудком тронулась? Где я, и где другие женщины?! Тебе вообще не стыдно такие вещи говорить? Меня подозревать? Когда мне изменять?! Я из работы сразу домой!
Лучшая защита — это нападение, всегда это знала. Мозг оцепенел, даже думать нормально не могу. Равнодушно пожимаю плечами: не хватало ещё что-то доказывать.
Елена всегда верила в крепкий брак, но однажды она узнала о другой женщине своего мужа Игоря. В её руки попали неопровержимые доказательства измены, но вместо того, чтобы сломаться, она решает отомстить. Какую цену Игорь заплатит за предательство?
«Зая, ну что ты выбрал мужичка для своей клуши»?
От неожиданности роняю телефон на пол и перечитываю несуразный текст еще раз.
«Но как я это сделаю, кошечка»?
«О чем тут можно думать, милый? У вас же брачный контракт, да еще с особыми условиями. Подсунь ей мужичка, она закрутит роман, а тебе останется только подослать к ней сыщика с фотоаппаратом».
После свадьбы мы с мужем на спор заключили брачный контракт с изюминкой — в случае измены любой из нас теряет все состояние. Я о нем забыла, а вот Зайцев решил этим воспользоваться, чтобы оставить меня без копейки. Ладно, муженек, посмотрим, кто из нас будет сидеть у разбитого корыта.
От неожиданности роняю телефон на пол и перечитываю несуразный текст еще раз.
«Но как я это сделаю, кошечка»?
«О чем тут можно думать, милый? У вас же брачный контракт, да еще с особыми условиями. Подсунь ей мужичка, она закрутит роман, а тебе останется только подослать к ней сыщика с фотоаппаратом».
После свадьбы мы с мужем на спор заключили брачный контракт с изюминкой — в случае измены любой из нас теряет все состояние. Я о нем забыла, а вот Зайцев решил этим воспользоваться, чтобы оставить меня без копейки. Ладно, муженек, посмотрим, кто из нас будет сидеть у разбитого корыта.
Один незваный гость. Один плохой кофе. И липкое предчувствие грядущей беды, оставшееся в комнате после того, как за молодым мужчиной закрылась дверь.
Альфа главной городской стаи волков-оборотней бесследно исчез после встречи с нереидой. Теперь у неё есть всего несколько дней, чтобы разыскать вожака, иначе нежеланная, но стремительно приближающаяся свадьба рискует превратиться в поминки. Пока город замер в ожидании передела власти, главная героиня разрывается между смертельной игрой в поддавки с персональным врагом и расследованием. Ступая по кровавому следу, она находит своих знакомых убитыми одного за другим. Реальность даёт трещину, а за спиной сгущается тьма. Смерть дышит девушке в затылок, напоминая: здесь выживает сильнейший. И в этот раз это не она. Помощи ждать не от кого. Друзей не осталось. Рядом лишь запертая в клетке птица, постоянно глядящая в пустоту, словно там что-то есть, и вампир, наведывающийся по ночам, чтобы окончательно свести с ума своей жаждой мести.
Альфа главной городской стаи волков-оборотней бесследно исчез после встречи с нереидой. Теперь у неё есть всего несколько дней, чтобы разыскать вожака, иначе нежеланная, но стремительно приближающаяся свадьба рискует превратиться в поминки. Пока город замер в ожидании передела власти, главная героиня разрывается между смертельной игрой в поддавки с персональным врагом и расследованием. Ступая по кровавому следу, она находит своих знакомых убитыми одного за другим. Реальность даёт трещину, а за спиной сгущается тьма. Смерть дышит девушке в затылок, напоминая: здесь выживает сильнейший. И в этот раз это не она. Помощи ждать не от кого. Друзей не осталось. Рядом лишь запертая в клетке птица, постоянно глядящая в пустоту, словно там что-то есть, и вампир, наведывающийся по ночам, чтобы окончательно свести с ума своей жаждой мести.
О том, что у меня будут дети, я узнала от мужа. Родит их его любовница, но воспитывать придётся мне…
— Лика, ты бесплодна, поэтому я сам решил твою проблему! Всё во имя семьи.
— Ты не втянешь меня в это, Данилов. Пусть твои шлюхи воспитывают тебе наследников, но не я…
— Она не шлюха… Кстати, ты её прекрасно знаешь, и уверен, будешь довольна кандидатурой. Лика, я главный в семье, и всё будет так, как я скажу!
— Нет никакой семьи…
Получив удар в спину от самого близкого человека, я не сломалась. И даже узнав, кто именно вынашивает его детей, я снова не пала на колени.
Они не увидят моих слёз. Им всё вернётся моей местью.
Со мной так нельзя!
Но внезапно у меня появился соратник… Человек, которого я не видела двадцать лет. Могущественный, властный и люто ненавидящий моего мужа. Павел Быстров… Моя первая любовь.
— Лика, ты бесплодна, поэтому я сам решил твою проблему! Всё во имя семьи.
— Ты не втянешь меня в это, Данилов. Пусть твои шлюхи воспитывают тебе наследников, но не я…
— Она не шлюха… Кстати, ты её прекрасно знаешь, и уверен, будешь довольна кандидатурой. Лика, я главный в семье, и всё будет так, как я скажу!
— Нет никакой семьи…
Получив удар в спину от самого близкого человека, я не сломалась. И даже узнав, кто именно вынашивает его детей, я снова не пала на колени.
Они не увидят моих слёз. Им всё вернётся моей местью.
Со мной так нельзя!
Но внезапно у меня появился соратник… Человек, которого я не видела двадцать лет. Могущественный, властный и люто ненавидящий моего мужа. Павел Быстров… Моя первая любовь.
– Что ты делаешь с моим сыном? – испуганно ахает девушка, с которой я провел случайную ночь. Смотрит на меня во все глаза. Подбегает, забирает ребенка и не подпускает меня к нему.
– Это мой пациент, – отрезаю сурово. – Верни его обратно. Я должен закончить осмотр.
– Не верну! – заявляет дрожа всем телом.
– Я его лечащий врач и должен его осмотреть, – рычу недовольно. Она кидает на меня затравленный взгляд. – Родила больного ребенка, а я теперь расхлебывать должен. Думать нужно до того, как непонятно от кого залетать!
Она резко разворачивается и мне со всего размаху прилетает пощечина.
– Вообще-то это твой сын, Слав!
– Это мой пациент, – отрезаю сурово. – Верни его обратно. Я должен закончить осмотр.
– Не верну! – заявляет дрожа всем телом.
– Я его лечащий врач и должен его осмотреть, – рычу недовольно. Она кидает на меня затравленный взгляд. – Родила больного ребенка, а я теперь расхлебывать должен. Думать нужно до того, как непонятно от кого залетать!
Она резко разворачивается и мне со всего размаху прилетает пощечина.
– Вообще-то это твой сын, Слав!
— Я твоя жена! Я имею право…
— На что? — прерывает меня муж.
— На честность и… верность!
— А по какой причине ты ставишь под сомнение мою верность?
— Ты издеваешься... Ромео? — добавляю прозвище, которое ему дали в компании за бесчисленные романы с сотрудницами.
— И? Что это доказывает? Это игры, это имидж, это просто слухи! Уж тебе ли не знать, мой маленький PR менеджер, как это работает.
— Вот именно, что я знаю, как это работает, потому и не верю ни единому твоему слову!
Так случилось, что я теперь работаю в компании мужа, и мне открылась совершенно чудовищная информация, что он изменял мне десятки раз.
И при этом виртуозно скрывался.
Мое сердце разбито, но я не буду страдать. Я устрою ему такую проверку, которую он просто не сможет пройти, не выдав себя!
И если все это правда, это я ему отомщу, разорву сердце и брошу!
А не он меня!
— На что? — прерывает меня муж.
— На честность и… верность!
— А по какой причине ты ставишь под сомнение мою верность?
— Ты издеваешься... Ромео? — добавляю прозвище, которое ему дали в компании за бесчисленные романы с сотрудницами.
— И? Что это доказывает? Это игры, это имидж, это просто слухи! Уж тебе ли не знать, мой маленький PR менеджер, как это работает.
— Вот именно, что я знаю, как это работает, потому и не верю ни единому твоему слову!
Так случилось, что я теперь работаю в компании мужа, и мне открылась совершенно чудовищная информация, что он изменял мне десятки раз.
И при этом виртуозно скрывался.
Мое сердце разбито, но я не буду страдать. Я устрою ему такую проверку, которую он просто не сможет пройти, не выдав себя!
И если все это правда, это я ему отомщу, разорву сердце и брошу!
А не он меня!
"— Нам на Кортиании нужна небольшая реформа, — покладисто растолковывает он. — Мы с тобой создадим новые правила отношений на планете. У тебя будет три фаворита, и вся планета будет наблюдать за твоими отношениями с ними.
— Ты ненормальный?
— Что ты сказала? Я не расслышал, переводчик барахлит.
Его тон мгновенно меняется, становится предупреждающим и опасным.
— Я хотела сказать, что это очень амбициозная идея, тао. А три фаворита для меня одной многовато.
— Это верно. Но нам, правителям, положено быть амбициозными, карум. А женщинам на Кортиании положено быть раскованными. Все, что от тебя требуется: только слушаться. Я сделаю тебя богиней"
— Ты ненормальный?
— Что ты сказала? Я не расслышал, переводчик барахлит.
Его тон мгновенно меняется, становится предупреждающим и опасным.
— Я хотела сказать, что это очень амбициозная идея, тао. А три фаворита для меня одной многовато.
— Это верно. Но нам, правителям, положено быть амбициозными, карум. А женщинам на Кортиании положено быть раскованными. Все, что от тебя требуется: только слушаться. Я сделаю тебя богиней"
— Мам, посмотри, какого папу я нашла!
Хлопаю ресницами и смотрю в бездонные черные глаза… настоящего папы моей дочки!
Когда-то он стал моей первой большой любовью и первым разочарованием. Красавец турок спас меня, заставил поверить в его чувства, а потом женился на другой.
Я ушла с гордо поднятой головой и малышкой под сердцем.
Прошло пять лет, и вот мы встретились снова.
Я, моя дочь, которая мечтает об отце, и мужчина, который не должен узнать о ребенке…
— Я узнал, что она — моя дочь. У меня есть неопровержимые доказательства.
— И что, заберешь ее? Увезешь в Турцию?
— Нет, я приехал к вам. Я верну тебя, любимая!
Хлопаю ресницами и смотрю в бездонные черные глаза… настоящего папы моей дочки!
Когда-то он стал моей первой большой любовью и первым разочарованием. Красавец турок спас меня, заставил поверить в его чувства, а потом женился на другой.
Я ушла с гордо поднятой головой и малышкой под сердцем.
Прошло пять лет, и вот мы встретились снова.
Я, моя дочь, которая мечтает об отце, и мужчина, который не должен узнать о ребенке…
— Я узнал, что она — моя дочь. У меня есть неопровержимые доказательства.
— И что, заберешь ее? Увезешь в Турцию?
— Нет, я приехал к вам. Я верну тебя, любимая!
Выберите полку для книги