Книги по тегу «сильная героиня»: ""

— Ты подал на меня в суд?
— Оксан, это просто… формальность. Чтобы ты… не позорила меня.
— Я говорила правду. Ты понимаешь, что натворил?
— И что? Я не хотел, чтобы всё вышло наружу.
— Тогда не надо было изменять мне девочкой, которой я спасла жизнь.
Я — врач скорой. Женщина, которая всегда все тянула на себе. Мужа. Дом. Дочь.
А он — просто взял и предал.
Сначала — втихаря, как крыса. Потом — в наглую. А в конце ещё и подал на меня в суд «за моральный вред».
Он ждал, что я буду молчать. Он надеялся, что я проглочу. Но я сказала: пощады теперь не жди!

— Мам, — рыдаю, — я их видела!
— Кого, дочка? — не понимает она.
— Мужа и Милану! В магазине! Вместе!
Мама молчит.
— Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у них была общая корзина...
— Ксюш... — она тяжело вздыхает.
— Сколько это длится? Ты знаешь?
Долгая пауза.
— Месяца три, — говорит мама тихо. — Может, больше...

Два самых близких человека — любимый муж и обожаемая племянница, люди, которым я беззаветно доверяла, цинично предали меня, думая, что, разбившись, моё сердце больше никогда не забьется.
Они очень ошиблись, и я это докажу.

— Папа целовал маму Ариши, — шепчет мой пятилетний сынок Пашенька на ухо, прикрыв рот ладошкой. Отстраняется. — Но мне это приснилось.
— Да? — вытираю его нос, пытаясь скрыть дрожь в руке.
— Да, так папа сказал, — кивает. — Что мне просто приснился плохой сон.
— А что еще было в этом плохом сне?
— Еще, — сынок округляет глаза испуганные глаза. — Он тетю Клаву душил, он она почему-то улыбалась.

— Роберт, как ты мог? И почему именно с ней?
Я возвращаюсь с поминок по отцу и застаю мужа в кровати с моей младшей сестрой. И когда она выскальзывает из спальни, оставляя нас вдвоем, я выдыхаю:
— Ты с ней из-за наследства, да?
— Да, — невозмутимо признает он. — Скажи спасибо своему отцу, который всё состояние оставил Жанне. А ведь я был уверен, что оно достанется тебе. Ты была его любимой дочерью. У меня на эти деньги были планы, понимаешь?
По завещанию я получила только книги из папиной библиотеки, старый дом в деревне, где папа когда-то появился на свет, и черного папиного кота. И это явно не то, на что рассчитывал мой муж.
Сдаться? Простить измену и униженно просить его остаться со мной? Вот уж нет!
И пусть я пока ничего не знаю об огородных делах, я всему научусь и начну собственный бизнес. Да хотя бы на огурцах! Вот только пойму, как их нужно сажать — острым кончиком вверх или вниз?

— Я заберу у тебя дочь! — выкрикнул он, хватая меня за руку, когда я попыталась пройти мимо.
Его пальцы больно впились в кожу, наверняка останутся синяки. Но страшнее физической боли были его слова — они ударили под дых, выбивая воздух из лёгких. Мгновение паники — ледяной, парализующей — сменилось такой яростью, какой я никогда в себе не знала.
— И что ты с ней будешь делать? — я презрительно хмыкнула, высвобождая руку. — Ты, который не помнит, в какой группе она в саду? Который не знает, какие лекарства ей можно, а какие нельзя? Который ни разу не был на родительском собрании?
Я подхватила чемодан, чувствуя, как каждая мышца напряглась от тяжести. Физической и эмоциональной.
— Только попробуй, — прошипела я, обжигая его гневным взглядом. — Только попробуй отнять у меня дочь, и я уничтожу тебя. Клянусь, ты пожалеешь, что родился.

— Так это твой ребёнок?
— Подожди. Ты всё не так поняла.
— Тогда объясни. Почему девочка зовёт тебя папой? Почему ты живёшь на два дома?
Ему нечего было сказать. Я не кричала. Не закатывала истерик. Просто встала и ушла.
Он был уверен — я снова всё «пойму». Сделаю вид, что ничего не вижу. Приму как есть.
Но он просчитался. Жестоко.
Я больше не верю словам. Я проверяю. Я собрала всё по кускам — и ударила туда, где ему действительно больно.

Я решила сделать мужу сюрприз и отпраздновать годовщину вместе во время круиза по Волге… А получилось так, что он сделал сюрприз мне: я застала его с другой. Что же теперь делать? Отправиться домой и все забыть? Или остаться на пароходе и доказать себе, что я еще чего-то стою, и мечтать о счастье можно не только в двадцать лет, но и в сорок пять?

Древняя любовь между конунгом Туманов и смертной заперла врата в мир льда и магии. Но заклятие оказалось неполным — и теперь в сердце Туманов медленно умирают: дух великого воина, целый туманный народ и сам Север, застывший в вечной зиме.

Снайлёйг — последняя из рода хранителей печати. Её зовут вещие сны и голоса предков. Она не воин, не героиня из легенд. У неё есть только одно оружие — сердце, что знает тепло. И именно оно может указать дорогу сквозь смертельные туманы йотунхейма.

Но там её поджидает Соул — сын богини Фрейи и ледяного великана, властелин проклятого дворца, забывший, что такое любовь. Его сердце заморожено с детства. Он жаждет открыть врата, чтобы вернуть йотунам былую силу и отомстить за прошлые обиды.

И для этого ему нужна Снай.

Только она может провести его по тропам, сплетённым из чувств. Только он владеет оружием, способным разрушить древнюю печать.
Но чтобы спасти оба мира, кому-то из них придётся умереть.

Что может быть хуже предательства? Только тройное предательство!
Наталья Савицкая является успешной бизнес-леди, прекрасной женой и матерью, но в один миг все привычные представления о жизни дают сбой, когда она узнает, что родная дочь спит с её мужем. Хуже всего, что сын и остальные домочадцы обо всем знали, и даже не подумали ей об этом рассказать. Пока она в бизнесе завоёвывала новые вершины, её дом превратился в гнездо змей, а она обзавелась рогами.
Вот только хорошо смеется тот, кто смеётся последним. В конце концов, именно она тут главная змея, а как известно рогатые гадюки весьма коварны и достаточно опасны, и она преподнесёт жестокие жизненные уроки всем предателям.

– Ты не имеешь права выгонять Машу из моей квартиры, – строго произнёс муж, схватив меня за руку и вынуждая отпустить сестру.
– О-о-о, так ты решил встать на её защиту. Как это мило. И что же, это я должна покинуть твою квартиру, любимый? – Последнее слово я произнесла с издёвкой, из-за чего Гриша скривился и, что странно, отрицательно покачал головой.
Тут уж снова активизировалась Маша, бросившись моему мужу на грудь, ища в нём защиту.
– Да, Гриша, выгони её вон. Ты же видишь, что она готова меня унизить и... И мне страшно!
– Успокоились! Обе! Мне надо подумать.
Вот так новости! Ему ещё и подумать надо.
– Думай, а я пока соберу свои вещи и съеду от тебя.
– Не забудь забрать вещи своей дочери, она нам не нужна, – язвительно произнесла Маша.
Клоуны! Что сестра, что вставший на её защиту Гриша.