Книги по тегу «сильная героиня»: ""
Я замираю в полушаге от приоткрытой двери. Сердце пропускает удар.
- Она ведь бракованная, посмотри, - каждое слово - как удар ножом по моему сердцу. - Она не смогла тебе дать то, что нужно мужчине. А я... - она ухмыляется, и её красивое лицо искажается, становится похожим на маску хищницы, готовой разорвать жертву. - А я ведь смогу тебе подарить наследника. Сильного, здорового наследника. Мы ведь уже продумали план, разве нет?
- Свет... - голос мужа звучит хрипло, глухо, как будто он задыхается. - Я ведь тебе...
Но он не успевает договорить. Она резко притягивает его к себе и впивается в него своими пухлыми накрашенными губами - жадно, властно, требовательно.
Коробочка с тестом выскальзывает из моих онемевших пальцев и падает на пол с глухим стуком.
***
Я ухожу дорогой муж и пусть твоя карьера, деньги, все твои эксперименты летят к чертям!
- Она ведь бракованная, посмотри, - каждое слово - как удар ножом по моему сердцу. - Она не смогла тебе дать то, что нужно мужчине. А я... - она ухмыляется, и её красивое лицо искажается, становится похожим на маску хищницы, готовой разорвать жертву. - А я ведь смогу тебе подарить наследника. Сильного, здорового наследника. Мы ведь уже продумали план, разве нет?
- Свет... - голос мужа звучит хрипло, глухо, как будто он задыхается. - Я ведь тебе...
Но он не успевает договорить. Она резко притягивает его к себе и впивается в него своими пухлыми накрашенными губами - жадно, властно, требовательно.
Коробочка с тестом выскальзывает из моих онемевших пальцев и падает на пол с глухим стуком.
***
Я ухожу дорогой муж и пусть твоя карьера, деньги, все твои эксперименты летят к чертям!
Она потеряла всё. Но чтобы выжить — ей придётся стать сильнее, чем когда-либо.
После гибели Джахара Азалия оказывается во дворце, где власть делят предатели, а любовь превращается в оружие. Насилие, плен, предательство — всё, что должно было сломить её, закаляет.
Маруан возвращается — не как спаситель, а как палач судьбы. Его мир жесток, его сердце обожжено войной. Но именно ему суждено увидеть в Азалии не рабыню, а женщину, способную гореть ярче любых корон и палачей.
Кровь, побег, война кланов, пыль пустыни и пламя страсти — из этих обломков рождается новая Азалия. Несломленная. Та, что уже не молится о спасении — она сама становится возмездием.
Они встретились как враги, стали пленником и трофеем, но любовь между ними опаснее войны.
После гибели Джахара Азалия оказывается во дворце, где власть делят предатели, а любовь превращается в оружие. Насилие, плен, предательство — всё, что должно было сломить её, закаляет.
Маруан возвращается — не как спаситель, а как палач судьбы. Его мир жесток, его сердце обожжено войной. Но именно ему суждено увидеть в Азалии не рабыню, а женщину, способную гореть ярче любых корон и палачей.
Кровь, побег, война кланов, пыль пустыни и пламя страсти — из этих обломков рождается новая Азалия. Несломленная. Та, что уже не молится о спасении — она сама становится возмездием.
Они встретились как враги, стали пленником и трофеем, но любовь между ними опаснее войны.
Он ушёл к другой, оставив её с тремя детьми на руках и сломанной жизнью. Она потеряла всё: веру, любовь, работу. Но именно это предательство стало тем самым пинком, который заставил её подняться с колен.
Что ждёт героиню? И кто протянет ей руку, когда от всего мира останется лишь пустота?
Новая история о силе, скрытой в каждой женщине, и о том, что самое яркое солнце всегда восходит после самой тёмной ночи.
Все персонажи вымышлены, а любые совпадения с реальными людьми – либо случайность, либо они действительно заслуживают быть героями книги!
Что ждёт героиню? И кто протянет ей руку, когда от всего мира останется лишь пустота?
Новая история о силе, скрытой в каждой женщине, и о том, что самое яркое солнце всегда восходит после самой тёмной ночи.
Все персонажи вымышлены, а любые совпадения с реальными людьми – либо случайность, либо они действительно заслуживают быть героями книги!
— А что я себе позволил? Это просто моя секретарша, — сказал он таким тоном, словно речь шла о погоде, а не о другой женщине на его рабочем столе.
— Мы разведемся, — ответила я твердо, удивляясь собственной решимости.
Юра смерил меня холодным взглядом — таким же холодным, каким смотрят на надоевшую вещь.
— По миру пойдешь, — неожиданно сказал он. — Мои адвокаты даже половину тебе не отпишут. Так что будь благоразумной. Забери Милану из школы и отправляйся домой. И жди меня.
Больше двадцати лет брака, две дочери и другая женщина в жизни мужа. Такого я точно не ожидала от своего "счастливого" брака.
— Мы разведемся, — ответила я твердо, удивляясь собственной решимости.
Юра смерил меня холодным взглядом — таким же холодным, каким смотрят на надоевшую вещь.
— По миру пойдешь, — неожиданно сказал он. — Мои адвокаты даже половину тебе не отпишут. Так что будь благоразумной. Забери Милану из школы и отправляйся домой. И жди меня.
Больше двадцати лет брака, две дочери и другая женщина в жизни мужа. Такого я точно не ожидала от своего "счастливого" брака.
После огня приходит пепел. А после пепла — шёпот.
Пожарная Лейла Морган — единственная, кто выжила в загадочном пожаре в Черном Кедраче, где погиб ее напарник. Но спасение оказалось началом кошмара. В выжженных лесах начинают находить тела — высушенные, с таинственными символами на коже. Лейла понимает: то, что вырвалось из огня в тот роковой день, никуда не ушло.
Древний дух огня, Аш-Бик’ах, пробудился и видит в ней проводника своей воли. Его шёпот звучит в её сознании, а леденящий холод становится спутником каждой новой жертвы. Когда на станции появляется Такани — молчаливый советник из резервации с слишком проницательным взглядом, — его спокойствие становится для Лейлы одновременно отравой и спасением.
Чтобы остановить череду смертей и защитить последних близких, Лейле придётся принять свою новую природу и заключить сделку с самим пламенем. Ценой её души. Мистический триллер и дарк-роман о цене выживания, искушении силой и тонкой грани между спасителем и пособником.
Пожарная Лейла Морган — единственная, кто выжила в загадочном пожаре в Черном Кедраче, где погиб ее напарник. Но спасение оказалось началом кошмара. В выжженных лесах начинают находить тела — высушенные, с таинственными символами на коже. Лейла понимает: то, что вырвалось из огня в тот роковой день, никуда не ушло.
Древний дух огня, Аш-Бик’ах, пробудился и видит в ней проводника своей воли. Его шёпот звучит в её сознании, а леденящий холод становится спутником каждой новой жертвы. Когда на станции появляется Такани — молчаливый советник из резервации с слишком проницательным взглядом, — его спокойствие становится для Лейлы одновременно отравой и спасением.
Чтобы остановить череду смертей и защитить последних близких, Лейле придётся принять свою новую природу и заключить сделку с самим пламенем. Ценой её души. Мистический триллер и дарк-роман о цене выживания, искушении силой и тонкой грани между спасителем и пособником.
- Ты хочешь, чтобы я притворилась служанкой в нашем же доме? В доме, который я обустраивала шесть лет?
- Это только слова! - Ахмет впервые кричал на меня, сжимая мои пальцы на своей груди. - Только на несколько дней! Пока родители не уедут! Клянусь тебе, для меня ты - всё! Ты - моя жена перед Богом! Но по нашим законам… они не поймут!
- А перед людьми? Перед твоими родителями я буду прислугой.
Шесть лет назад я полюбила кавказского мужчину Ахмеда, мы стали жить вместе и все эти годы мы были счастливы. Одно немного омрачало нашу жизнь - он никогда не знакомил меня со своей роднёй...
Сегодня его родители звонят из аэропорта и говорят, что через час приедут, а любимый хочет, чтобы я притворилась прислугой в собственном доме...
- Это только слова! - Ахмет впервые кричал на меня, сжимая мои пальцы на своей груди. - Только на несколько дней! Пока родители не уедут! Клянусь тебе, для меня ты - всё! Ты - моя жена перед Богом! Но по нашим законам… они не поймут!
- А перед людьми? Перед твоими родителями я буду прислугой.
Шесть лет назад я полюбила кавказского мужчину Ахмеда, мы стали жить вместе и все эти годы мы были счастливы. Одно немного омрачало нашу жизнь - он никогда не знакомил меня со своей роднёй...
Сегодня его родители звонят из аэропорта и говорят, что через час приедут, а любимый хочет, чтобы я притворилась прислугой в собственном доме...
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🔥
— Мам, а это что? — сын держит в руках чужой тест на беременность с яркими полосками.
Смотрю на эту штуку и понимаю: утро, которое начиналось со скучной овсянки, только что раскололо мою жизнь на две части. Муж делает вид, что ничего не происходит, а я цепляюсь за последнюю надежду: может, это ошибка?
Но сын наивно уточняет: «А тётя с работы снова поедет с нами в машине?»
Одна маленькая фраза — и моя уютная, привычная жизнь рушится, словно карточный домик.
Что делать, когда чужое счастье уже растёт под сердцем другой женщины, а тебе остаётся только осколки собственной мечты?
— Мам, а это что? — сын держит в руках чужой тест на беременность с яркими полосками.
Смотрю на эту штуку и понимаю: утро, которое начиналось со скучной овсянки, только что раскололо мою жизнь на две части. Муж делает вид, что ничего не происходит, а я цепляюсь за последнюю надежду: может, это ошибка?
Но сын наивно уточняет: «А тётя с работы снова поедет с нами в машине?»
Одна маленькая фраза — и моя уютная, привычная жизнь рушится, словно карточный домик.
Что делать, когда чужое счастье уже растёт под сердцем другой женщины, а тебе остаётся только осколки собственной мечты?
Открываю шкаф и вижу в углу аккуратный красный пакет с бантиком. Улыбаюсь — давно Демид не делал мне сюрпризов! Достаю содержимое и ахаю: внутри лежит платье, но размер настолько крошечный, что мне больно его держать.
Когда дверь хлопает, я даже не сразу понимаю, что это Демид вернулся.
— Это что? - спрашиваю хрипло.
— Платье, — спокойно отвечает он.
— Для кого?
— Ну, раз ты все поняла, то да, оно явно не для тебя. Ты ведь в него не влезешь.
— Как ты можешь? — выдавливаю я. — Если бы не эти дурацкие гормоны, я была бы стройной.
— Гормоны? — он криво усмехается. — Лада, а торты по ночам — это тоже гормоны? Я хочу семью и детей. Я хочу, чтобы рядом со мной была красивая стройная женщина.
Швыряю платье на пол и начинаю его топтать ногами.
— Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! – резко смотрю на Демида и добавляю: - Мы разводимся.
Когда дверь хлопает, я даже не сразу понимаю, что это Демид вернулся.
— Это что? - спрашиваю хрипло.
— Платье, — спокойно отвечает он.
— Для кого?
— Ну, раз ты все поняла, то да, оно явно не для тебя. Ты ведь в него не влезешь.
— Как ты можешь? — выдавливаю я. — Если бы не эти дурацкие гормоны, я была бы стройной.
— Гормоны? — он криво усмехается. — Лада, а торты по ночам — это тоже гормоны? Я хочу семью и детей. Я хочу, чтобы рядом со мной была красивая стройная женщина.
Швыряю платье на пол и начинаю его топтать ногами.
— Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! – резко смотрю на Демида и добавляю: - Мы разводимся.
Мне сорок. Я - попаданка. Судьба, не спрашивая, отправила меня в магический мир, подарив полуразрушенную усадьбу и голодных крестьяян. Теперь мне надо справиться с вызовами этого мира. А заодно объяснить одному надменному аристократу, что он совершенно не в моем вкусе.
— Это что?
— Просто переписка.
— Просто? Ты называешь «скучаю, хочу тебя» — просто?
— Марин… не устраивай допрос.
— А ты не устраивай спектакль.
Он замолчал. Всегда молчал, когда не было, чем оправдаться. И в этой тишине я впервые поняла: то, что я считала семьёй, давно стало декорацией.
Никаких криков. Никаких угроз. Только короткое — «я всё поняла» и шаг в сторону, откуда уже не возвращаются.
А дальше — началась игра. Холодная, точная, с участием того, кто умеет бить без шума.
Мой начальник. Он не спрашивал, что случилось. Он просто посмотрел на моего мужа — и сказал тихо: «Теперь страдать будет он.»
И да… он сдержал слово.
— Просто переписка.
— Просто? Ты называешь «скучаю, хочу тебя» — просто?
— Марин… не устраивай допрос.
— А ты не устраивай спектакль.
Он замолчал. Всегда молчал, когда не было, чем оправдаться. И в этой тишине я впервые поняла: то, что я считала семьёй, давно стало декорацией.
Никаких криков. Никаких угроз. Только короткое — «я всё поняла» и шаг в сторону, откуда уже не возвращаются.
А дальше — началась игра. Холодная, точная, с участием того, кто умеет бить без шума.
Мой начальник. Он не спрашивал, что случилось. Он просто посмотрел на моего мужа — и сказал тихо: «Теперь страдать будет он.»
И да… он сдержал слово.
Выберите полку для книги