Книги по тегу «сильная героиня»: ""
Мия была счастлива: любящий муж, роскошная жизнь и долгожданная новость о беременности. Но в один вечер всё рушится. Подставленная и обвинённая в измене, она становится жертвой жестокого приговора собственного мужа — могущественного главы клана Льва Грифа. Без права на оправдание Мию отправляют в элитный закрытый бордель «Сапфир», место, откуда почти никто не возвращается.
Но Мия не сломается. Ради своего ребёнка она готова выжить любой ценой. Даже если для этого придётся заключить опасную сделку с врагами мужа и разрушить империю человека, которого она когда-то любила больше жизни.
Любовь, предательство, власть и месть переплетаются в истории о женщине, которую пытались уничтожить… но сделали только сильнее.
Но Мия не сломается. Ради своего ребёнка она готова выжить любой ценой. Даже если для этого придётся заключить опасную сделку с врагами мужа и разрушить империю человека, которого она когда-то любила больше жизни.
Любовь, предательство, власть и месть переплетаются в истории о женщине, которую пытались уничтожить… но сделали только сильнее.
Отношения между врачом и пациенткой — полное и безоговорочное табу. Багиров выучил это наизусть ещё на первом курсе медунивера.
Главврач областной психиатрички, кандидат наук с многолетней частной практикой, Тимур Айдарович Багиров думал, что способен увидеть насквозь любую душу.
Кроме своей.
Профессиональная этика дала по мозгам и отрикошетила пулей в сердце, когда он в каком-то захудалом баре спас молодую женщину от панической атаки.
***
Перед глазами плывёт. Я вижу лес, вижу свои руки в стальных браслетах колючей проволоки, кровь на снегу…
Это всего лишь воспоминания. Это не по-настоящему.
Не помогает.
Чей-то силуэт загораживает мне обзор.
- Посмотри на меня! Что пила? Ела?
Это же не он?! Нет. Это какой-то другой мужик. Большой, чернявый, страшный. Здоровенный, как лось. Я боюсь его.
- Успокойся, я врач. Так, у нас с тобой гипервентиляция лёгких. Смотри на меня. На счет «раз» начинаешь вдыхать. Медленно...
Главврач областной психиатрички, кандидат наук с многолетней частной практикой, Тимур Айдарович Багиров думал, что способен увидеть насквозь любую душу.
Кроме своей.
Профессиональная этика дала по мозгам и отрикошетила пулей в сердце, когда он в каком-то захудалом баре спас молодую женщину от панической атаки.
***
Перед глазами плывёт. Я вижу лес, вижу свои руки в стальных браслетах колючей проволоки, кровь на снегу…
Это всего лишь воспоминания. Это не по-настоящему.
Не помогает.
Чей-то силуэт загораживает мне обзор.
- Посмотри на меня! Что пила? Ела?
Это же не он?! Нет. Это какой-то другой мужик. Большой, чернявый, страшный. Здоровенный, как лось. Я боюсь его.
- Успокойся, я врач. Так, у нас с тобой гипервентиляция лёгких. Смотри на меня. На счет «раз» начинаешь вдыхать. Медленно...
— Положи телефон, — повторяет. — Давай поговорим.
— Поговорим? — я встаю. Руки трясутся, голос срывается. — Ты полгода спал с моей знакомой, писал ей, какая я плохая, какая она замечательная, и хочешь поговорить?
— Жень, не начинай.
— Не начинать? — я уже ору. Сама не замечаю. — Я тебя семь лет содержала! Ты без меня ноль! Ты бы без моих денег на улице ночевал! А она — вдохновение?!
Он меняется в лице. Злость появляется. Настоящая, мужская, которую он при мне никогда не показывал.
— А ты думала, мне легко? — шипит он. — Думала, приятно быть нищебродом при жене-бизнесвумен? Ты всегда всем недовольна! То у меня бизнес не такой, то книга не пишется, то я мало зарабатываю! А я мужик! Я хочу, чтоб меня уважали! Чтоб мной гордились! А ты... ты только пилишь и пилишь!
— Я тебя содержала! — кричу. — Я тебе деньги давала на твои проекты! Я тебя никогда не пилила!
— Поговорим? — я встаю. Руки трясутся, голос срывается. — Ты полгода спал с моей знакомой, писал ей, какая я плохая, какая она замечательная, и хочешь поговорить?
— Жень, не начинай.
— Не начинать? — я уже ору. Сама не замечаю. — Я тебя семь лет содержала! Ты без меня ноль! Ты бы без моих денег на улице ночевал! А она — вдохновение?!
Он меняется в лице. Злость появляется. Настоящая, мужская, которую он при мне никогда не показывал.
— А ты думала, мне легко? — шипит он. — Думала, приятно быть нищебродом при жене-бизнесвумен? Ты всегда всем недовольна! То у меня бизнес не такой, то книга не пишется, то я мало зарабатываю! А я мужик! Я хочу, чтоб меня уважали! Чтоб мной гордились! А ты... ты только пилишь и пилишь!
— Я тебя содержала! — кричу. — Я тебе деньги давала на твои проекты! Я тебя никогда не пилила!
Я, Ракель Софсъ, пятая дочь короля Вении, выпиваю в покоях служанки. Слушаю о том, как тяжело она перенесла гибель моего мужа и рождение их общего ребенка. Я могла бы возненавидеть ее всем сердцем( чисто по-женски), но ведь это ее проблемы, а не мои. Да пусть хоть ее сыночек-бастард займет трон, лишь бы меня оставили в покое и дали шанс на спасение от этой придворной пыли. А если шанса мне не дадут - я вырву его зубами.
Захожу в кабинет мужа и вижу его в объятиях Алины, его бывшей невесты. Её руки на его плечах, его ладони на её талии. Их губы соприкасаются снова и снова, неторопливо, будто никто не должен их застать.
– Лариса, – произносит муж голосом, в котором нет ни капли раскаяния. – Какого черты ты здесь делаешь?!
– Ой, прости, что прервала ваше срочное служебное совещание. Может, мне выйти и заново зайти? – отвечаю с иронией.
– Лариса, обойдемся без драм, – говорит муж. – У нас трехгодовалая дочь, ты беременна вторым ребенком. Подумай о детях, прежде чем устраивать истерику.
– Подумай о детях? – повторяю. – А ты думал о них, когда изменял мне?
***
Бывшая невеста мужа работает в его компании и планирует занять моё место не только в постели, но и в жизни. Но что, если я не сломаюсь? Если та, которую пять лет методично уничтожали, окажется сильнее, чем все думали?
– Лариса, – произносит муж голосом, в котором нет ни капли раскаяния. – Какого черты ты здесь делаешь?!
– Ой, прости, что прервала ваше срочное служебное совещание. Может, мне выйти и заново зайти? – отвечаю с иронией.
– Лариса, обойдемся без драм, – говорит муж. – У нас трехгодовалая дочь, ты беременна вторым ребенком. Подумай о детях, прежде чем устраивать истерику.
– Подумай о детях? – повторяю. – А ты думал о них, когда изменял мне?
***
Бывшая невеста мужа работает в его компании и планирует занять моё место не только в постели, но и в жизни. Но что, если я не сломаюсь? Если та, которую пять лет методично уничтожали, окажется сильнее, чем все думали?
Захожу в отель и иду к решепшену. Хочу сделать мужу сюрприз на день рождения, забронировать номер на выходные в очень романтичном отеле, только я и он… целые выходные.
Разглядываю красивый хол… мой взгляд останавливается…
У лифта узнаю в мужчине Романа, своего мужа и он с какой - то рыжеволосой женщиной, лет двадцати пяти.
Роман должен быть на работе на севере, на алмазных месторождениях.
Женщина смеётся, запрокидывая голову. Роман смотрит на неё так, как когда-то смотрел на меня.
Время замирает. Звуки холла превращаются в белый шум. Сердце начинает колотиться так громко, что кажется, весь отель слышит.
Роман наклоняется к рыжей. Целует её в губы. Долго, страстно, как целуют только любимых женщин.
Я стою в десяти метрах и не могу пошевелиться. Не могу дышать. Не могу понять, что происходит.
Приезжает лифт. Они заходят внутрь, всё ещё обнимаясь. Роман гладит её по волосам, шепчет что-то на ухо. Она смеётся.
Двери закрываются.
Разглядываю красивый хол… мой взгляд останавливается…
У лифта узнаю в мужчине Романа, своего мужа и он с какой - то рыжеволосой женщиной, лет двадцати пяти.
Роман должен быть на работе на севере, на алмазных месторождениях.
Женщина смеётся, запрокидывая голову. Роман смотрит на неё так, как когда-то смотрел на меня.
Время замирает. Звуки холла превращаются в белый шум. Сердце начинает колотиться так громко, что кажется, весь отель слышит.
Роман наклоняется к рыжей. Целует её в губы. Долго, страстно, как целуют только любимых женщин.
Я стою в десяти метрах и не могу пошевелиться. Не могу дышать. Не могу понять, что происходит.
Приезжает лифт. Они заходят внутрь, всё ещё обнимаясь. Роман гладит её по волосам, шепчет что-то на ухо. Она смеётся.
Двери закрываются.
— Дим, — она провела пальцем по его нижней губе, — а жена точно не нагрянет?
Он усмехнулся. Перехватил её руку, поцеловал запястье.
— Она в Питере. Конференция. Раньше субботы не вернётся. — И добавил тише, но я услышала. Каждый слог. — Аня у нас вообще не из тех, кто проверяет. Доверяет — как дышит.
Доверяет. Как дышит.
— Повезло тебе, — она хмыкнула.
— Мне вообще по жизни везёт, — он обнял её обеими руками, притянул к себе. — Ну что, поднимемся? Номер оплачен. Шампанское ждёт.
Она прижалась к нему, каблуком скользнула по его голени — медленно, откровенно.
— А цветы?
— Наверху, — он коснулся губами её виска. — Двадцать одна роза. Как ты любишь.
Он усмехнулся. Перехватил её руку, поцеловал запястье.
— Она в Питере. Конференция. Раньше субботы не вернётся. — И добавил тише, но я услышала. Каждый слог. — Аня у нас вообще не из тех, кто проверяет. Доверяет — как дышит.
Доверяет. Как дышит.
— Повезло тебе, — она хмыкнула.
— Мне вообще по жизни везёт, — он обнял её обеими руками, притянул к себе. — Ну что, поднимемся? Номер оплачен. Шампанское ждёт.
Она прижалась к нему, каблуком скользнула по его голени — медленно, откровенно.
— А цветы?
— Наверху, — он коснулся губами её виска. — Двадцать одна роза. Как ты любишь.
Об измене мужа я впервые догадалась, когда его старый планшет подцепился к домашней сети в незнакомом месте.
Я — начинающий кондитер, а его любовница заказала у меня торт.
Муж против этого увлечения и не стесняется публично отчитывать меня:
– Зарабатываешь? Это копейки, – отрезал Сергей. – Этих денег едва хватает на твои же продукты. Я обеспечиваю семью, я оплачиваю счета, я покупаю еду. А ты просишь у меня деньги на новые формочки, чтобы лепить из них шоколадные фигурки. Это смешно, Ася. Повзрослей уже. И хватит устраивать истерики на публике, ты меня позоришь!
***
Муж не верил в меня, а его любовница строчила гневные отзывы на мои работы. Пришло время отомстить обоим!
Я — начинающий кондитер, а его любовница заказала у меня торт.
Муж против этого увлечения и не стесняется публично отчитывать меня:
– Зарабатываешь? Это копейки, – отрезал Сергей. – Этих денег едва хватает на твои же продукты. Я обеспечиваю семью, я оплачиваю счета, я покупаю еду. А ты просишь у меня деньги на новые формочки, чтобы лепить из них шоколадные фигурки. Это смешно, Ася. Повзрослей уже. И хватит устраивать истерики на публике, ты меня позоришь!
***
Муж не верил в меня, а его любовница строчила гневные отзывы на мои работы. Пришло время отомстить обоим!
Я просто хотела сдать последний экзамен на отлично, чтобы получить распределение в королевский дворец и спасти свое княжество.
И теперь в академии тает снег, оживают дубы, сходят с ума фамильяры, а горгульи комментируют ректорские парики.
Потому что я, Лисинья Ветроград, гордость факультета и опора семьи, разбудила то, что должно было спать вечно.
И теперь в академии тает снег, оживают дубы, сходят с ума фамильяры, а горгульи комментируют ректорские парики.
Потому что я, Лисинья Ветроград, гордость факультета и опора семьи, разбудила то, что должно было спать вечно.
Выберите полку для книги