Книги по тегу «сильные чувства»: ""
Каждая девушка должна в своей жизни получить очень непристойное предложение от безумно привлекательного мужчины.
Настаиваю - каждая!
Чтобы пережить этот невыносимый момент - ты его хочешь, но как же женская гордость?!
Ты бы и бесплатно ему отдалась, зачем деньги?
С деньгами все становится намного сложнее.
Я ведь не такая! Мужчина, за кого вы меня принимаете?
И что - гордо отказаться? Согласиться, но вернуть утром деньги?
И вообще - зачем это ему?
Настаиваю - каждая!
Чтобы пережить этот невыносимый момент - ты его хочешь, но как же женская гордость?!
Ты бы и бесплатно ему отдалась, зачем деньги?
С деньгами все становится намного сложнее.
Я ведь не такая! Мужчина, за кого вы меня принимаете?
И что - гордо отказаться? Согласиться, но вернуть утром деньги?
И вообще - зачем это ему?
"Люб, срочно посмотри видео" - прилетает сообщение от подруги
Пальцы дрожат, когда открываю видеофайл.
На экране — коридор гостиницы. Камера трясется, видно, что снимают украдкой, из-за угла. Качество не очень, но достаточно хорошее, чтобы разглядеть...
Кирилл. Мой муж. За ним шествует женщина. Высокая, стройная, в коротком платье. Блондинка. Она смеется, придерживая его под руку.
Мир начинает плыть перед глазами.
Кирилл останавливается у двери номера, возится с ключ-картой. Женщина прижимается к нему сзади, гладит по груди. Он оборачивается, хватает ее за талию и прижимает к себе. Целует. Долго, страстно.
Я не могу дышать.
Дверь номера открывается. Кирилл что-то говорит женщине, показывает рукой вглубь комнаты. Она смеется и затаскивает его внутрь. Дверь захлопывается.
Видео заканчивается. И моя жизнь тоже.
После такого предательства не выживают.
Пальцы дрожат, когда открываю видеофайл.
На экране — коридор гостиницы. Камера трясется, видно, что снимают украдкой, из-за угла. Качество не очень, но достаточно хорошее, чтобы разглядеть...
Кирилл. Мой муж. За ним шествует женщина. Высокая, стройная, в коротком платье. Блондинка. Она смеется, придерживая его под руку.
Мир начинает плыть перед глазами.
Кирилл останавливается у двери номера, возится с ключ-картой. Женщина прижимается к нему сзади, гладит по груди. Он оборачивается, хватает ее за талию и прижимает к себе. Целует. Долго, страстно.
Я не могу дышать.
Дверь номера открывается. Кирилл что-то говорит женщине, показывает рукой вглубь комнаты. Она смеется и затаскивает его внутрь. Дверь захлопывается.
Видео заканчивается. И моя жизнь тоже.
После такого предательства не выживают.
СКИДКА ДО 13 ЯНВАРЯ!
Я в шоке смотрю, как муж входит в дом, обнимая за талию длинноногую блондинку.
Он взасос целует ее у меня на глазах.
— Располагайся, чувствуй себя, как дома, котенок.
Фифа презрительно смотрит на меня.
— Я, что, с твоей бывшей кикиморой под одной крышей буду жить?!
Они говорят так, будто меня нет, словно я — пустое место!
— Разумеется, нет, котенок. Она сейчас уберется отсюда.
Муж переводит взгляд на меня и цедит по слогам.
— Пошла отсюда. Живо. У тебя пять минут. Или я выкину тебя на улицу!
Я в шоке смотрю, как муж входит в дом, обнимая за талию длинноногую блондинку.
Он взасос целует ее у меня на глазах.
— Располагайся, чувствуй себя, как дома, котенок.
Фифа презрительно смотрит на меня.
— Я, что, с твоей бывшей кикиморой под одной крышей буду жить?!
Они говорят так, будто меня нет, словно я — пустое место!
— Разумеется, нет, котенок. Она сейчас уберется отсюда.
Муж переводит взгляд на меня и цедит по слогам.
— Пошла отсюда. Живо. У тебя пять минут. Или я выкину тебя на улицу!
Алекс заносит меня в прихожую. Ощущение, что я наконец-то дома, затапливает.
— Ты до сих пор дрожишь, кто тебя обидел? — спрашивает бывший муж, поставив меня на ноги. Становится напротив.
Я оказываюсь между ним и стеной.
Я не могу рассказать Алексу о своих страхах. О мужчине, который переходит границы дозволенного.
А ещё не могу отказаться от желания найти успокоение в объятиях бывшего.
Да, он ревновал. Жутко. Да, он выжигал меня до тла.
Но только с ним я чувствую себя живой и защищённой.
— Лучше поцелуй, — шепчу я и на губы обрушивается страстный горячий поцелуй, от которого подгибаются пальчики на ногах.
Границы, которые я выстраивала все эти месяцы, рушатся. Мы будто не бывшие, словно не было развода.
Но это лишь отступление. Я успокоюсь и завтра вернусь в свою прежнюю жизнь без него.
А сегодня… Сегодня он мне необходим. Мне нужна пауза. Я не хочу дрожать, бояться, что кто-то вломится в мой дом в своём маниакальном желании обладать. Я хочу гореть в страсти бывшего
— Ты до сих пор дрожишь, кто тебя обидел? — спрашивает бывший муж, поставив меня на ноги. Становится напротив.
Я оказываюсь между ним и стеной.
Я не могу рассказать Алексу о своих страхах. О мужчине, который переходит границы дозволенного.
А ещё не могу отказаться от желания найти успокоение в объятиях бывшего.
Да, он ревновал. Жутко. Да, он выжигал меня до тла.
Но только с ним я чувствую себя живой и защищённой.
— Лучше поцелуй, — шепчу я и на губы обрушивается страстный горячий поцелуй, от которого подгибаются пальчики на ногах.
Границы, которые я выстраивала все эти месяцы, рушатся. Мы будто не бывшие, словно не было развода.
Но это лишь отступление. Я успокоюсь и завтра вернусь в свою прежнюю жизнь без него.
А сегодня… Сегодня он мне необходим. Мне нужна пауза. Я не хочу дрожать, бояться, что кто-то вломится в мой дом в своём маниакальном желании обладать. Я хочу гореть в страсти бывшего
Меня вырастила старшая сестра, которую постигла страшная болезнь. Лечение очень дорогостоящее и не даёт никаких гарантий, а мне, как назло, не везёт с работой. Каждое новое руководство отводит глаза, невнятно объясняя причины моего увольнения.
Денег катастрофически не хватает. Поэтому месяц назад я уже растоптала свою гордость, обратившись в ночной клуб для сопровождения VIP-клиентов.
Но однажды переступив черту, пообещала себе, что не повторю этой ошибки.
Сегодня я узнала о таинственном Фармацевте, который в силах достать экспериментальные уколы. В продажу они поступят ещё не скоро, а моей сестре помощь нужна сейчас!
Вот только этот человек оказался тем, кто стал моим единственным клиентом в момент острой нужды. И сейчас он олицетворяет для меня боль, страх и унижение в одном лице.
Денег катастрофически не хватает. Поэтому месяц назад я уже растоптала свою гордость, обратившись в ночной клуб для сопровождения VIP-клиентов.
Но однажды переступив черту, пообещала себе, что не повторю этой ошибки.
Сегодня я узнала о таинственном Фармацевте, который в силах достать экспериментальные уколы. В продажу они поступят ещё не скоро, а моей сестре помощь нужна сейчас!
Вот только этот человек оказался тем, кто стал моим единственным клиентом в момент острой нужды. И сейчас он олицетворяет для меня боль, страх и унижение в одном лице.
Ровно в девять утра раздался чёткий стук в дверь.
— Войдите, — отозвался я.
Дверь открылась, и в кабинет вошла она. Восемь лет. Восемь лет я мысленно готовился к этой встрече, строил стены, оттачивал равнодушие. И все эти укрепления рухнули в одно мгновение. Она почти не изменилась. Только во взгляде появилась неуловимая твёрдость, а в уголках губ — лёгкая усталость. Дарья застыла на пороге, всё шире округляя глаза.
— Т-ты? — в один голос произнесли мы, и я резко поднялся со стула.
Мир сузился до точки, до порога в небольшой кабинет, на котором стояло моё прошлое. Восемь лет. Восемь лет я представлял эту встречу — холодную, полную сарказма и моего превосходства.
Я отрепетировал каждую фразу, каждый взгляд. И всё это испарилось, оставив лишь глухой удар где-то под рёбрами и оглушительную тишину, в которой гудело только кровь в висках.
Дарья. Моя Дарья. Не моя. Чужая.
— Войдите, — отозвался я.
Дверь открылась, и в кабинет вошла она. Восемь лет. Восемь лет я мысленно готовился к этой встрече, строил стены, оттачивал равнодушие. И все эти укрепления рухнули в одно мгновение. Она почти не изменилась. Только во взгляде появилась неуловимая твёрдость, а в уголках губ — лёгкая усталость. Дарья застыла на пороге, всё шире округляя глаза.
— Т-ты? — в один голос произнесли мы, и я резко поднялся со стула.
Мир сузился до точки, до порога в небольшой кабинет, на котором стояло моё прошлое. Восемь лет. Восемь лет я представлял эту встречу — холодную, полную сарказма и моего превосходства.
Я отрепетировал каждую фразу, каждый взгляд. И всё это испарилось, оставив лишь глухой удар где-то под рёбрами и оглушительную тишину, в которой гудело только кровь в висках.
Дарья. Моя Дарья. Не моя. Чужая.
В голубоватом свете бассейна нашего дома муж и молодая девица целуются с той страстью, которой у нас с ним не было уже... не помню сколько.
– Это Елена, моя жена, – представляет меня Сергей равнодушным тоном, словно я случайная знакомая.
– А, понятно, – девица даже не пытается прикрыться, явно чувствует себя раскрепощенно. – Я Виолетта.
Она говорит со мной так, будто это я лишняя в собственном доме. А когда я пытаюсь защитить свой брак, муж называет меня истеричкой и защищает свою любовницу.
– Может быть, стоит дать нам поговорить наедине, – наконец произносит Сергей.
– Конечно, солнышко, – мурлычет она и целует его на прощание. – Я буду ждать тебя наверху.
Наверху. В нашей спальне. В нашей постели.
Двенадцать лет верности против одной ночи предательства. И я уже знаю, кто победит в этой схватке.
– Это Елена, моя жена, – представляет меня Сергей равнодушным тоном, словно я случайная знакомая.
– А, понятно, – девица даже не пытается прикрыться, явно чувствует себя раскрепощенно. – Я Виолетта.
Она говорит со мной так, будто это я лишняя в собственном доме. А когда я пытаюсь защитить свой брак, муж называет меня истеричкой и защищает свою любовницу.
– Может быть, стоит дать нам поговорить наедине, – наконец произносит Сергей.
– Конечно, солнышко, – мурлычет она и целует его на прощание. – Я буду ждать тебя наверху.
Наверху. В нашей спальне. В нашей постели.
Двенадцать лет верности против одной ночи предательства. И я уже знаю, кто победит в этой схватке.
Марина ощутила, как внутри поднимается что‑то горячее и тяжёлое. Десять лет. Сколько раз она мысленно представляла эту встречу — случайную, внезапную, но всегда где‑то далеко от её привычного мира. И вот он стоит здесь, в её студии, где каждый сантиметр пропитан её жизнью. И стоит не один.
— Проходите, — сказала она, заставляя голос звучать ровно. — Вы к нам впервые?
— Да, — ответила девушка. — Я Катя. Мне очень надо научиться танцевать.
— Проходите, — сказала она, заставляя голос звучать ровно. — Вы к нам впервые?
— Да, — ответила девушка. — Я Катя. Мне очень надо научиться танцевать.
— Ты сейчас не в состоянии думать здраво. Это не то, что ты думаешь.
Не то, что я думаю? В груди поднимается волна бешенства, такая сильная, что я едва могу дышать. Истерический смех вырывается из моего горла. — Что же это было, Алекс? Деловые переговоры с немецкими партнерами?
— Между нами ничего не изменилось. Ты моя жена, и я люблю тебя. — Цинично произносит супруг.
— Ты считаешь меня дурой? — Гнев вскипает во мне. Сердце колотится так сильно, что кажется, вот-вот разорвется. — Думаешь, я поверю твоим объяснениям? Сколько их было до этой?
— Если ты сейчас уедешь, — говорит он медленно, отпуская дверцу, — мы можем больше не встретиться. — На это я и рассчитываю.
***
Я бежала от мужа, защищая ребенка, и думала, что больше его не увижу. Как же сильно я ошибалась, когда судьба свела меня с ним снова спустя семь лет…
Не то, что я думаю? В груди поднимается волна бешенства, такая сильная, что я едва могу дышать. Истерический смех вырывается из моего горла. — Что же это было, Алекс? Деловые переговоры с немецкими партнерами?
— Между нами ничего не изменилось. Ты моя жена, и я люблю тебя. — Цинично произносит супруг.
— Ты считаешь меня дурой? — Гнев вскипает во мне. Сердце колотится так сильно, что кажется, вот-вот разорвется. — Думаешь, я поверю твоим объяснениям? Сколько их было до этой?
— Если ты сейчас уедешь, — говорит он медленно, отпуская дверцу, — мы можем больше не встретиться. — На это я и рассчитываю.
***
Я бежала от мужа, защищая ребенка, и думала, что больше его не увижу. Как же сильно я ошибалась, когда судьба свела меня с ним снова спустя семь лет…
Он издевался надо мной в школе несколько лет, и я молилась, чтобы никогда больше его не видеть. Кто же знал, что мой школьный враг станет моим одногруппником, и всё начнётся сначала... Только на этот раз ставки стали намного выше.
От автора: Книга может упоминать употребление алкоголя и табака, и то, и другое вредит вашему здоровью. Возрастной рейтинг 18+ в связи с требованиями Российского законодательства. Текст — художественный вымысел, не имеющий отношения к реальности.
От автора: Книга может упоминать употребление алкоголя и табака, и то, и другое вредит вашему здоровью. Возрастной рейтинг 18+ в связи с требованиями Российского законодательства. Текст — художественный вымысел, не имеющий отношения к реальности.
Выберите полку для книги