Книги по тегу «сильные чувства»: ""
Я сыграла опасную партию с криминальным авторитетом и потерпела крах. Теперь ход короля Прайда, и его игра будет без правил.
Когда-то он любил меня, а теперь презирает и я не знаю, что страшнее: быть просто нелюбимой Крутого или его женой.
______________
# герой взрослый дядя без тормозов
# разница в возрасте 19 лет!
# брак по принуждению
# измена
# лихие 90-е
Когда-то он любил меня, а теперь презирает и я не знаю, что страшнее: быть просто нелюбимой Крутого или его женой.
______________
# герой взрослый дядя без тормозов
# разница в возрасте 19 лет!
# брак по принуждению
# измена
# лихие 90-е
- А это тогда кто?— спрашиваю у работяги, смотря на накаченную спину Макса в белой футболке, и гоню от себя мысли, что этот хам всё же чертовски привлекателен, как мужик.
- Это? Максимов Максим Николаевич, старший брат Игоря Николаевича, — объясняет мне тот и добавляет шёпотом. – Он в Самаре подполковником служит, в центральном отделе полиции.
- О как, — ошарашивает меня мужик такими подробностями. ‐А где тогда ваш…
- Босс? Так, за женой улетел. А Максимов тут в отпуске типа и за нами присматривает.— рапортует он.
- Вот же… — козёл! Так и хочется сказать вслух, но я себя сдерживаю.
Получается, Максимов знал, кто я такая и специально, всю эту неделю издевался надо мной?
Мстил за мою выходку?
Ведь именно ворота его отдела я протаранила своей новой машинкой, когда ехала домой после ночного клуба. За что в принципе и была отправлена своим папочкой в эту ссылку, на перевоспитание, чтобы посмотреть, как люди живут.
Ну ладно, Масик, теперь и я знаю, кто ты такой. Игра началась.
- Это? Максимов Максим Николаевич, старший брат Игоря Николаевича, — объясняет мне тот и добавляет шёпотом. – Он в Самаре подполковником служит, в центральном отделе полиции.
- О как, — ошарашивает меня мужик такими подробностями. ‐А где тогда ваш…
- Босс? Так, за женой улетел. А Максимов тут в отпуске типа и за нами присматривает.— рапортует он.
- Вот же… — козёл! Так и хочется сказать вслух, но я себя сдерживаю.
Получается, Максимов знал, кто я такая и специально, всю эту неделю издевался надо мной?
Мстил за мою выходку?
Ведь именно ворота его отдела я протаранила своей новой машинкой, когда ехала домой после ночного клуба. За что в принципе и была отправлена своим папочкой в эту ссылку, на перевоспитание, чтобы посмотреть, как люди живут.
Ну ладно, Масик, теперь и я знаю, кто ты такой. Игра началась.
САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА СЕГОДНЯ!!!!
Я стояла у окна и смотрела на серое небо.
На соседней стоянке привычно притормозил его чёрный «Майбах». Тот самый, в котором я когда-то смеялась, босиком закидывая ноги на панель.
Сегодня — я даже не сразу узнала.
Из машины вышла она. Длинные ноги, узкое платье, улыбка… та самая, от которой мужчины теряют голову.
А следом — Влад. Мой муж. Точнее, бывший, хотя бумаги ещё не подписаны.
Он наклонился, что-то сказал ей на ухо, и она звонко засмеялась. Мой смех когда-то звучал так же. Когда я ещё верила, что у нас семья.
— Привет, — он заметил меня в окне, поднял руку в ленивом приветствии, словно я — соседка, а не женщина, с которой прожил шестнадцать лет.
— Мама! — из кухни выбежал Тимка, наш сын, с рисунком в руках. — Папа приехал?
Я сглотнула, выдавила улыбку:
— Да, только… он занят.
Занят, да. Разрушением моего мира.
Послать бы их обоих к черту… Хотя, может просто разрушить то, что они построили на обломках моей семьи?
Звучит как план! Не так
Я стояла у окна и смотрела на серое небо.
На соседней стоянке привычно притормозил его чёрный «Майбах». Тот самый, в котором я когда-то смеялась, босиком закидывая ноги на панель.
Сегодня — я даже не сразу узнала.
Из машины вышла она. Длинные ноги, узкое платье, улыбка… та самая, от которой мужчины теряют голову.
А следом — Влад. Мой муж. Точнее, бывший, хотя бумаги ещё не подписаны.
Он наклонился, что-то сказал ей на ухо, и она звонко засмеялась. Мой смех когда-то звучал так же. Когда я ещё верила, что у нас семья.
— Привет, — он заметил меня в окне, поднял руку в ленивом приветствии, словно я — соседка, а не женщина, с которой прожил шестнадцать лет.
— Мама! — из кухни выбежал Тимка, наш сын, с рисунком в руках. — Папа приехал?
Я сглотнула, выдавила улыбку:
— Да, только… он занят.
Занят, да. Разрушением моего мира.
Послать бы их обоих к черту… Хотя, может просто разрушить то, что они построили на обломках моей семьи?
Звучит как план! Не так
Мой отец умер, а мама забрала все сбережения и сбежала из дома за новой жизнью. В гордом одиночестве я осталась с неоконченным высшим, бунтующим братом-подростком и двумя маленькими сестрами.
Я готова ради них на все.
Даже заключить сделку с главным засранцем университета, который меня ненавидит и влюблен в другую.
Я готова ради них на все.
Даже заключить сделку с главным засранцем университета, который меня ненавидит и влюблен в другую.
Мажор возненавидел меня с первого взгляда, я для него мусор. Мне не место рядом с ним, но я докажу обратное. Он не заметит, как влюбится.
— Абрамов, убери свои грязные руки! — кричала я, пока он тащил меня в машину. Бросив, как ненужный хлам, на сиденье, Тим крикнул:
— Хочешь, чтобы я затолкал тебя ногами? Садись живо.
Он закрыл дверь, ударил по газам. Ламба дернулась, оставляя черные следы на асфальте. Оглушающий визг шин тут же перекрыли биты музыки.
Я схватилась за ручку двери, всматриваясь в пролетающие мимо деревья и закричала:
— Куда ты меня везешь? Я ничего не сделала!
— Я же сказал, тебе не место среди элиты! Ты здесь учиться не будешь!
— Абрамов, убери свои грязные руки! — кричала я, пока он тащил меня в машину. Бросив, как ненужный хлам, на сиденье, Тим крикнул:
— Хочешь, чтобы я затолкал тебя ногами? Садись живо.
Он закрыл дверь, ударил по газам. Ламба дернулась, оставляя черные следы на асфальте. Оглушающий визг шин тут же перекрыли биты музыки.
Я схватилась за ручку двери, всматриваясь в пролетающие мимо деревья и закричала:
— Куда ты меня везешь? Я ничего не сделала!
— Я же сказал, тебе не место среди элиты! Ты здесь учиться не будешь!
— Вот это поворот!!! — мой голос дрожит, словно лист на ветру.
Виталя отступает от неё, но в его глазах нет ни капли раскаяния. Только тупая пустота.
— Здравствуй, любимая! — его слова хлещут меня, как пощёчины. — Рад тебя видеть, ты как раз вовремя! Мы с Алисой только-только обсудили твою никчемность, как женщины и полную несостоятельность в постели. О, я и про нашего погибшего ребенка не забыл упомянуть.
Виталя отступает от неё, но в его глазах нет ни капли раскаяния. Только тупая пустота.
— Здравствуй, любимая! — его слова хлещут меня, как пощёчины. — Рад тебя видеть, ты как раз вовремя! Мы с Алисой только-только обсудили твою никчемность, как женщины и полную несостоятельность в постели. О, я и про нашего погибшего ребенка не забыл упомянуть.
Распахиваю дверь и замираю на пороге.
Ко мне спиной стоит мой жених в шапке Деда Мороза и развлекается со Снегурочкой, да так задорно, что не хватает возгласа «эге-гей» для полной картины происходящего.
— Да, Игорёк, вот так хорошо! Какой ты у меня шикарный любовник!
...
У меня?
Хотя, теперь уже точно не у меня!
Со мной я такого задора не наблюдала, даже наоборот, Игорь был каким-то тюленем.
Вот значит куда он расходовал весь свой боевой запал.
Ну что, с Новым годом тебя, Мариночка.
— Леська, ты огонь.
Моё терпение кончается, больше я этот спектакль наблюдать не могу.
— Ты прав, Игорь, такой горячей женщине роль Снегурочки не подходит, придётся уволить! Кстати, ты тоже можешь быть свободен, дорогой.
Захлопываю дверь и возвращаюсь в свой кабинет.
Ко мне спиной стоит мой жених в шапке Деда Мороза и развлекается со Снегурочкой, да так задорно, что не хватает возгласа «эге-гей» для полной картины происходящего.
— Да, Игорёк, вот так хорошо! Какой ты у меня шикарный любовник!
...
У меня?
Хотя, теперь уже точно не у меня!
Со мной я такого задора не наблюдала, даже наоборот, Игорь был каким-то тюленем.
Вот значит куда он расходовал весь свой боевой запал.
Ну что, с Новым годом тебя, Мариночка.
— Леська, ты огонь.
Моё терпение кончается, больше я этот спектакль наблюдать не могу.
— Ты прав, Игорь, такой горячей женщине роль Снегурочки не подходит, придётся уволить! Кстати, ты тоже можешь быть свободен, дорогой.
Захлопываю дверь и возвращаюсь в свой кабинет.
Прошлая жизнь казалась теперь Андрею каким-то невероятным сном или фильмом с закрученным сюжетом. Сейчас все было спокойно, все шло своим чередом. Кто-то свыше дал ему второй шанс на новую жизнь, начать все сначала, с чистого листа. Однако на душе было пусто теперь. Остались лишь воспоминания о девушке с изумрудными глазами. Много раз Андрей прокручивал в голове сюжет, если бы он еще тогда признался ей в своих чувствах, до всех этих событий. Быть может, она осталась бы жива? В последние же дни мужчина стал задумываться о том, что вдруг это все же было сном, пока он находился в коме после аварии? И может, ничего этого не было? И девушки с изумрудными глазами никогда не существовало?
– Ядвига Яновна, вот документы. Нужно подписать.
Передо мной на стол ложатся несколько листов.
– Что это? – с удивлением смотрю на Мартина Эбеля, лучшего друга моего мужа.
– Это документы о разводе, – Эбель пожимает плечами.
– Какой развод? Я ничего не понимаю…
В голове гудит, в ушах, кажется, стучит сердце, и вообще, я нахожусь в полном шоке.
– Что за бред? – шепчу непослушными губами.
– Илья остался в монастыре, – Мартин морщится. – Там сначала период послушания. Потом он будет принимать постриг…
Сейчас немногочисленные подружки, а также коллеги и знакомые всех мастей жалуются, что после двадцати лет брака муж остыл, загулял, нашел молодуху – это у них вроде как нынче модно.
И вообще, считается, что если муж завёл любовницу – ты плохая жена.
А я тогда какая, если от меня муж ушел в монастырь?
И как мне с этим жить?
ХЭ
Обложка от ОА и Т.Болотских
Все сюжеты – порождение Авторского сознания.
Все совпадения с реальностью – сюрприз.
Передо мной на стол ложатся несколько листов.
– Что это? – с удивлением смотрю на Мартина Эбеля, лучшего друга моего мужа.
– Это документы о разводе, – Эбель пожимает плечами.
– Какой развод? Я ничего не понимаю…
В голове гудит, в ушах, кажется, стучит сердце, и вообще, я нахожусь в полном шоке.
– Что за бред? – шепчу непослушными губами.
– Илья остался в монастыре, – Мартин морщится. – Там сначала период послушания. Потом он будет принимать постриг…
Сейчас немногочисленные подружки, а также коллеги и знакомые всех мастей жалуются, что после двадцати лет брака муж остыл, загулял, нашел молодуху – это у них вроде как нынче модно.
И вообще, считается, что если муж завёл любовницу – ты плохая жена.
А я тогда какая, если от меня муж ушел в монастырь?
И как мне с этим жить?
ХЭ
Обложка от ОА и Т.Болотских
Все сюжеты – порождение Авторского сознания.
Все совпадения с реальностью – сюрприз.
Он много лет был один. Он не хотел подпускать никого близко, он ушёл туда, где его не найдут. Потому что для Ворона потерять крылья – не просто лишиться способности к полёту. Это как потерять душу. И теперь он чувствует себя мёртвым внутри.
Она – волшебница, целительница. Папина дочка, мамино солнышко. Она знает, как вылечить самого опасного зверя и ей ничего не стоит влезть в пасть дикому барсу, чтобы вытащить кость, которой он подавился.
Но в этот раз ей достался слишком упрямый пациент…
Она – волшебница, целительница. Папина дочка, мамино солнышко. Она знает, как вылечить самого опасного зверя и ей ничего не стоит влезть в пасть дикому барсу, чтобы вытащить кость, которой он подавился.
Но в этот раз ей достался слишком упрямый пациент…
Выберите полку для книги