Книги по тегу «хэппи-энд»: ""

Алексей мог погибнуть. Они могли погибнуть все… он и его друзья, отправившиеся на рыбалку два дня назад.
Сначала шли гудки, потом – “абонент недоступен”. От каждого такого механического “недоступен” сердце сжималось всё сильнее.
“...всё ещё продолжаются поиски яхты “Капитан Сомов”, которая подала сигнал бедствия в районе мыса около шести часов вечера. По предварительным данным, на борту находились четыре человека. Спасательная операция осложняется погодными условиями…”
***
Первое, что я чувствую, просыпаясь… это тепло. Тепло на моей щеке. Кто-то касается меня. Я резко открываю глаза.
Алексей. Живой, настоящий, с лёгкой щетиной на подбородке и запахом дорогого парфюма.
***
– Где ты был, Алексей? – мой голос звучит как чужой. – Если ты не был на яхте с Игорем и остальными, то где ты был эти два дня?

Он тигр - последний представитель своего рода. Ищет свою истинную пару. Тигран и предположить не мог, что она находится совсем рядом. И своим поведением отталкнет свою суженную.
Она - обычная человеческая девушка, которая терпеть не может оборотней и держится от них подальше.

Я проводила Сергея до дверей, как делала это уже сотни раз. Обычная командировка в Москву, всего на неделю. Тут раздался звонок в дверь. Наверное, Сергей что-то забыл, как обычно. Не глядя в глазок, я открыла дверь. На площадке стояла девушка, которую я никогда раньше не видела.
— Вы к кому? — спросила я, чувствуя неприятный холодок.
— Вы Ольга Владимировна? Жена Сергея Михайловича? — её голос был мягким, но уверенным.
— Да, — ответила я, напрягаясь. — А вы...?
— Меня зовут Кира, — сказала она. Я хочу, чтобы вы отпустили его, — просто сказала она. — Он не решается сам сказать вам, боится за дочь. Но мы любим друг друга. И теперь, когда я жду ребенка... — она положила руку на живот, которого еще не было видно под свободным платьем. Я смотрела на эту девушку, такую красивую, уверенную в своем праве разрушить мою жизнь, и внутри меня что-то ломалось. Десять лет брака, наш дом, наша дочь, наша жизнь — все превращалось в прах от нескольких предложений, произнесенных ровным голосом.

– Я же говорила. Ты лишняя, Оля, – Илона усмехается, останавливаясь по правую сторону от моего плеча. – Он тебя не любит.
Сжимаю губы в тонкую линию, силясь не разреветься. Он, она. Крепкие объятия. Страстный поцелуй на глазах у всех. Какая идиллия!
– Папа пообещал, что разведётся с тобой сразу же, как ты приедешь, – продолжает вбивать гвозди в крышку гроба некогда счастливого брака дочь моего мужа. – Это здорово, что ты вернулась раньше. Им не терпится съехаться.
Сглатываю ком, сотканный из непролитых слёз, и произношу медленно, хрипло, продолжая неотрывно смотреть на счастливую влюблённую пару поодаль:
– И правда, хорошо, – отворачиваюсь, кривлю губы в подобии улыбки и добавляю: – Ты очень целеустремлённая девочка. Твоя взяла.

Суббота в моем загородном доме всегда шумная…
Обычно я сбегаю в кабинет, но сегодня что-то удерживает меня на террасе. Я наблюдаю за молодёжью, думая о том, что когда-то тоже был таким – беззаботным, с верой в свое бесконечное будущее.
И тут я замечаю её.
Она сидит на бортике бассейна, опустив длинные стройные ноги в воду. Солнце играет в каштановых волосах, а на губах – лёгкая, почти хищная улыбка.
Сколько ей? Двадцать? Чуть больше?
Она ловит мой взгляд и улыбается – не смущённо, как можно было бы ожидать, а с каким-то вызовом. И что-то внутри меня, что дремало долгие годы, внезапно просыпается.
– Папа, ты же помнишь Лизу? – голос Полины возвращает меня к реальности. Она подводит к террасе свою подругу, которая теперь завернулась в полотенце. – Мы вместе учимся в университете.

— Либо ты выходишь сама, либо я вытаскиваю тебя силой, — голос Шаха низкий, сочится агрессией.
Силой…
Он всегда действовал силой — ломая и подчиняя.
Проходит всего секунда, и он приводит угрозу в действие, взваливая меня на свое плечо.
— Пусти! — я взвизгиваю.
Его рука — горячая, тяжелая — накрывает мне рот, а тело мягко вжимает в металл автомобиля.
— Тихо, Ева, — шепчет он, так близко, что его дыхание касается моей щеки. — Ты никуда не поедешь, пока мы не поговорим.
Я бью его по груди в знак несогласия. Несогласия говорить после стольких лет!
— Я не хочу… говорить с тобой. У нас давно нет ничего общего!
— Кроме сына. У которого мое имя, — шелестит он. — И я хочу дать ему свою фамилию.

Пять лет назад он бросил меня, чтобы отомстить своим врагам, а я давно считала его погибшим, пока он не заявился в мою стабильную жизнь, чтобы заявить на нас свои права…

❗️ Все герои книги — совершеннолетние.

– Слушай, я понимаю, что это звучит эгоистично. Свет, ну ты же сама понимаешь, что изменилась. Посмотри на себя. Разве на такой женщине я женился? Ты запустила себя. И до сих пор не пришла в форму. И я бы мог с этим смириться. Понимаю, что все женщины набирают лишний вес. Но ты стала просто невыносима! Вот серьезно! Тебе слова сказать нельзя! Ты тут же взрываешься и выдаешь шквал претензий!
Я чувствую, как внутри начинает закипает ярость. Зато слезы мгновенно высыхают. Как можно оплакивать разрушенные отношения, с подобным муд… мужиком?
– Ты в своем уме? Нашему сыну всего четыре месяца! Я физически не могу разорваться! У меня не всегда хватает времени чтобы поесть или лишний раз помыться! Но вместо того, чтобы помочь жене, ты завел любовницу. Потому что она тонкая и звонкая! Не испортившая фигуру родами!

- Мне нужна дама с перчинкой, с характером, - отрезал босс, открывая дверь и засвечивая меня фонариком от телефона.
- Ха! Что ты там говорил про лёгкую добычу. Вот так же, как она сейчас?

Мой мир перевернулся с ног на голову, когда я оказалась взаперти с двумя порочными боссами. И они показали мне, что я тоже могу быть счастлива...

— Вика, послушай. Ну, у всех бывают моменты слабости. Мы люди, мы не идеальны. Не воспринимай это так серьезно.
— Не воспринимать это серьезно?! — Я вскочила с дивана. — Она пишет тебе «любимый», ты называешь ее солнышком. Вы обсуждаете, как быстрее избавиться от меня, потому что я уже бесполезна! Ты знаешь, что это такое — услышать от человека, с которым ты прожила двадцать лет, что ты старая и пустая?
Дмитрий сначала отвел взгляд, а потом посмотрел мне прямо в глаза. Его лицо изменилось. Стало холодным, отстраненным. Жестоким.
— Ты сама виновата, — резко оборвал он мой крик.
— Я виновата? — растерялась я.
— Конечно! Посмотри на себя, Вика, — добавил он, скривившись. — Уставшая, худая, вечно в деловых костюмах, вечно занята. Где твой былой блеск? Твоя энергия?

— Вот и отлично, — вдруг сказал Игорь, бережно касаясь моей руки. — Значит, всё будет, как должно. Ты не уйдёшь.
Я посмотрела на него, не веря своим ушам. Вот оно. Истинная причина его радости.
— Что ты имеешь в виду? — тихо спросила я, чувствуя, как сердце сжимается от дурного предчувствия.
— То и имею, — он даже не повернул головы, продолжая смотреть на дорогу, но улыбка не сходила с его лица. И эта улыбка была искренней — улыбка человека, получившего именно то, что хотел. — Теперь у нас будет ребёнок. Ты вернёшься домой, родишь моего наследника, и всё будет, как я планировал. Никаких глупых истерик, никаких уходов. Семья должна быть вместе.
— После того, что ты сделал? — мой голос дрожал от возмущения и боли. — После того, как я застала тебя в постели с моей подругой?
— Это был просто секс, — ответил Игорь почти виновато. — Не делай из этого трагедию. Тебе нужно думать о ребёнке. О нашем ребёнке.