Книги по тегу «эмоции на грани»: ""
— Ты переспал с другой в нашу первую брачную ночь!
— И что? — Леша пожимает плечами.
— И что?! — повышаю голос, вспыхивая как спичка. — Мы женаты! Ты женился на мне. Сам сказал “да”, тебя никто не заставлял, — рыдания подкатывает к горлу, сдавливая его.
Муж лишь жестко усмехается.
— Я сказал “да”, но верность тебе хранить не обещал, — шепчет, медленно наклоняясь надо мной.
— Брак — это подразумевает! — пытаюсь его оттолкнуть, не получается.
— Кто такое сказал? Ты? Общество? Кто?! — выдыхает мне в губы. — Что за долбанными стереотипами ты живешь, Аля? Я как спал с кем хочу, так и буду продолжать, а тебе придется с этим смириться!
— И что? — Леша пожимает плечами.
— И что?! — повышаю голос, вспыхивая как спичка. — Мы женаты! Ты женился на мне. Сам сказал “да”, тебя никто не заставлял, — рыдания подкатывает к горлу, сдавливая его.
Муж лишь жестко усмехается.
— Я сказал “да”, но верность тебе хранить не обещал, — шепчет, медленно наклоняясь надо мной.
— Брак — это подразумевает! — пытаюсь его оттолкнуть, не получается.
— Кто такое сказал? Ты? Общество? Кто?! — выдыхает мне в губы. — Что за долбанными стереотипами ты живешь, Аля? Я как спал с кем хочу, так и буду продолжать, а тебе придется с этим смириться!
— Блоха, ты не охренела? — Назар пялится на девчонку, которую мы гнобили в институте уже больше полугода и явно не узнает, да и я тоже. Уля виснет на нем, как на родном.
— Ты вообще в себе? Не боишься, что можем сделать с тобой все что захотим?
— А давайте,— ржет истерично Уля,— Вы уже меня всяко унизили, так добейте.
И впивается губами в рот Назара у меня на глазах! А затем резко разворачивается и приближается явно с тем же намереньем… Радужка — чистый ультрамарин, а зрачки как дуло пистолета…Я и не знал, что эта девочка может стрелять наповал.
— Ты вообще в себе? Не боишься, что можем сделать с тобой все что захотим?
— А давайте,— ржет истерично Уля,— Вы уже меня всяко унизили, так добейте.
И впивается губами в рот Назара у меня на глазах! А затем резко разворачивается и приближается явно с тем же намереньем… Радужка — чистый ультрамарин, а зрачки как дуло пистолета…Я и не знал, что эта девочка может стрелять наповал.
- Варя! Немедленно приезжай ко мне и забери их! Ты с ума сошла? У меня конференция! В другой стране! Я опаздываю на рейс!
Муж, которому только что в офис привезла детей моя мама, кричит, как потерпевший.
- Знаю я твои конференции! Ульяна с третьим размером. А впридачу к ней Мишель с четвертым! Занимайся детьми, Токарев! Мне же теперь нужно как-то обустраиваться в жизни, раз ты свою уже организовал!
Бросив трубку, я заблокировала телефон и рвано выдохнула.
Это было жуткое решение - привезти десятилетних близняшек на работу к мужу, который собирался на важную конференцию. Но он просто не оставил мне выбора.
Только так я научу его простой вещи…
Меня предавать нельзя.
Муж, которому только что в офис привезла детей моя мама, кричит, как потерпевший.
- Знаю я твои конференции! Ульяна с третьим размером. А впридачу к ней Мишель с четвертым! Занимайся детьми, Токарев! Мне же теперь нужно как-то обустраиваться в жизни, раз ты свою уже организовал!
Бросив трубку, я заблокировала телефон и рвано выдохнула.
Это было жуткое решение - привезти десятилетних близняшек на работу к мужу, который собирался на важную конференцию. Но он просто не оставил мне выбора.
Только так я научу его простой вещи…
Меня предавать нельзя.
— Ты уверена, что хочешь ребенка сейчас?
Я в растерянности моргаю. И глупая надежда снова поднимает голову.
— Нет, — нервно сглатываю, ерзая на месте. — Я не уверена, Макс. Ни в чем не уверена, но на самом деле я не вижу ничего плохого в беременности. Может быть, именно ребенок поможет нашим отношениям? Думаю, мы справимся и сможем все уладить и…
— Да, — Макс перебивает меня. — Мы обязательно все уладим. Я дам денег на аборт.
Последняя фраза жениха прилетает мощным ударом в грудь и выбивает из легких весь кислород. О каком аборте он говорит? На УЗИ уже можно разглядеть зачатки пальцев, глазки и носик. Мой малыш уже начинает шевелиться, просто я пока этого не чувствую...
Прикрываю глаза и ощущаю, как под веками собирается горячая влага. Потому что я понимаю одну очень важную вещь: я не готова делать аборт.
Я в растерянности моргаю. И глупая надежда снова поднимает голову.
— Нет, — нервно сглатываю, ерзая на месте. — Я не уверена, Макс. Ни в чем не уверена, но на самом деле я не вижу ничего плохого в беременности. Может быть, именно ребенок поможет нашим отношениям? Думаю, мы справимся и сможем все уладить и…
— Да, — Макс перебивает меня. — Мы обязательно все уладим. Я дам денег на аборт.
Последняя фраза жениха прилетает мощным ударом в грудь и выбивает из легких весь кислород. О каком аборте он говорит? На УЗИ уже можно разглядеть зачатки пальцев, глазки и носик. Мой малыш уже начинает шевелиться, просто я пока этого не чувствую...
Прикрываю глаза и ощущаю, как под веками собирается горячая влага. Потому что я понимаю одну очень важную вещь: я не готова делать аборт.
– Почему так получилось, Вадим? Мне казалось ты любишь меня, а потом что-то произошло, и ты изменился. Почему? Скажи! Что я сделала не так?
– Я дал слово, ничего тебе не рассказывать, пока не родишь.
Не понимаю.
– Кому дал слово? – спросила, теряясь в догадках.
Его брови сошлись на переносице, но Вадим быстро расслабил лицо.
– Наденька, я люблю твою сестру, и она тоже любит меня. Мы уже давно вместе.
– Этого не может быть.
Он врет. Таня бы так не поступила со мной.
– Еще как может. Я хотел бросить тебя, но ты объявила о беременности еще и от аборта отказалась. И нам из-за твоей беспечности пришлось девять месяцев скрывать отношения. Я не хотел ребенка от тебя, не хотел. И тебя больше не хотел. Но Таня слишком добрая. Она попросила не делать глупостей и дать тебе спокойно отходить в положении. Теперь все. Нет смысла скрывать.
– Я дал слово, ничего тебе не рассказывать, пока не родишь.
Не понимаю.
– Кому дал слово? – спросила, теряясь в догадках.
Его брови сошлись на переносице, но Вадим быстро расслабил лицо.
– Наденька, я люблю твою сестру, и она тоже любит меня. Мы уже давно вместе.
– Этого не может быть.
Он врет. Таня бы так не поступила со мной.
– Еще как может. Я хотел бросить тебя, но ты объявила о беременности еще и от аборта отказалась. И нам из-за твоей беспечности пришлось девять месяцев скрывать отношения. Я не хотел ребенка от тебя, не хотел. И тебя больше не хотел. Но Таня слишком добрая. Она попросила не делать глупостей и дать тебе спокойно отходить в положении. Теперь все. Нет смысла скрывать.
Меня похитили, и все из-за бизнеса моего отца.
Хмурый взгляд опасного бандита пробирает до самых костей. Он молчалив и серьезен.
Сопротивление и уговоры бесполезны.
Я - его пленница, но ему не нужен выкуп.
При первой же возможности я постараюсь сбежать, как бы страшно мне не было.
И какие бы последствия меня не ждали…
Хмурый взгляд опасного бандита пробирает до самых костей. Он молчалив и серьезен.
Сопротивление и уговоры бесполезны.
Я - его пленница, но ему не нужен выкуп.
При первой же возможности я постараюсь сбежать, как бы страшно мне не было.
И какие бы последствия меня не ждали…
Моё сердце сразу же узнало его. Поняла, что этот хмурый загадочный вампир только мой, призналась ему в своих чувствах в надежде на взаимность, но он меня отверг... Только почему теперь не даёт мне найти своё счастье с другим, почему злится и явно ревнует, если я ему не нужна?..
— Я сыта по горло твоими выходками, Медведев! Все, финита ля комедия. Подаю на развод.
— Губу закатай, — муж пышет гневом, нависая надо мной несокрушимой, угрюмой скалой. — Через мой труп развод получишь, поняла?
— Продолжишь метелиться на ринге в том же духе, долго ждать не придется.
Ромин кулак врезается в стену рядом с моим лицом. Жилистые пальцы издают опасный хруст, от которого я содрогаюсь, но удерживаю подбородок в гордо задранном к потолку положении.
— Все сказала? — взбешено рявкает боксер.
— Я долго терпела, но твоя интрижка с фанаткой стала финальной точкой! — я отпихиваю Рому, но он снова льнет, припаивая меня к месту грозным взглядом.
— Да куда ты от меня денешься, а, птичка? — буравит исподлобья. — Мир за пределами золотой клетки, где ты жила припеваючи, суров и полон хищников, или забыла? Спорим, месяца на воле не протянешь и на коленях приползешь проситься обратно!
— Да хоть на год спорь! — шиплю я в наглое лицо. — Разводимся, и точка!
— Губу закатай, — муж пышет гневом, нависая надо мной несокрушимой, угрюмой скалой. — Через мой труп развод получишь, поняла?
— Продолжишь метелиться на ринге в том же духе, долго ждать не придется.
Ромин кулак врезается в стену рядом с моим лицом. Жилистые пальцы издают опасный хруст, от которого я содрогаюсь, но удерживаю подбородок в гордо задранном к потолку положении.
— Все сказала? — взбешено рявкает боксер.
— Я долго терпела, но твоя интрижка с фанаткой стала финальной точкой! — я отпихиваю Рому, но он снова льнет, припаивая меня к месту грозным взглядом.
— Да куда ты от меня денешься, а, птичка? — буравит исподлобья. — Мир за пределами золотой клетки, где ты жила припеваючи, суров и полон хищников, или забыла? Спорим, месяца на воле не протянешь и на коленях приползешь проситься обратно!
— Да хоть на год спорь! — шиплю я в наглое лицо. — Разводимся, и точка!
-Только не говори, что ты опять кого-то сбил! Раньше хоть девушки были, а это… -в кабинет во время разговора ворвалась она, настоящая фурия с полным отсутствием хоть каких-то манер по отношению к старшим. Закатила глаза, с неприятием фыркнув и усевшись напротив в кресле. Закинула ногу на ногу, не беспокоясь, что ее личное станет публичным.
-Это твой новый охранник, Игорь Сологуб. Будь помягче, если не хочешь чтобы тебя выпороли грубым армейским ремнем. Я разрешаю, -Феликс по-доброму улыбнулся сестре.
-Зачем? У меня еще предыдущая модель не издохла, -съязвила Луиза Львовна. –А у этого рожа как из мясорубки. Меня с ним ни в один клуб не пустят.
Девушка наклонилась, присматриваясь ко мне, а я из последних сил сдерживался, чтобы не высказать ей пару горячих фраз, а заодно послать вместе с теми, кто «уговорил» меня принять предложение Феликса.
-Будьте уверены, Феликс Львович. Мы найдем общий язык, -на свою голову пообещал я.
Ведь после, я смогу сделать с ней все, что захочу.
-Это твой новый охранник, Игорь Сологуб. Будь помягче, если не хочешь чтобы тебя выпороли грубым армейским ремнем. Я разрешаю, -Феликс по-доброму улыбнулся сестре.
-Зачем? У меня еще предыдущая модель не издохла, -съязвила Луиза Львовна. –А у этого рожа как из мясорубки. Меня с ним ни в один клуб не пустят.
Девушка наклонилась, присматриваясь ко мне, а я из последних сил сдерживался, чтобы не высказать ей пару горячих фраз, а заодно послать вместе с теми, кто «уговорил» меня принять предложение Феликса.
-Будьте уверены, Феликс Львович. Мы найдем общий язык, -на свою голову пообещал я.
Ведь после, я смогу сделать с ней все, что захочу.
- Даже не вздумай говорить со мной так, как говорил бы отец! И я уже взрослая, Илья! Я - не ребенок!
Я слышу капризный голос моей дочери, стоит мне вернуться домой из командировки чуть раньше. Уже хочу пройти в ее комнату и сказать, чтобы не смела так разговаривать с моим мужем, когда застываю в неверии.
- Конечно, ты не ребенок, любимая… - отвечает Илья. - Хоть для меня впредь будешь малышкой, несмотря на то, что станешь мамочкой моего сына…
Слышится влажный звук поцелуя, приглушенный стон Сабины. А у меня голова кружится от ужаса и паники.
Как же ты могла… дочка?
Я слышу капризный голос моей дочери, стоит мне вернуться домой из командировки чуть раньше. Уже хочу пройти в ее комнату и сказать, чтобы не смела так разговаривать с моим мужем, когда застываю в неверии.
- Конечно, ты не ребенок, любимая… - отвечает Илья. - Хоть для меня впредь будешь малышкой, несмотря на то, что станешь мамочкой моего сына…
Слышится влажный звук поцелуя, приглушенный стон Сабины. А у меня голова кружится от ужаса и паники.
Как же ты могла… дочка?
Выберите полку для книги