Книги по тегу «эмоции на грани»: ""
- Жена - это мой боевой товарищ. Мы вместе столько всего прошли… А Мышонок - моя нежная девочка. Наверное, мне нужно было встретить её именно сейчас. Чтобы не расти бок о бок, как было с Надей, а укрыть своей заботой… С нею я чувствую себя мужиком, понимаешь?
Это была запись на диктофон, которую мне включила золовка. Говорил мой муж, Виктор, тот самый «боевой товарищ», с которым, как я думала, мы вместе навсегда.
- Это он кому? - выдавила из себя, когда запись оборвалась.
- Новому своему партнёру с работы. Сволочь! - возмутилась сестра Виктора. - Мышонок, представь себе!
Я представляла. Знала, о ком речь. Маленькая блондинка, которая смотрела на мир невинными глазами.
Нежная девочка моего мужа…
От которого мне нужно бежать, как от огня.
Ведь ничего, кроме слёз, ждать от нашего брака уже не приходится…
Это была запись на диктофон, которую мне включила золовка. Говорил мой муж, Виктор, тот самый «боевой товарищ», с которым, как я думала, мы вместе навсегда.
- Это он кому? - выдавила из себя, когда запись оборвалась.
- Новому своему партнёру с работы. Сволочь! - возмутилась сестра Виктора. - Мышонок, представь себе!
Я представляла. Знала, о ком речь. Маленькая блондинка, которая смотрела на мир невинными глазами.
Нежная девочка моего мужа…
От которого мне нужно бежать, как от огня.
Ведь ничего, кроме слёз, ждать от нашего брака уже не приходится…
— Тут… тут такая ситуация… Произошла ошибка. Недоразумение. Ваш материал… он был использован.
— Что значит «использован»?
— Дмитрий Анатольевич. Нам очень жаль. Это… это ужасная ошибка. Мы проводим внутреннее расследование. Но факт в том, что… женщина, которой предназначался материал другого донора, получила ваш. И… она уже родила.
Я молчу, пытаясь переварить услышанное. Родила. От меня. Какая-то незнакомая женщина.
— Адрес, — выдавливаю из себя. — Имя.
Девушка на том конце торопливо диктует адрес и имя, затем добавляет:
— И, ну… как бы это сказать, чтобы хоть немного сгладить… У вас родилась двойня. Двойное счастье!
Двойное счастье. Они издеваются? Это должно меня утешить? То, что я теперь отец сразу двоих неизвестных мне детей, рожденных неизвестно кем по вине этой клиники?
— Что значит «использован»?
— Дмитрий Анатольевич. Нам очень жаль. Это… это ужасная ошибка. Мы проводим внутреннее расследование. Но факт в том, что… женщина, которой предназначался материал другого донора, получила ваш. И… она уже родила.
Я молчу, пытаясь переварить услышанное. Родила. От меня. Какая-то незнакомая женщина.
— Адрес, — выдавливаю из себя. — Имя.
Девушка на том конце торопливо диктует адрес и имя, затем добавляет:
— И, ну… как бы это сказать, чтобы хоть немного сгладить… У вас родилась двойня. Двойное счастье!
Двойное счастье. Они издеваются? Это должно меня утешить? То, что я теперь отец сразу двоих неизвестных мне детей, рожденных неизвестно кем по вине этой клиники?
— Пётр Анатольевич, много лет назад, находясь в столице, вы проходили у нас процедуру сдачи биологического материала на хранение согласно протоколу вашей организации…
— Я помню. К сути.
В трубке секундная заминка. Голос, кажется, становится ещё более испуганным.
— В ходе внутренней проверки была выявлена прискорбная ошибка протокола. Ваш материал, предназначенный для криоконсервации, был ошибочно помещён в донорскую базу данных.
Я молчу. Пытаюсь осмыслить услышанное. Слова вроде бы русские, но смысл от меня ускользает. Ошибка протокола? Донорская база?
— И что это значит? — спрашиваю я медленно, с расстановкой.
— Это значит… Пётр Анатольевич, ваш биологический материал был использован в процедуре ЭКО. Успешно. Год назад родилась девочка.
— Я помню. К сути.
В трубке секундная заминка. Голос, кажется, становится ещё более испуганным.
— В ходе внутренней проверки была выявлена прискорбная ошибка протокола. Ваш материал, предназначенный для криоконсервации, был ошибочно помещён в донорскую базу данных.
Я молчу. Пытаюсь осмыслить услышанное. Слова вроде бы русские, но смысл от меня ускользает. Ошибка протокола? Донорская база?
— И что это значит? — спрашиваю я медленно, с расстановкой.
— Это значит… Пётр Анатольевич, ваш биологический материал был использован в процедуре ЭКО. Успешно. Год назад родилась девочка.
- Яна - это домохозяйка. Понимаешь? Такая блеклая баба, которая даже не всегда волосы покрасить успевает и седина до пупа. Да, она мне сына родила, но это не повод хотеть ту, которая превратилась в неухоженную серую мышь.
- И что, вот так просто от нее уйдешь?
- Не знаю, Глеб. Ритка, моя бывшая, вроде на развод свой намекает, типа уже вот-вот он случится. Но ты же знаешь, что она мастерица насвистеть с три короба.
Этот диалог я слушаю потому что, как в анекдотах, вернулась домой раньше на день. Беседуют мой муж и его лучший друг.
Беседуют о том, что уничтожает меня за мгновение.
А потом возрождает с точно такой же бешеной скоростью.
Потому что что я не хочу больше слушать слова, которые ранят до глубины души:
«Ты всего лишь домохозяйка, милая…»
- И что, вот так просто от нее уйдешь?
- Не знаю, Глеб. Ритка, моя бывшая, вроде на развод свой намекает, типа уже вот-вот он случится. Но ты же знаешь, что она мастерица насвистеть с три короба.
Этот диалог я слушаю потому что, как в анекдотах, вернулась домой раньше на день. Беседуют мой муж и его лучший друг.
Беседуют о том, что уничтожает меня за мгновение.
А потом возрождает с точно такой же бешеной скоростью.
Потому что что я не хочу больше слушать слова, которые ранят до глубины души:
«Ты всего лишь домохозяйка, милая…»
Я пришла к нему за помощью, преисполненная воодушевлением и мечтой. Наивно полагала, что такие мужчины интеллигентны, воспитаны и добры. Как же я ошиблась! Кирилл Андреевич – настоящий дьявол. Змей, пожирающий инфантильных дурочек, как я, на закуску.
Он останавливается за моей спиной. Чувствую, как по затылку бегают мурашки, перескакивая на плечи и волной проходясь по рукам.
Смотрит на меня, что ли?
— Приобщение детей к искусству формирует в них чувство прекрасного… — продолжаю, запинаясь: — Шуберт, Бах, Моцарт
Северин встает передо мной, опершись бедрами о столешницу, и складывает руки на груди. Опускаю глаза и упираюсь взглядом в его ширинку. В горле спирает и вся влага испаряется. Во рту пустыня.
Господи, я пялюсь на его достоинство!
Кошмар какой-то…
— Продолжайте, — настаивает насмешливым тоном.
— Оч-чень важно развивать в ребенке творческие способности, качества личности, мышление и эмоциональную сферу через искусство…
— Ты кричишь, когда кончаешь?
— Что, простите?
Он останавливается за моей спиной. Чувствую, как по затылку бегают мурашки, перескакивая на плечи и волной проходясь по рукам.
Смотрит на меня, что ли?
— Приобщение детей к искусству формирует в них чувство прекрасного… — продолжаю, запинаясь: — Шуберт, Бах, Моцарт
Северин встает передо мной, опершись бедрами о столешницу, и складывает руки на груди. Опускаю глаза и упираюсь взглядом в его ширинку. В горле спирает и вся влага испаряется. Во рту пустыня.
Господи, я пялюсь на его достоинство!
Кошмар какой-то…
— Продолжайте, — настаивает насмешливым тоном.
— Оч-чень важно развивать в ребенке творческие способности, качества личности, мышление и эмоциональную сферу через искусство…
— Ты кричишь, когда кончаешь?
— Что, простите?
– Ты не пара моему сыну! Я столько лет умоляла его, чтобы он нашёл жену получше, и вот момент настал! – счастливый голос свекрови доносится из динамика телефона.
– Что вы такое говорите? Это бред!
– Не веришь? Вот, посмотри! К моему сыночку пришла его новая любовь! – свекровь прислала снимок, на котором муж прогуливается в обнимку с какой-то девицей. – Приезжай в офис моего сына, любовнички как раз заперлись в кабинете.
Выбегаю из дома и несусь к мужу на работу. Толкаю дверь в кабинет и вижу…
Супруг, развалившийся на своём кресле, смотрит на рабочий стол. На котором в идеальном шпагате сидит девица в одном кружевном белье! Молчанов смотрит на неё с таким вожделением, что, кажется, сейчас набросится на эту малолетнюю дрянь.
Руки мужа лежат на её тонкой талии.
Мерзавка оборачивается и нахально улыбается. Молчанов же, завидев меня, сначала бледнеет, а потом краснеет, как рак.
– Д-дорогая? А ты что тут делаешь? Я думал, ты на работе!
– Что вы такое говорите? Это бред!
– Не веришь? Вот, посмотри! К моему сыночку пришла его новая любовь! – свекровь прислала снимок, на котором муж прогуливается в обнимку с какой-то девицей. – Приезжай в офис моего сына, любовнички как раз заперлись в кабинете.
Выбегаю из дома и несусь к мужу на работу. Толкаю дверь в кабинет и вижу…
Супруг, развалившийся на своём кресле, смотрит на рабочий стол. На котором в идеальном шпагате сидит девица в одном кружевном белье! Молчанов смотрит на неё с таким вожделением, что, кажется, сейчас набросится на эту малолетнюю дрянь.
Руки мужа лежат на её тонкой талии.
Мерзавка оборачивается и нахально улыбается. Молчанов же, завидев меня, сначала бледнеет, а потом краснеет, как рак.
– Д-дорогая? А ты что тут делаешь? Я думал, ты на работе!
- В следующий раз я не остановлюсь, и мы оба об этом пожалеем, — сводный смотрит мне в глаза, чеканя каждое своё слово. – Заканчивай свои глупые шутки, Стефания. – специально называет меня полным именем, зная, как меня это бесит. Но именно сейчас мне на это наплевать. Я как заворожённая смотрю в его глаза разного цвета, которые Миша раньше скрывал под цветными линзами.
Не дожидаясь моего ответа, Гросс резко встаёт с кровати и сваливает из своей комнаты, велев мне больше в ней не появляться.
Что делать, если моя игра в соблазнение сводного, с целью вывести его из себя, перестала быть игрой?
Теперь я окончательно могу в этом признаться, хотя бы себе.
И что делать, если этот идиот отказывается воспринимать меня как взрослую девушку?
Правильно. Доказать и показать, что я уже не та малявка в глупых очках и в футболке с Егором Кридом.
Всем разойтись, Стеша выходит на охоту!
Не дожидаясь моего ответа, Гросс резко встаёт с кровати и сваливает из своей комнаты, велев мне больше в ней не появляться.
Что делать, если моя игра в соблазнение сводного, с целью вывести его из себя, перестала быть игрой?
Теперь я окончательно могу в этом признаться, хотя бы себе.
И что делать, если этот идиот отказывается воспринимать меня как взрослую девушку?
Правильно. Доказать и показать, что я уже не та малявка в глупых очках и в футболке с Егором Кридом.
Всем разойтись, Стеша выходит на охоту!
- Ты уже спала с этим сопляком? Признавайся!
Бывший муж пытается ввалиться в мою квартиру, а я - пытаюсь не позволить ему это сделать.
Мы развелись с полгода назад, когда Олег заявил, что влюбился в молоденькую девчонку.
- Он не сопляк, ему двадцать пять, - парирую, выталкивая бывшего, что мне сделать не удается.
- А тебе вот-вот сорок пять, Кира! - рявкает Олег.
- Ну и какое тебе дело до вышедшей в тираж старой бывшей жены? - хмыкаю, сложив руки на груди.
- Такое, Кира… Я тебя люблю. Пора возвращаться обратно.
С таким заявлением супруг пришел ко мне накануне дня рождения. Он хочет помириться, а я…
Я хочу покоя и больше ничего.
Ну и найти ответ на простой вопрос.
Есть ли жизнь… после развода?
Бывший муж пытается ввалиться в мою квартиру, а я - пытаюсь не позволить ему это сделать.
Мы развелись с полгода назад, когда Олег заявил, что влюбился в молоденькую девчонку.
- Он не сопляк, ему двадцать пять, - парирую, выталкивая бывшего, что мне сделать не удается.
- А тебе вот-вот сорок пять, Кира! - рявкает Олег.
- Ну и какое тебе дело до вышедшей в тираж старой бывшей жены? - хмыкаю, сложив руки на груди.
- Такое, Кира… Я тебя люблю. Пора возвращаться обратно.
С таким заявлением супруг пришел ко мне накануне дня рождения. Он хочет помириться, а я…
Я хочу покоя и больше ничего.
Ну и найти ответ на простой вопрос.
Есть ли жизнь… после развода?
— Так твои родители в Женеве... или в деревне, где один автобус в день? — голос Алисы резал тишину.
Все смотрели на меня. Я видела, как рушится мой выдуманный мир.
— Мира? — Данил смотрел на меня, и в его глазах горело непонимание. — Это правда? Ты всё врала?
Я не успела ответить. Он уже поворачивался к выходу.
— Подожди...
Но дверь захлопнулась. За ним ушли все. Весь мой «близкий круг».
— Всё кончено, — прошептала я, берясь за голову. — Это конец…
Все смотрели на меня. Я видела, как рушится мой выдуманный мир.
— Мира? — Данил смотрел на меня, и в его глазах горело непонимание. — Это правда? Ты всё врала?
Я не успела ответить. Он уже поворачивался к выходу.
— Подожди...
Но дверь захлопнулась. За ним ушли все. Весь мой «близкий круг».
— Всё кончено, — прошептала я, берясь за голову. — Это конец…
- Я ни за что не стану с тобой дружить! - Крикнула я Ярославу в лицо...
Это воспоминание из детства сейчас эхом отзывается в моей памяти, ведь передо мной он... Невыносимый мальчишка, отнявший у меня велосипед... И вот теперь, он - сын маминого мужа, моего отчима, мой сводный брат! И нам предстоит жить под одной крыше!
Я — независимая и немного дерзкая девушка, которая знакома с такими, как он — холодным, высокомерным и уверенным в своей исключительности парнем. Он считает, что все вокруг должны подчиняться его воле, особенно девушки. И в первые же дни я решила, что сделаю всё, чтобы вывести его из равновесия, сделать его жизнь невыносимой. Но никто не предупреждал, что между нами может вспыхнуть что-то большее — неисповедимые чувства, которые могут всё изменить...
Это воспоминание из детства сейчас эхом отзывается в моей памяти, ведь передо мной он... Невыносимый мальчишка, отнявший у меня велосипед... И вот теперь, он - сын маминого мужа, моего отчима, мой сводный брат! И нам предстоит жить под одной крыше!
Я — независимая и немного дерзкая девушка, которая знакома с такими, как он — холодным, высокомерным и уверенным в своей исключительности парнем. Он считает, что все вокруг должны подчиняться его воле, особенно девушки. И в первые же дни я решила, что сделаю всё, чтобы вывести его из равновесия, сделать его жизнь невыносимой. Но никто не предупреждал, что между нами может вспыхнуть что-то большее — неисповедимые чувства, которые могут всё изменить...
Выберите полку для книги