Книги по тегу «эротика»: ""
— Отпустите меня, — цежу, стараясь сползти с его колен, но только еще сильнее прижимаюсь. — Я буду кричать.
— И кто тебе поможет? — спрашивает он, облизывая мое ухо.
Петр давит пальцем на мой подбородок вынуждая повернуть голову вправо, а затем влево. И я понимаю о чем он говорит. Всем плевать, что творят два бугая с официанткой прямо у них перед носом. Либо эти бугаи слишком круты, либо я слишком незначительная фигура в этой партии. Но итог один — меня правда никто не спасет.
— Малышка, тебе реально стоит извиниться, — наклоняется ко мне блондин, цепляя пальцами воротник моей рубашки. — Хорошо извиниться. Качественно. И мы может быть тебя простим. Даже оплатим ту бутылку. Босс же пообещал вычесть ее из твоей зарплаты, я прав?
Я молчу, но рука, лежащая на моем бедре приходит в движение, заставляя меня вздрогнуть.
— И кто тебе поможет? — спрашивает он, облизывая мое ухо.
Петр давит пальцем на мой подбородок вынуждая повернуть голову вправо, а затем влево. И я понимаю о чем он говорит. Всем плевать, что творят два бугая с официанткой прямо у них перед носом. Либо эти бугаи слишком круты, либо я слишком незначительная фигура в этой партии. Но итог один — меня правда никто не спасет.
— Малышка, тебе реально стоит извиниться, — наклоняется ко мне блондин, цепляя пальцами воротник моей рубашки. — Хорошо извиниться. Качественно. И мы может быть тебя простим. Даже оплатим ту бутылку. Босс же пообещал вычесть ее из твоей зарплаты, я прав?
Я молчу, но рука, лежащая на моем бедре приходит в движение, заставляя меня вздрогнуть.
Огни мегаполиса, бокал рубинового вина, джаз, растворяющийся в воздухе… И двое — Юля и Марк — играют в опасную игру, где каждое слово, каждый взгляд — это шаг к краю пропасти. Они говорят об архитектуре, но на самом деле — о страсти. О том, что скрыто за безупречными фасадами. О трещинах, через которые пробивается желание.
Он — архитектор, привыкший разбирать пространства на части. Она — женщина, построившая вокруг себя неприступные стены. Но одна ночь меняет всё. Их встреча — это не любовь. Это землетрясение. Это инсталляция из огня, кожи и невысказанных слов, которая существует ровно до рассвета.
«Апория чувств» — история о том, как два осколка случайно складываются в узор, а потом снова рассыпаются. О том, что иногда самое настоящее — это то, что не оставляет следов. Кроме шрамов.
Он — архитектор, привыкший разбирать пространства на части. Она — женщина, построившая вокруг себя неприступные стены. Но одна ночь меняет всё. Их встреча — это не любовь. Это землетрясение. Это инсталляция из огня, кожи и невысказанных слов, которая существует ровно до рассвета.
«Апория чувств» — история о том, как два осколка случайно складываются в узор, а потом снова рассыпаются. О том, что иногда самое настоящее — это то, что не оставляет следов. Кроме шрамов.
Всегда носи с собой бутерброды. Судьба может подстерегать под каждым кустом. А уж если опоздала на автобус, не ходи через лес под дождём.
Гена получает на первый взгляд простое задание — охранять дочь бизнесмена, но София — не просто избалованная наследница. За её дерзкими выходками скрывается боль, которую никто не замечает.
Он — последний, кто мог бы ей понравиться. Она — последняя, в кого он бы позволил себе влюбиться.
Но когда чувства становятся опаснее, чем любые пули, границы между долгом и желаниями начинают стираться...
Он — последний, кто мог бы ей понравиться. Она — последняя, в кого он бы позволил себе влюбиться.
Но когда чувства становятся опаснее, чем любые пули, границы между долгом и желаниями начинают стираться...
- Ты спятила? – выдохнула, в ужасе прикрыв рот ладошкой. – Какие мужики, Вита? От меня муж ушел! Не хочу я сейчас никаких мужиков!
- Ну и дура! Он об тебя ноги вытер, а ты утерлась и сидишь слезы льешь!
- А ты предлагаешь последовать его примеру? Переспать с первым встречным?
- И не одним!
- Что?! Вита, я тебя очень люблю, ты знаешь, - замолчала, собираясь с мыслями. – Но, блин, за кого ты меня принимаешь?
- За женщину, Катя! За женщину, которая доверилась одному негодяю и не пробовала ничего другого! Ну признайся, ты ведь что такое *** *** наверняка знаешь только со своей позиции?..
- Ну и дура! Он об тебя ноги вытер, а ты утерлась и сидишь слезы льешь!
- А ты предлагаешь последовать его примеру? Переспать с первым встречным?
- И не одним!
- Что?! Вита, я тебя очень люблю, ты знаешь, - замолчала, собираясь с мыслями. – Но, блин, за кого ты меня принимаешь?
- За женщину, Катя! За женщину, которая доверилась одному негодяю и не пробовала ничего другого! Ну признайся, ты ведь что такое *** *** наверняка знаешь только со своей позиции?..
Я оказалась в чужом мире прямо в руках здоровенного орка. На меня охотятся злобные фанатики в капюшонах, а сам орк говорит, что я Избранная, и он готов защищать меня ценой собственной жизни.
Что за бред?! Ведь я простая девчонка с Земли. С ипотекой, злой начальницей и парнем-предателем.
А что, если это вселенная отправила меня прямо в руки к тому, кто способен не только уложить врагов голыми руками, но и трепетно любить?
Что за бред?! Ведь я простая девчонка с Земли. С ипотекой, злой начальницей и парнем-предателем.
А что, если это вселенная отправила меня прямо в руки к тому, кто способен не только уложить врагов голыми руками, но и трепетно любить?
— Виктория… — его голос, низкий и бархатистый, скользит по моей коже, заставляя вздрогнуть. — Ты думала, я не замечаю твоих маленьких провокаций?
Мужчина приближается, и мое дыхание сбивается. Взгляд профессора — тёмный, изучающий. Медленно опускается к моим слегка приоткрытым губам. Ниже. К трепещущему горлу.
— Опаздываешь на пары. Ввязываешься в ссоры с другими студентами. — Приближает губы к моему ушку и шёпотом добавляет:
— Перегибаешься через мой стол, чтобы я видел больше, чем нужно… — его пальцы мягко проводят по моему запястью.
Чувствую, как по спине бежит горячая дрожь.
— Профессор, я… — пытаюсь сохранить дерзость, но голос предательски дрожит.
— Молчи! — Он наклоняется ближе. — Ты хотела моего внимания? Прекрасно. Теперь ты его получишь… Но на моих условиях.
Мужчина приближается, и мое дыхание сбивается. Взгляд профессора — тёмный, изучающий. Медленно опускается к моим слегка приоткрытым губам. Ниже. К трепещущему горлу.
— Опаздываешь на пары. Ввязываешься в ссоры с другими студентами. — Приближает губы к моему ушку и шёпотом добавляет:
— Перегибаешься через мой стол, чтобы я видел больше, чем нужно… — его пальцы мягко проводят по моему запястью.
Чувствую, как по спине бежит горячая дрожь.
— Профессор, я… — пытаюсь сохранить дерзость, но голос предательски дрожит.
— Молчи! — Он наклоняется ближе. — Ты хотела моего внимания? Прекрасно. Теперь ты его получишь… Но на моих условиях.
Он знал ее лучше, чем она сама. Он был ее самой страстной фантазией. Он был ее худшим кошмаром.
В эпоху прогресса цифровых технологий дни искренней любви сочтены. Ева Фокина, талантливая, но одинокая современная художница, ищет искру вдохновения и человеческого тепла, что никогда не обидит и не ранит душу, в отличие от реальных жестоких мужчин. Приложение "Серендипити" обещает именно это: глубокие связи для избранных. И Ева находит Томаса — любовника, сгенерированного искусственным интеллектом. Виртуальный парень кажется идеальным – понимающим, соблазнительным, просто созданным для нее. Но когда в ее тихую жизнь врываются дорогие подарки, повторяющие ее самые потаенные фантазии, а в пустой квартире витает чужой аромат, восторг сменяется леденящим ужасом.
В эпоху прогресса цифровых технологий дни искренней любви сочтены. Ева Фокина, талантливая, но одинокая современная художница, ищет искру вдохновения и человеческого тепла, что никогда не обидит и не ранит душу, в отличие от реальных жестоких мужчин. Приложение "Серендипити" обещает именно это: глубокие связи для избранных. И Ева находит Томаса — любовника, сгенерированного искусственным интеллектом. Виртуальный парень кажется идеальным – понимающим, соблазнительным, просто созданным для нее. Но когда в ее тихую жизнь врываются дорогие подарки, повторяющие ее самые потаенные фантазии, а в пустой квартире витает чужой аромат, восторг сменяется леденящим ужасом.
Из оранжереи мэра Хэйворта выкрали призрачную лилию – цветок, который цветет раз в двадцать лет и который выращивали специально для Ее Величества. Расследованием займется лучший детектив города и два стажера-оборотня, претендующие на одно вакантное место. И все бы ничего, но среди них неожиданно оказывается девушка – первая в Олдландии выпускница Высшей юридической школы. А у шефа три правила, которые нельзя нарушать: во-первых, приказы не обсуждаются; во-вторых, не умеешь сдерживать внутреннего зверя – тебе нечего делать в полиции и, наконец, неуставные отношения в команде строго запрещены.
Казалось бы, с третьим правилом проблем не возникнет, так как Присцилле заносчивый конкурент не понравился сразу, как и она ему.
Но ее внутренняя львица считает иначе…
Казалось бы, с третьим правилом проблем не возникнет, так как Присцилле заносчивый конкурент не понравился сразу, как и она ему.
Но ее внутренняя львица считает иначе…
- Соглашайся, Маша. На утро ты не пожалеешь, - двое опытных мужчин уговаривают меня уступить своим желаниям.
- Нет, я не могу, у меня совершенно нет опыта. И это неправильно.
- Значит, невинная ещё, да? – спрашивает отец моей подруги.
- Да, - со стыдом признаюсь.
- Недотрога, - тянет Игнат, поддевая пальцем мой подбородок. – Это даже хорошо.
- Почему? – тяну удивлённо.
Мне всегда казалось, что такие взрослые мужчины, как Громов и его двоюродный брат, предпочитают опытных женщин.
- Потому что мы тебя всему научим. Потому что твой первый раз будет очень запоминающимся. Просто скажи да, детка.
- Нет, я не могу, у меня совершенно нет опыта. И это неправильно.
- Значит, невинная ещё, да? – спрашивает отец моей подруги.
- Да, - со стыдом признаюсь.
- Недотрога, - тянет Игнат, поддевая пальцем мой подбородок. – Это даже хорошо.
- Почему? – тяну удивлённо.
Мне всегда казалось, что такие взрослые мужчины, как Громов и его двоюродный брат, предпочитают опытных женщин.
- Потому что мы тебя всему научим. Потому что твой первый раз будет очень запоминающимся. Просто скажи да, детка.
Выберите полку для книги