Читать и слушать книги
— Лера, подожди, давай поговорим! Ты не должна уходить так.
Я качаю головой, с трудом сдерживая слезы.
— А как я должна уходить? Ты знал, Кирилл. Ты знал, что она беременна, и ничего не сказал мне! Я не могу больше здесь оставаться.
Он делает шаг ко мне, но я отступаю.
— Лера, это не то, что ты думаешь. Я не знал о беременности… не знал, что одна из ночей обернётся против нас.
— Против нас? — повторяю я, почувствовав горечь на языке. — Какое «нас»? Она носит твоего ребенка, а я? Я здесь кто? Твоя фиктивная жена?
* * *
Моя жизнь перевернулась с ног на голову, когда моя лучшая подруга сбежала перед своей свадьбой с моим родным братом! И теперь ее разозлённый жених требует чтобы я вышла за него замуж, иначе...
Я качаю головой, с трудом сдерживая слезы.
— А как я должна уходить? Ты знал, Кирилл. Ты знал, что она беременна, и ничего не сказал мне! Я не могу больше здесь оставаться.
Он делает шаг ко мне, но я отступаю.
— Лера, это не то, что ты думаешь. Я не знал о беременности… не знал, что одна из ночей обернётся против нас.
— Против нас? — повторяю я, почувствовав горечь на языке. — Какое «нас»? Она носит твоего ребенка, а я? Я здесь кто? Твоя фиктивная жена?
* * *
Моя жизнь перевернулась с ног на голову, когда моя лучшая подруга сбежала перед своей свадьбой с моим родным братом! И теперь ее разозлённый жених требует чтобы я вышла за него замуж, иначе...
– У тебя есть ребенок? – на выдохе спрашивает Влад.
– Да, дочка.
– Сколько ей?
После вопроса между нами повисает неловкая пауза, мне требуется слишком много времени, чтобы ответить.
– Пять.
– А когда у нее день рождения?
– В сентябре, – Беркутов молчит. Я нервно сглатываю и отрицательно машу головой. – Влад, она не твоя, если ты об этом.
Он быстро кивает, собираясь выйти из квартиры, но моя дочь появляется на пороге. Девочка смущенно улыбается, заставляя Беркута замереть. Все становится слишком очевидным.
– Не моя, говоришь?
– Да, дочка.
– Сколько ей?
После вопроса между нами повисает неловкая пауза, мне требуется слишком много времени, чтобы ответить.
– Пять.
– А когда у нее день рождения?
– В сентябре, – Беркутов молчит. Я нервно сглатываю и отрицательно машу головой. – Влад, она не твоя, если ты об этом.
Он быстро кивает, собираясь выйти из квартиры, но моя дочь появляется на пороге. Девочка смущенно улыбается, заставляя Беркута замереть. Все становится слишком очевидным.
– Не моя, говоришь?
— Почему ты сбежала?
Стою напротив мужа в номере отеля, где я хотела спрятаться после его предательства.
— Я не убегала, я ушла от тебя. Не собираюсь терпеть того, что из меня будут делать дуру, — цежу сквозь зубы.
— Никто из тебя не делал дуру, — в голос предателя просачивается раздражение, — я тебе не изменял, Настя.
— А видео просто монтаж, да, милый? — проговариваю язвительно, – я хочу развод.
Но муж не собирается меня так просто отпускать…
Стою напротив мужа в номере отеля, где я хотела спрятаться после его предательства.
— Я не убегала, я ушла от тебя. Не собираюсь терпеть того, что из меня будут делать дуру, — цежу сквозь зубы.
— Никто из тебя не делал дуру, — в голос предателя просачивается раздражение, — я тебе не изменял, Настя.
— А видео просто монтаж, да, милый? — проговариваю язвительно, – я хочу развод.
Но муж не собирается меня так просто отпускать…
Юная сирота устроилась на работу к старому миллиардеру, но уже через пару дней была вынуждена бежать от него ночью в окно - в чём мать родила...
— Что за черт? — почти рычу, глядя, как девица улыбается и смотрит на меня как на пустое место, кривит рот.
— Соня! — я слышу голос мужа, застываю. Перестаю дышать. Он появляется передо мной почти голый — лишь бедра обмотаны полотенцем. Волосы влажные — капли воды падают на плечи, скользят по обнаженному телу.
— Каролина, что ты здесь делаешь? — звучит как оскорбление.
— Я? Что ты здесь делаешь, Богдан? — сглатываю тяжело, гладя свой живот, где живёт наша малышка. — Какого черта ты здесь, с ней? Ты же сказал… Что по работе в Питер уезжаешь!
Его любовница противно ухмыляется. Рукой проводит по своей шее, губы облизывает.
— Я должен отчитываться перед тобой?
— Я твоя жена, если не забыл! — цежу сквозь зубы.
— Скоро... Очень скоро станешь бывшей, милая... — ставит меня перед фактом его бывшая. Или… уже настоящая?
— Соня! — я слышу голос мужа, застываю. Перестаю дышать. Он появляется передо мной почти голый — лишь бедра обмотаны полотенцем. Волосы влажные — капли воды падают на плечи, скользят по обнаженному телу.
— Каролина, что ты здесь делаешь? — звучит как оскорбление.
— Я? Что ты здесь делаешь, Богдан? — сглатываю тяжело, гладя свой живот, где живёт наша малышка. — Какого черта ты здесь, с ней? Ты же сказал… Что по работе в Питер уезжаешь!
Его любовница противно ухмыляется. Рукой проводит по своей шее, губы облизывает.
— Я должен отчитываться перед тобой?
— Я твоя жена, если не забыл! — цежу сквозь зубы.
— Скоро... Очень скоро станешь бывшей, милая... — ставит меня перед фактом его бывшая. Или… уже настоящая?
Подходя к номеру любимого, я заметила, что дверь приоткрыта. Я вошла. Повсюду были разбросаны женские вещи.
- Что тут происходит?
Из его кровати выскочила практически обнажённая женщина.
Я сразу её узнала. Это была та самая Натали.
- Посмотреть пришла?
- Нет, я Егора искала.
- Ну и нашла? Довольна? Думаешь он рад будет? Мы помирились. У нас так всегда. Свободная любовь, понимаешь? Теперь спектакль окончен. Можешь проваливать!
- Что тут происходит?
Из его кровати выскочила практически обнажённая женщина.
Я сразу её узнала. Это была та самая Натали.
- Посмотреть пришла?
- Нет, я Егора искала.
- Ну и нашла? Довольна? Думаешь он рад будет? Мы помирились. У нас так всегда. Свободная любовь, понимаешь? Теперь спектакль окончен. Можешь проваливать!
Таня и Артём собирались отправиться в путешествие, приуроченное к очередной годовщине их счастливого брака. Но, вернувшись домой пораньше, Таня увидела в коридоре туфли соседки...
***
– Как бы я хотел поехать в этот отпуск с тобой, – мечтательно произнёс Артём, обращаясь к Владе. – А теперь придётся отбывать двухнедельную повинность с Танькой…
Таня ощутила, как к лицу приливает кровь. Повинность?! Это он так – об отпуске с любимой женой?!
***
– Как бы я хотел поехать в этот отпуск с тобой, – мечтательно произнёс Артём, обращаясь к Владе. – А теперь придётся отбывать двухнедельную повинность с Танькой…
Таня ощутила, как к лицу приливает кровь. Повинность?! Это он так – об отпуске с любимой женой?!
— Лиза? — Денис отмер первым.
— Денис, ты же говорил, что твоя деревенщина только завтра прилетит! — заверещала девица под моим мужчиной.
Хотя с чего бы это он только мой? Он у нас, оказывается, общественный.
— Лиза, ты охренела? Что ты делаешь?
— Вещи собираю. Не видишь разве?
— Зачем?
— Догадайся с двух раз.
— Не глупи! Я же только тебя люблю!
— Денис, ты же говорил, что твоя деревенщина только завтра прилетит! — заверещала девица под моим мужчиной.
Хотя с чего бы это он только мой? Он у нас, оказывается, общественный.
— Лиза, ты охренела? Что ты делаешь?
— Вещи собираю. Не видишь разве?
— Зачем?
— Догадайся с двух раз.
— Не глупи! Я же только тебя люблю!
Я медленно иду по коридору, заглядывая в каждую комнату. Мужа нигде нет. Сердце гулко бьётся в груди. Я уже почти в панике, когда слышу дрожащий голос сына:
— Мам, а это что? Записка от папы...
Я захожу в зал и вижу, как Лёша, чуть не плача, держит какой-то скомканный листок в руках.
— Ты это прочёл? Прочёл, я спрашиваю?! — подбегаю к нему, будто чувствуя, что беда написана.
— Мама, не кричи!
Забираю лист у сына и начинаю читать.
Слова перед глазами расплываются, но смысл записки с трудом доходит до меня:
«Оля, я больше не хочу врать ни тебе, ни себе. Прости, но я люблю другую. Уже давно. Смотрю на тебя, а вижу её»
* * *
Я думала, что живу в счастливом браке, пока однажды вернувшись домой, не нахожу от мужа записку, с признанием в любви к другой...
— Мам, а это что? Записка от папы...
Я захожу в зал и вижу, как Лёша, чуть не плача, держит какой-то скомканный листок в руках.
— Ты это прочёл? Прочёл, я спрашиваю?! — подбегаю к нему, будто чувствуя, что беда написана.
— Мама, не кричи!
Забираю лист у сына и начинаю читать.
Слова перед глазами расплываются, но смысл записки с трудом доходит до меня:
«Оля, я больше не хочу врать ни тебе, ни себе. Прости, но я люблю другую. Уже давно. Смотрю на тебя, а вижу её»
* * *
Я думала, что живу в счастливом браке, пока однажды вернувшись домой, не нахожу от мужа записку, с признанием в любви к другой...
- Я верну тебя, Наташа.
- Пошел ты к черту! У меня своя жизнь, без твоей арабской хрени!
- Какая строптивая, красивая. За это я и люблю русских женщин, - он провел большим пальцем по моим губам, словно я уже его собственность.
- Я убегу от тебя! Клянусь, убегу, и ты меня не найдешь.
- Ты еще не поняла? Ты носишь наследника целого государства. Ты в моей власти. Я не отпущу тебя. Ты станешь моей второй женой, моей любовницей. Тебе понравится, обещаю.
***
Я сбежала от арабского шейха, будучи беременной его единственным наследником. Если бы я знала, что правитель желает моей смерти, никогда бы не закрутила с ним роман и не согласилась бы вернуться. Но меня никто не спрашивал. Я должна выносить и родить ребенка, чтобы сохранить наши с малышом жизни.
У меня два варианта: подчиниться ему или бежать сломя голову.
- Пошел ты к черту! У меня своя жизнь, без твоей арабской хрени!
- Какая строптивая, красивая. За это я и люблю русских женщин, - он провел большим пальцем по моим губам, словно я уже его собственность.
- Я убегу от тебя! Клянусь, убегу, и ты меня не найдешь.
- Ты еще не поняла? Ты носишь наследника целого государства. Ты в моей власти. Я не отпущу тебя. Ты станешь моей второй женой, моей любовницей. Тебе понравится, обещаю.
***
Я сбежала от арабского шейха, будучи беременной его единственным наследником. Если бы я знала, что правитель желает моей смерти, никогда бы не закрутила с ним роман и не согласилась бы вернуться. Но меня никто не спрашивал. Я должна выносить и родить ребенка, чтобы сохранить наши с малышом жизни.
У меня два варианта: подчиниться ему или бежать сломя голову.
Выберите полку для книги