Читать и слушать книги

Владимир Богатырёв вернулся в столицу после отдыха в Таиланде. Дел накопилось по горло. Клиентки соскучились и стоят в очереди на приём. Ещё и новые пожаловали, чтобы проверить слухи о небывалом массажисте. Держа марку, Богатырёв должен постоянно доказывать, что лучше в этой области никого нет. Да только в стране становится неспокойно. Буря намечается. А что конкретно будет, никто не расскажет. Не желая вступать в ряды едва переобувшихся вирусологов, Володя пытается забыться в работе. Но у судьбы на него иные планы. Рабочие руки везде пригодятся!

— Да она явно косилась в мою сторону, — сказал он, помешивая суп, и у меня внутри всё оборвалось. — Но… не мой размер, если честно.
«Не мой размер». Эти слова ударили точно в солнечное сплетение, пронзили насквозь, лишили воздуха. Я сжала ложку так, что костяшки побелели, а в глазах потемнело от боли.
— Ты про Лену? — спросил кто‑то из коллег, и в его голосе слышалась едва уловимая издёвка. — А что не так? Нормальная девчонка.
— Нормальная, — фыркнул Валера, и это «нормальная» прозвучало как оскорбление. — Но я вот люблю, чтобы всё… изящно было. Ну, знаешь, талия, бёдра поуже. Коровы это не моё.
Вот из-за этого я страдала, как дурочка. Лила слёзы и жалела себя. Но теперь готова доказать, что такие королевы, как я, тоже не твоё!

Я уже давно не верю в сказки, потому что моя жизнь — одна сплошная черная полоса, пока… Пока на горизонте не появляется принц на белом джипе. 

***

Шаг, и легкий удар трогающегося автомобиля опрокидывает меня на асфальт. Я лежу и смотрю в небо, которое подмигивает мне яркими звездочками.
Обзор на красоту мерцающих звезд мне закрывает чья-то голова.
— Живая? — надо мной раздается взволнованный мужской голос, который кажется мне смутно знакомым.

Максим притворялся, что я ему нравлюсь. Мало того, он бросил меня в чужом доме, куда сам же и привел.
– Максим! – позвала я шепотом.
Я услышала шум с первого этажа. Сделала пару шагов к лестнице, и увидела внизу двух мужчин.
– Ты представляешь? – сказал первый мужчина, его голос звучал строго. – Какие-то голодранцы забрались к нам в дом.
Я перестала дышать. Черты его лица казались знакомыми. Сделала шаг за угол, уронила вазу, она с громким дзыньком разбилась.
– Ага, – сказал второй, у него был жгучий взгляд. – И не все голодранцы успели убежать.
Так на меня смотрел только один человек. По телу прошли мурашки.
– Не вызывайте полицию, – прошептала я, прижимаясь к перилам лестницы и теребя рукав своего растянутого свитера. – Отпустите.
– Тоня? – назвал меня по имени первый мужчина. Он был такой крупный и мощный, что будто на меня надвигалась гора. Я его знала раньше. Их обоих. Не могут же это быть те мальчишки со двора, которым я нравилась? Или это они?

Воронина Мелисса никогда не обманывала себя иллюзиями о том, что «плохие мальчики», влюбившись в «хорошую девочку», вдруг превращаются в примерных парней. А если на одну девушку претендуют сразу двое таких красавчиков? Случайное совпадение? Ни за что. Наверняка у них какой‑то замысел.
— Не убегай от нас, красавица, — произнёс Камиль, преграждая рукой единственный путь к отступлению. — Мы тебя не обидим.
— Лисса, мы тебя не обидим, — вторил ему брат‑близнец, небрежно накручивая на палец локон моих волос. — Мы хорошие.
— Ох, что‑то я вам не верю, мальчики, — с театральной грустью вздохнула, осторожно отползая вдоль стены. — Раз уж так сложилось, моё сердце достанется лишь одному из вас.
Я даже глазом не моргнула, произнося эту ложь.
— Мы согласны, — хором откликнулись братья Алиевы.
— Но есть одно условие, — добавил один из них.
— Уже предчувствую, что оно мне не понравится, — с сарказмом отозвалась я.

Год назад я сбежала от мужа... От его издевательств и оскорблений. Только начала заново жить, почувствовала кайф деревенской жизни. Как всё переворачивается с ног, на голову. Моё желание помочь — оборачивается для меня боком, но это только начало истории...

– Вот так девкой и помрешь!
– Теть?
– А он те замуж предлагал!
Вы на нее посмотрите… Заступница! Понравился он ей видите ли! А я сейчас мужика упущу!
Что значит, упущу?
Что за дурь?
Кто за ним охотится?
Это он… Вообще… Должен…
А я ничего никому не должна! Разве что, вот конфетку... Только почему я после этих конфет сама не своя?

Что может быть общего между избалованной городской студенткой и влиятельным бизнесменом, который предпочитает шумным вечеринкам тишину деревенских вечеров? Судьба решила сыграть с ними злую шутку, столкнув в месте, где время будто остановилось.
Она юная мечтательница, чей мир ограничен стенами университета и городской суеты. Деревенский быт для нее — что-то из области фантастики.
Он успешный предприниматель с репутацией жесткого бизнесмена, который заключает миллионные сделки, но несколько раз в год уединяется в деревенском доме, где находит истинное счастье.
Они такие, разные... Сумеют ли они найти точки соприкосновения или приключения на краю цивилизации так и останутся мимолетным увлечением?

— Я серьёзно, — улыбается он. — Зову тебя на свидание.
— Матвеев, ты слышал хоть слово из того, что я сказала? Между нами — преподаватель и студент. Точка. Никаких свиданий, никаких «Василис», никаких намёков. Понял?
Андрей не отступает. Он делает шаг ближе, чуть наклоняется ко мне — капюшон худи чуть сползает, открывая обесцвеченные пряди.
— А если я не хочу «точки»? Что, если мне нравится, когда ты злишься?
— Нравится? — я поднимаю бровь. — Значит, ты просто мазохист. Потому что сейчас я очень зла. И вполне могу тебя стукнуть.
Он усмехается:
— Ну да. Мазохист. Стукни меня, детка, — провокационно и насмешливо говорит он.
В аудитории ещё остались несколько студентов — они замерли, делая вид, что ищут что‑то в сумках.
— Все свободны. Немедленно!

Она — дерзкая, независимая стерва, которая привыкла получать всё, что хочет. Ее девиз: «Нет» не считается ответом!
Он — властный, неприступный тиран, отец её лучшей подруги. Человек, который ненавидит её всем сердцем… или всё-таки нет?
Их встреча была неизбежна. Она решила вмешаться в его отношения с дочерью. Он решил преподать ей урок. Но кто же знал, что война за территорию превратится в войну гормонов?
Запретная страсть разгорается между ними, словно лесной пожар. Она дразнит его, он сводит ее с ума. Каждый их взгляд — искра, каждое прикосновение — взрыв.
Смогут ли они преодолеть разницу в возрасте и собственные принципы? Или их запретное влечение уничтожит все, что они выстраивали долгое время?