Книги в жанре «Эротическая комедия»
Споткнулась о корягу, вскрикнула и полетела вперёд. Я думала, что упаду в колючую траву, а попала в теплый рай.
Меня кто-то подхватил и прижал к груди. Я согреваясь, потеряла всякий рассудок. Кто-то подхватил меня на руки. Какой-то неизвестный мужчина!
Но эти мысли не пробивались сквозь радость от обретенного тепла и защиты от волка. Мужчина ещё и пах приятно.
– Вот ты куда запропастилась, – произнес смутно знакомый хриплый голос. – Мы уже заждались.
Я была словно загипнотизирована. Грела ледяные ладошки об его здоровенные и горячие бицепсы. Даже не слушала толком, что он говорит.
Потом мужчина наклонился, аккуратно меня положил на мягкий плед, очевидно расстеленный в палатке.
– Прости, света нет, фонарик куда-то запропастился, – сказал он.
Я выпустила из ладони фотоаппарат, и он остался где-то в самом углу палатки. От окутавшего моё тело тепла я стала просто счастлива, и поцелуй, который обрушился на мои губы, влился в это счастье. Я даже не смогла сразу запротестовать.
Меня кто-то подхватил и прижал к груди. Я согреваясь, потеряла всякий рассудок. Кто-то подхватил меня на руки. Какой-то неизвестный мужчина!
Но эти мысли не пробивались сквозь радость от обретенного тепла и защиты от волка. Мужчина ещё и пах приятно.
– Вот ты куда запропастилась, – произнес смутно знакомый хриплый голос. – Мы уже заждались.
Я была словно загипнотизирована. Грела ледяные ладошки об его здоровенные и горячие бицепсы. Даже не слушала толком, что он говорит.
Потом мужчина наклонился, аккуратно меня положил на мягкий плед, очевидно расстеленный в палатке.
– Прости, света нет, фонарик куда-то запропастился, – сказал он.
Я выпустила из ладони фотоаппарат, и он остался где-то в самом углу палатки. От окутавшего моё тело тепла я стала просто счастлива, и поцелуй, который обрушился на мои губы, влился в это счастье. Я даже не смогла сразу запротестовать.
Машка - обычная девка-рукодельница, которая умеет только прясть да за соседями подглядывать. Но когда князю понадобилась девственница для важного государственного дела, оказалось, что скромная Машенька знает о мужской анатомии гораздо больше, чем принято приличной девице! А уж когда дело дошло до "проверки" её невинности тремя видными боярами...
Я не собиралась проверять. Правда. Но экран вспыхнул сам – сообщение от «Ксюшеньки».
«Напиши, как доберешься. Я уже скучаю».
Сердце замерло. Пальцы задрожали, когда я открыла переписку.
Фотографии. Их было слишком много. Молодое тело, смеющиеся губы, то самое черное белье, которое я однажды нашла в его машине. И его слова...
«Ты моя богиня».
В ушах звенело. Я ждала слез, истерики – но внутри была только ледяная пустота.
Дверь открылась. Он стоял на пороге, улыбаясь.
— Оль, ты не поверишь, сегодня... — Он замолчал, увидев мое лицо. Потом взгляд скользнул к телефону в моих руках.
— Это не то, что ты думаешь, — брякнул он автоматически. Глупо. Пошло.
Я рассмеялась.
— «Это не то, что ты думаешь»? — прошипела я. — Двадцать лет брата – и это всё, что я заслужила?
Он попытался что-то сказать, но я уже швырнула телефон в стену. Стекло разлетелось осколками – как наша жизнь.
— Вали. Пока я не сделала хуже.
«Напиши, как доберешься. Я уже скучаю».
Сердце замерло. Пальцы задрожали, когда я открыла переписку.
Фотографии. Их было слишком много. Молодое тело, смеющиеся губы, то самое черное белье, которое я однажды нашла в его машине. И его слова...
«Ты моя богиня».
В ушах звенело. Я ждала слез, истерики – но внутри была только ледяная пустота.
Дверь открылась. Он стоял на пороге, улыбаясь.
— Оль, ты не поверишь, сегодня... — Он замолчал, увидев мое лицо. Потом взгляд скользнул к телефону в моих руках.
— Это не то, что ты думаешь, — брякнул он автоматически. Глупо. Пошло.
Я рассмеялась.
— «Это не то, что ты думаешь»? — прошипела я. — Двадцать лет брата – и это всё, что я заслужила?
Он попытался что-то сказать, но я уже швырнула телефон в стену. Стекло разлетелось осколками – как наша жизнь.
— Вали. Пока я не сделала хуже.
Библиотека должна была стать моим убежищем. Никаких вечеринок. Никаких парней. Только я, учебники — и страх провалить сессию.
Но он, загадочный ботаник с биофака, всё испортил.
Высокий. Молчаливый. В очках. С идеальной осанкой и длинными пальцами — словно специально созданный для моих развратных фантазий.
И чем дольше он молчал, тем ярче они становились.
Но я не могла представить, что его фантазии окажутся ещё грязнее.
И что однажды он решит воплотить их… прямо в библиотеке. Со мной.
Но он, загадочный ботаник с биофака, всё испортил.
Высокий. Молчаливый. В очках. С идеальной осанкой и длинными пальцами — словно специально созданный для моих развратных фантазий.
И чем дольше он молчал, тем ярче они становились.
Но я не могла представить, что его фантазии окажутся ещё грязнее.
И что однажды он решит воплотить их… прямо в библиотеке. Со мной.
— Довольно спектакля, лапочка, — его рука сжала мой подбородок, заставляя поднять на него взгляд. — Ты знаешь, зачем ты здесь.
— Зачем? — выдохнула я, чувствуя, как леденеет кровь.
— Не притворяйся, что не понимаешь. Я тебя купил, — усмехнулся он, глаза его потемнели. — Теперь ты моя. Вставай на колени и покажи, на что способен этот болтливый ротик...
Мой парень обманом заманил меня на аукцион, где продал меня и мою невинность.
А выкупил меня ОН - Арсений «Бес».
Ледяной взгляд, адский нрав.
Теперь, я его собственность.
И должна исполнять все его желания.
Каждую ночь...
— Зачем? — выдохнула я, чувствуя, как леденеет кровь.
— Не притворяйся, что не понимаешь. Я тебя купил, — усмехнулся он, глаза его потемнели. — Теперь ты моя. Вставай на колени и покажи, на что способен этот болтливый ротик...
Мой парень обманом заманил меня на аукцион, где продал меня и мою невинность.
А выкупил меня ОН - Арсений «Бес».
Ледяной взгляд, адский нрав.
Теперь, я его собственность.
И должна исполнять все его желания.
Каждую ночь...
– В чем дело, Кемаль? – спрашиваю я, оглядываясь в номере. – Что за неполадка?
– Никакой неполадки, – он смотрит на меня так, словно хочет прожечь взглядом. – Ты не должна была танцевать с ним!
– А тебе какое дело? – огрызаюсь я.
– Ты моя гостья, – отвечает Кемаль, делая шаг в мою сторону. – И я решаю, с кем тебе танцевать.
Он стоит так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже. Запах моря, солнца и чего-то неуловимо опасного...
***
Я - Аглая, училка с пышными формами. В свои долгожданные каникулы уезжаю в Турцию и мечтаю закрутить курортный роман с каким-нибудь туристом. Но мои скромные планы рушит Кемаль. Высокий, смуглый турок с глазами цвета шоколада. Горячий, как турецкий кофе, и наглый, как летнее солнце. И теперь я должна выбрать: вернуться к своим планам и довольствоваться русским туристом, или рискнуть и нырнуть в омут страсти с Кемалем?
– Никакой неполадки, – он смотрит на меня так, словно хочет прожечь взглядом. – Ты не должна была танцевать с ним!
– А тебе какое дело? – огрызаюсь я.
– Ты моя гостья, – отвечает Кемаль, делая шаг в мою сторону. – И я решаю, с кем тебе танцевать.
Он стоит так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже. Запах моря, солнца и чего-то неуловимо опасного...
***
Я - Аглая, училка с пышными формами. В свои долгожданные каникулы уезжаю в Турцию и мечтаю закрутить курортный роман с каким-нибудь туристом. Но мои скромные планы рушит Кемаль. Высокий, смуглый турок с глазами цвета шоколада. Горячий, как турецкий кофе, и наглый, как летнее солнце. И теперь я должна выбрать: вернуться к своим планам и довольствоваться русским туристом, или рискнуть и нырнуть в омут страсти с Кемалем?
— Господи! Только не ты! — застываю в дверном проеме кабинета. Ни вздохнуть. Ни выдохнуть.
— Здравствуй, персик, — бывший изгибает губы в соблазнительной улыбочке, от которой у меня все тело пульсирует.
— Я требую другого гинеколога! — ору в коридор, как потерпевшая.
— Сегодня только я! — и так маняще свою нижнюю губу кусает. — Поэтому рассказывай, с чем пришла?
Боже, какой стыд!
Бывший. Мой. Гинеколог.
— У меня... там... кое-что застряло... — делаю глубокий вдох.
— Где? — брови Глеба ползут вверх.
Скотина просто издевается. И хочется ответить ему в рифму, но я прикусываю язык.
— Там... — выразительно опускаю взгляд.
— Хорошо! Но что именно?
— Одна вещь, – шепчу, готовая провалиться сквозь землю, и как назло, меня пронзает судорожный импульс.
— Тогда присаживайся, – наконец говорит бывший, указывая на кресло. – Разберёмся.
— Может, просто направишь меня к другому врачу? – слабо пытаюсь отвертеться.
— О нет, персик. Теперь мне слишком интересно.
— Здравствуй, персик, — бывший изгибает губы в соблазнительной улыбочке, от которой у меня все тело пульсирует.
— Я требую другого гинеколога! — ору в коридор, как потерпевшая.
— Сегодня только я! — и так маняще свою нижнюю губу кусает. — Поэтому рассказывай, с чем пришла?
Боже, какой стыд!
Бывший. Мой. Гинеколог.
— У меня... там... кое-что застряло... — делаю глубокий вдох.
— Где? — брови Глеба ползут вверх.
Скотина просто издевается. И хочется ответить ему в рифму, но я прикусываю язык.
— Там... — выразительно опускаю взгляд.
— Хорошо! Но что именно?
— Одна вещь, – шепчу, готовая провалиться сквозь землю, и как назло, меня пронзает судорожный импульс.
— Тогда присаживайся, – наконец говорит бывший, указывая на кресло. – Разберёмся.
— Может, просто направишь меня к другому врачу? – слабо пытаюсь отвертеться.
— О нет, персик. Теперь мне слишком интересно.
- Осторожно, братишка, эта крошка может ударить тебя, - обращаясь к Роману, сказал мужчина, который минуту назад нажал на кнопку дверного звонка. Этого мужчину звали Игорь, тот самый Игорь, хозяин магазинчика тортов и пирожных.
«Чёрт, так значит они братья?!» - мысленно удивилась я и вспомнила, что однажды подумала, что Роман и Игорь похожи друг на друга.
- Хорошо, братишка, я буду осторожен, - проговорил Роман и тут заметил то, что Игорь держал в левой руке. – А это ты зачем притащил с собой? Наверное, не просто так?
- Ты прав, братишка, не просто так, - ответил Игорь, приподняв левую руку, в которой держал наручники.
«Чёрт, так значит они братья?!» - мысленно удивилась я и вспомнила, что однажды подумала, что Роман и Игорь похожи друг на друга.
- Хорошо, братишка, я буду осторожен, - проговорил Роман и тут заметил то, что Игорь держал в левой руке. – А это ты зачем притащил с собой? Наверное, не просто так?
- Ты прав, братишка, не просто так, - ответил Игорь, приподняв левую руку, в которой держал наручники.
За процессом создания моих фирменных булочек наблюдал сам шеф-повар. Только вот он смотрел совсем на другие булки, и как-то слишком уж плотоядно…
***
- Сколько стоишь, красота? – спросил незнакомец, ничуть не сомневаясь, что у девушки есть ценник.
- Ты ошибся! Я не продаюсь! – запыхтела Гаричева.
- Все продаются, - заявил он уверенно. – Ну, назови цену. Я не жмот, - продолжал давить Гриша, резко возбужденный таинственной незнакомкой.
- Дорого! Ясно? Ты не потянешь! – заявила с долей превосходства.
- Поспорим, что потяну? – он сделал полшага, оказавшись к ней вплотную. Навис и с сексуальной хрипотцой в голосе, шепнул на ухо: - Если не разочаруешь – дам две цены, нежная лапуля, - и неожиданно лизнул кончик её ушной раковины.
Она – врач. Он – военный. Он принял ее за стриптизёршу и сделал непристойное предложение. Девушка обиделась и отомстила: устроила приват и сбежала, оставив мужчину ни с чем.
Теперь он жаждет мести! Что сделает когда найдет?
- Сколько стоишь, красота? – спросил незнакомец, ничуть не сомневаясь, что у девушки есть ценник.
- Ты ошибся! Я не продаюсь! – запыхтела Гаричева.
- Все продаются, - заявил он уверенно. – Ну, назови цену. Я не жмот, - продолжал давить Гриша, резко возбужденный таинственной незнакомкой.
- Дорого! Ясно? Ты не потянешь! – заявила с долей превосходства.
- Поспорим, что потяну? – он сделал полшага, оказавшись к ней вплотную. Навис и с сексуальной хрипотцой в голосе, шепнул на ухо: - Если не разочаруешь – дам две цены, нежная лапуля, - и неожиданно лизнул кончик её ушной раковины.
Она – врач. Он – военный. Он принял ее за стриптизёршу и сделал непристойное предложение. Девушка обиделась и отомстила: устроила приват и сбежала, оставив мужчину ни с чем.
Теперь он жаждет мести! Что сделает когда найдет?
Выберите полку для книги