- Смотри туда, - средним пальцем Велиев ткнул в стекло. - Это моя тачка. Которую только что разукрасил твой ученик.
- Боже, - сощурилась на залитую солнцем площадку перед крыльцом и дорогой черный БМВ...
Украшенный неприличным рисунком.
- Вызывай сюда родителей этого придурка, - потребовал Велиев. И показал мне фотографию, на которой рядом с машиной я увидела собственного младшего брата с цветным баллончиком в руках. - Что стоишь, училка?
- Ох. Понимаете, родители у парня в другом городе, здесь только сестра...старшая, - выдохнула. - Она сейчас очень занята...
- Че ты мне лечишь, - отец ученика угрожающе надвинулся на меня. - Если через полчаса сестра его не метнется сюда - этот придурок малолетний до самого выпускного мою машину будет бесплатно мыть. А сестрица его. До самого лета. Каждое утро. Будет мне делать омлет, - сказал он четко.
С паузами.
Глядя мне в глаза.
И толкнулся в меня бедрами.
- Боже, - сощурилась на залитую солнцем площадку перед крыльцом и дорогой черный БМВ...
Украшенный неприличным рисунком.
- Вызывай сюда родителей этого придурка, - потребовал Велиев. И показал мне фотографию, на которой рядом с машиной я увидела собственного младшего брата с цветным баллончиком в руках. - Что стоишь, училка?
- Ох. Понимаете, родители у парня в другом городе, здесь только сестра...старшая, - выдохнула. - Она сейчас очень занята...
- Че ты мне лечишь, - отец ученика угрожающе надвинулся на меня. - Если через полчаса сестра его не метнется сюда - этот придурок малолетний до самого выпускного мою машину будет бесплатно мыть. А сестрица его. До самого лета. Каждое утро. Будет мне делать омлет, - сказал он четко.
С паузами.
Глядя мне в глаза.
И толкнулся в меня бедрами.
– Ты такая красивая, малышка, – шепчет один мне на ухо.
– Мы хотим, чтобы тебе было приятно, – мурлычет второй.
– Расслабься, Мелисса, – воркует третий. – Просто получай удовольствие.
Мой восемнадцатый день рождения стал самым безумным откровением в моей жизни. Сводный брат и его "банда" превратили его в вихрь страсти, где откровенные игры перешли границы, а одна ночь с четырьмя мужчинами навсегда изменила меня.
– Мы хотим, чтобы тебе было приятно, – мурлычет второй.
– Расслабься, Мелисса, – воркует третий. – Просто получай удовольствие.
Мой восемнадцатый день рождения стал самым безумным откровением в моей жизни. Сводный брат и его "банда" превратили его в вихрь страсти, где откровенные игры перешли границы, а одна ночь с четырьмя мужчинами навсегда изменила меня.
— Я никогда не лгу, — отец подруги делает шаг вперед. — Да, я вел себя как последний урод. Но я не мог иначе. Ты... ты была слишком чистой. Слишком светлой.
Его рука тянется к моему лицу, но я отшатываюсь.
— Нет! Ты просто... манипулируешь мной!
— Тогда почему я до сих пор не сделал тебя своей? — кричит он, и в его глазах вспыхивает что-то дикое. — Почему я терпел все эти недели, когда мог взять тебя в первый же день?
Я открываю рот, но не нахожу ответа.
— Потому что ты была не просто игрушкой, — он говорит тише, его пальцы касаются моей щеки. — Ты была... есть... единственная, кто заставил меня чувствовать что-то, кроме злости и похоти. С тобой, Лера, я смог себе контролировать.
Его рука тянется к моему лицу, но я отшатываюсь.
— Нет! Ты просто... манипулируешь мной!
— Тогда почему я до сих пор не сделал тебя своей? — кричит он, и в его глазах вспыхивает что-то дикое. — Почему я терпел все эти недели, когда мог взять тебя в первый же день?
Я открываю рот, но не нахожу ответа.
— Потому что ты была не просто игрушкой, — он говорит тише, его пальцы касаются моей щеки. — Ты была... есть... единственная, кто заставил меня чувствовать что-то, кроме злости и похоти. С тобой, Лера, я смог себе контролировать.
Поднимаю голову и резко замираю.
Парализует. Прошивает током. Резко откидывает на 5 лет назад.
Я вижу знакомые темные глаза, которые встречаются с моими.
Мы схлёстываемся взглядами. Даже на расстоянии улицы чувствуется дикое напряжение.
Буров Александр Вениаминович.
Мэр города и мой бывший муж.
***
5 лет назад мы развелись. С болью, с предательством и разрушенными мечтами.
Сейчас же я вынуждена обратиться к нему за помощью.
А он…
Он хочет опять. Меня. Себе.
Обязательно ХЭ!
График: проды выходят 5 раз в неделю: с понедельника по пятницу. Суббота и воскресенье – выходные.
Парализует. Прошивает током. Резко откидывает на 5 лет назад.
Я вижу знакомые темные глаза, которые встречаются с моими.
Мы схлёстываемся взглядами. Даже на расстоянии улицы чувствуется дикое напряжение.
Буров Александр Вениаминович.
Мэр города и мой бывший муж.
***
5 лет назад мы развелись. С болью, с предательством и разрушенными мечтами.
Сейчас же я вынуждена обратиться к нему за помощью.
А он…
Он хочет опять. Меня. Себе.
Обязательно ХЭ!
График: проды выходят 5 раз в неделю: с понедельника по пятницу. Суббота и воскресенье – выходные.
Осложняет всё то, что я очень плохо вижу без очков. Два больших шага — и я на кухне. Мне не показалось: позади кто-то есть. Уже чувствую, как чья-то рука скользит по волосам. Резко разворачиваюсь в сторону выхода…
И тут меня хватают чьи-то руки, валят на пол, переворачивают на спину и придавливают своей массой. Тяжело. Воздух выбивает из лёгких. Громко кричу, но мой рот накрывает грубая рука.
— Соня, — хриплый голос звучит возле уха, и всё внутри меня замирает. — Я много раз говорил тебе, насколько важно думать о безопасности. Любой маньяк мог проникнуть к тебе тем же путём, что и я. Хотя любой маньяк был бы лучшим выбором. Тот ад, который я устрою тебе, гораздо, гораздо хуже.
И тут меня хватают чьи-то руки, валят на пол, переворачивают на спину и придавливают своей массой. Тяжело. Воздух выбивает из лёгких. Громко кричу, но мой рот накрывает грубая рука.
— Соня, — хриплый голос звучит возле уха, и всё внутри меня замирает. — Я много раз говорил тебе, насколько важно думать о безопасности. Любой маньяк мог проникнуть к тебе тем же путём, что и я. Хотя любой маньяк был бы лучшим выбором. Тот ад, который я устрою тебе, гораздо, гораздо хуже.
ОН – пугающе огромный, похожий на варвара или дикаря вышедшего из леса. Он помог мне, не прося ничего взамен. Я была уверенна, что мы больше никогда не встретимся. Но судьба столкнула нас снова, и теперь он ворвался в мою жизнь, сшибая на своем пути все замки и двери. Он – злодей этой истории и сам об этом говорит! Но тогда почему я вижу в нем свой мир и спасение?
Может ли он быть злодеем для окружающих, а для меня – рыцарем, что спасет и вырвет из клетки моих страхов?
Может ли он быть злодеем для окружающих, а для меня – рыцарем, что спасет и вырвет из клетки моих страхов?
Ты когда-нибудь чувствовал, что твои желания — какие-то «не такие»?
Что внутри тебя живет что-то, о чем неудобно говорить вслух, что сложно объяснить партнерше или даже самому себе? Что из-за этого становится холодно и одиноко?
Эта книга — место, где можно выдохнуть.
Это не учебник по БДСМ. Это разговор о том, почему нам нужна власть или подчинение. Почему это не стыдно. Почему без доверия это разрушает, а с доверием — исцеляет.
Для тех, кто боится своих желаний. Для тех, кто не знает, как сказать партнерше. Для тех, кто устал быть сильным и хочет иногда отпустить контроль.
Ты не один. Ты в безопасности. Я рядом.
Что внутри тебя живет что-то, о чем неудобно говорить вслух, что сложно объяснить партнерше или даже самому себе? Что из-за этого становится холодно и одиноко?
Эта книга — место, где можно выдохнуть.
Это не учебник по БДСМ. Это разговор о том, почему нам нужна власть или подчинение. Почему это не стыдно. Почему без доверия это разрушает, а с доверием — исцеляет.
Для тех, кто боится своих желаний. Для тех, кто не знает, как сказать партнерше. Для тех, кто устал быть сильным и хочет иногда отпустить контроль.
Ты не один. Ты в безопасности. Я рядом.
– Я дам тебе свободу, Вика. Но моё условие – еще месяц ты будешь моей.
Мы с Демидом были идеальной парой и сильно любили друг друга. Так мне казалось, пока не всплыла правда о муже, которую он упорно отрицает.
– Твоей?! – у меня всё холодеет внутри. – В каком это смысле?!
- Во всех смыслах, - поясняет муж. – Ты беременна и по-прежнему принадлежишь мне.
Тридцать дней Загорский будет делать со мной всё, что захочет. Зато потом – свобода!
Рано радуешься, предатель! Я превращу этот "медовый месяц" в кошмар!
Мы с Демидом были идеальной парой и сильно любили друг друга. Так мне казалось, пока не всплыла правда о муже, которую он упорно отрицает.
– Твоей?! – у меня всё холодеет внутри. – В каком это смысле?!
- Во всех смыслах, - поясняет муж. – Ты беременна и по-прежнему принадлежишь мне.
Тридцать дней Загорский будет делать со мной всё, что захочет. Зато потом – свобода!
Рано радуешься, предатель! Я превращу этот "медовый месяц" в кошмар!
Наши семьи - враги, вся наша жизнь - непрекращающийся конфликт. Я ненавижу его, а он меня. Аксиом сломал мне жизнь, и теперь я просто неудачница.
Чтобы выскочить из пешек в дамки, мне нужно родить ребенка от телепата. Только его не так-то просто найти...
И вот мне улыбается удача. Я нахожу своего телепата... но это оказывается мой враг! Он прозябает на Кроносе в качестве раба, и у меня появляются заманчивые перспективы... ну что, побуду немного хозяйкой? Или лучше госпожой?!
! В книге присутствует тема сталкинга и тайной любви.
#Остро и на грани
#Горячо! Не обожгитесь...
#Герои не белые и пушистые
#Обязательный ХЭ
Цикл вселенная будущего, читается как отдельная история
Эх, девчонки! Автора понесло. Держите меня семеро
Чтобы выскочить из пешек в дамки, мне нужно родить ребенка от телепата. Только его не так-то просто найти...
И вот мне улыбается удача. Я нахожу своего телепата... но это оказывается мой враг! Он прозябает на Кроносе в качестве раба, и у меня появляются заманчивые перспективы... ну что, побуду немного хозяйкой? Или лучше госпожой?!
! В книге присутствует тема сталкинга и тайной любви.
#Остро и на грани
#Горячо! Не обожгитесь...
#Герои не белые и пушистые
#Обязательный ХЭ
Цикл вселенная будущего, читается как отдельная история
Эх, девчонки! Автора понесло. Держите меня семеро
Бывшая инквизиторша, измученная кошмарами прошлого, находит исцеление на далёкой ферме. Бывший герой Ядра, преданный и нежный, дарит ей покой и заботу. Атаман наёмников, харизматичный и властный, возвращает ей вкус к жизни.
В их необычном союзе власть и подчинение становятся путём к исцелению, а строгие правила игры — ключом к свободе. На фоне уютных зимних вечеров, заботы о питомцах и помощи нуждающимся, трое героев создают свой особенный мир, где дисциплина и нежность сплетаются в единое целое.
Здесь, среди снегов и звёзд, бывшая воительница учится доверять, могучий орк находит своё место в роли послушного партнёра, а безжалостный командир раскрывает свою нежную душу. Их история — о том, как через боль и власть можно прийти к истинному счастью, а через строгие рамки — к настоящей свободе.
В их необычном союзе власть и подчинение становятся путём к исцелению, а строгие правила игры — ключом к свободе. На фоне уютных зимних вечеров, заботы о питомцах и помощи нуждающимся, трое героев создают свой особенный мир, где дисциплина и нежность сплетаются в единое целое.
Здесь, среди снегов и звёзд, бывшая воительница учится доверять, могучий орк находит своё место в роли послушного партнёра, а безжалостный командир раскрывает свою нежную душу. Их история — о том, как через боль и власть можно прийти к истинному счастью, а через строгие рамки — к настоящей свободе.
Выберите полку для книги