Читать и слушать книги
– Ромашка! Ромочка! Мой большой медведь! Ах, как мне хорошо! – стонала женщина. – А тебе хорошо, мишутка?
– Мне-то хорошо, но колючка от розы в задницу впилась, – сердито ответил мужчина. – И голова от этих пачулей раскалывается. Зачем ты везде раскидала цветы?
– Для антуража. Потерпи, мишутка. Не отвлекайся. Мне осталось совсем чуть-чуть. А-а-а-х!
Отстраненно подумала: “Какой страстный разговор!”
И все бы ничего. Подумаешь – мишутка! Мало ли как называют друг друга влюбленные? Но конкретно этот мишутка – мой горячо любимый муж Роман, сладострастная женщина – моя двоюродная сестра Жаклин. А место действия – наша супружеская спальня.
В один миг Лиза потеряла двоих близких людей: любимого мужа и двоюродную сестру. Но и это еще не все. Лизу жестоко и беспринципно обманут. Справится ли она?
– Мне-то хорошо, но колючка от розы в задницу впилась, – сердито ответил мужчина. – И голова от этих пачулей раскалывается. Зачем ты везде раскидала цветы?
– Для антуража. Потерпи, мишутка. Не отвлекайся. Мне осталось совсем чуть-чуть. А-а-а-х!
Отстраненно подумала: “Какой страстный разговор!”
И все бы ничего. Подумаешь – мишутка! Мало ли как называют друг друга влюбленные? Но конкретно этот мишутка – мой горячо любимый муж Роман, сладострастная женщина – моя двоюродная сестра Жаклин. А место действия – наша супружеская спальня.
В один миг Лиза потеряла двоих близких людей: любимого мужа и двоюродную сестру. Но и это еще не все. Лизу жестоко и беспринципно обманут. Справится ли она?
— Ты кому пытаешься больно сделать? – спросила я вполголоса. – Мне? А о сыне ты подумал?
— О нём я думаю в первую очередь, — жестко ответил бывший муж.
— Ему нужна мама. Я всё отдам, Макар, чтобы выиграть дело и вернуть сына. Но зачем добивать друг друга? Елизар – не игрушка. Давай найдём решение, которое устроит нас обоих.
— Я его уже нашёл. Ты забываешь про сына, я плачу за жизнь твоей сестры. Твоя сестра жива? Жива. Сын со мной. По-другому не будет, Кира. Свободна, — показал на дверь.
— Я его мама.
— У него нет мамы, и он об этом знает.
— Ты… Ты что, сказал ему, что я умерла?! – ужаснулась я.
— Нет. Я сказал ему, что мама не придёт.
***
Когда-то мой муж выставил меня за дверь, заставив подписать отказ от собственного ребенка. Четыре года я потратила на то, чтобы из безродной девчонки стать успешной женщиной и бросить ему вызов. Теперь я верну своего сына, чего бы мне это ни стоило.
И меня не остановит даже любовь, которую я так и не смогла убить.
— О нём я думаю в первую очередь, — жестко ответил бывший муж.
— Ему нужна мама. Я всё отдам, Макар, чтобы выиграть дело и вернуть сына. Но зачем добивать друг друга? Елизар – не игрушка. Давай найдём решение, которое устроит нас обоих.
— Я его уже нашёл. Ты забываешь про сына, я плачу за жизнь твоей сестры. Твоя сестра жива? Жива. Сын со мной. По-другому не будет, Кира. Свободна, — показал на дверь.
— Я его мама.
— У него нет мамы, и он об этом знает.
— Ты… Ты что, сказал ему, что я умерла?! – ужаснулась я.
— Нет. Я сказал ему, что мама не придёт.
***
Когда-то мой муж выставил меня за дверь, заставив подписать отказ от собственного ребенка. Четыре года я потратила на то, чтобы из безродной девчонки стать успешной женщиной и бросить ему вызов. Теперь я верну своего сына, чего бы мне это ни стоило.
И меня не остановит даже любовь, которую я так и не смогла убить.
Я попросила его жениться на мне, потому что у меня не было другого выбора. И он сделал это, несмотря на то, что был помолвлен. Я думала, что смогу просто жить рядом с ним. Но чувства оказались сильнее. А теперь я должна уйти.
Прав был мой папа, говоря, что не стоит связываться с Васнецовыми, и теперь я очень сожалею, что не послушалась его совета. Мой муж изменник, свёкр помешан на моих деньгах, свекровь желает свести меня в могилу, а отец любовницы моего мужа открыто меня домогается. И вот когда моя жизнь повернула не туда?
* * *
Костя возвышался надо мной на целую голову и с лёгкой щетиной был и правда похож на дикаря. Брутальный, сильный... некогда такой любимый. Мой первый мужчина и моё первое разочарование.
– И что теперь, дашь мне пощёчину и с гордым видом уйдёшь? – усмехнулся Костя, решив не оправдываться за свою измену.
– А что, по-моему, это неплохой финал. Только я бы сделала немного по-другому. – Достав из сумки заявление на развод, я всунула его в руки Косте и, воспользовавшись моментом, пока он с удивлением смотрел на бумаги, от всей души въехала ему прямо между ног.
– Сс-сука-а! – простонал мой неверный, согнувшись в три погибели, а Алёна вторила ему новым визгливым криком.
* * *
Костя возвышался надо мной на целую голову и с лёгкой щетиной был и правда похож на дикаря. Брутальный, сильный... некогда такой любимый. Мой первый мужчина и моё первое разочарование.
– И что теперь, дашь мне пощёчину и с гордым видом уйдёшь? – усмехнулся Костя, решив не оправдываться за свою измену.
– А что, по-моему, это неплохой финал. Только я бы сделала немного по-другому. – Достав из сумки заявление на развод, я всунула его в руки Косте и, воспользовавшись моментом, пока он с удивлением смотрел на бумаги, от всей души въехала ему прямо между ног.
– Сс-сука-а! – простонал мой неверный, согнувшись в три погибели, а Алёна вторила ему новым визгливым криком.
Проснувшись однажды утром, я посмотрела на лежащего рядом мужа, с которым я была счастлива в браке пять лет.
И окончательно поняла, что больше его не люблю.
— Я хочу развестись.
— Никого развода, – прошипел мой муж.
Игорь рассмеялся мне в лицо.
— Ну разведемся мы. А дальше что? Что будешь делать? Кому будешь нужна? Или ты забыла, на каком дне была твоя самооценка когда мы встретились?
На этих словах перед моими глазами возник Ярослав, мужчина из моих снов.
И окончательно поняла, что больше его не люблю.
— Я хочу развестись.
— Никого развода, – прошипел мой муж.
Игорь рассмеялся мне в лицо.
— Ну разведемся мы. А дальше что? Что будешь делать? Кому будешь нужна? Или ты забыла, на каком дне была твоя самооценка когда мы встретились?
На этих словах перед моими глазами возник Ярослав, мужчина из моих снов.
Мужские пятки, торчащие из-под одеяла, кружевное женское белье на полу...
- Папа?
- Тема, не смотри! – шикаю я и прогоняю его в детскую, - Иди поиграй!
Муж услышал нас и подскочил, дергая покрывало на себя, отчего лицо любовницы открылось.
- Кира? – ахнула я.
Соседка... и муж. Ноги подкашиваются, а в глазах темнеет, колющая боль в сердце пронзает насквозь ... а-а.. разве муж не болен? У нас по полгода не бывает секса, потому что муж ослаблен после химиотерапии, плохо себя чувствует, и вообще скоро наверное умрет. А тут...
- Тебя стучать учили? – рычит мой муж.
- Ты вообще хоть был болен? Химиотерапия была? А операция в Израиле... это что тоже была фикция? – кричу я сквозь слезы
- Кать, успокойся, - перебил муж, - Успокойся, я сказал!
- Я не хочу успокаиваться! Мы с Темой уходим!
- Скатертью дорожка! Но сына ты не заберешь, он останется здесь.
- Я позабочусь о твоем сыне, - нежно подтверждает уже бывшая подруга, - Он будет в хороших руках А ты будешь платить нам алименты!
- Папа?
- Тема, не смотри! – шикаю я и прогоняю его в детскую, - Иди поиграй!
Муж услышал нас и подскочил, дергая покрывало на себя, отчего лицо любовницы открылось.
- Кира? – ахнула я.
Соседка... и муж. Ноги подкашиваются, а в глазах темнеет, колющая боль в сердце пронзает насквозь ... а-а.. разве муж не болен? У нас по полгода не бывает секса, потому что муж ослаблен после химиотерапии, плохо себя чувствует, и вообще скоро наверное умрет. А тут...
- Тебя стучать учили? – рычит мой муж.
- Ты вообще хоть был болен? Химиотерапия была? А операция в Израиле... это что тоже была фикция? – кричу я сквозь слезы
- Кать, успокойся, - перебил муж, - Успокойся, я сказал!
- Я не хочу успокаиваться! Мы с Темой уходим!
- Скатертью дорожка! Но сына ты не заберешь, он останется здесь.
- Я позабочусь о твоем сыне, - нежно подтверждает уже бывшая подруга, - Он будет в хороших руках А ты будешь платить нам алименты!
КЛЕВЕТА ОТ ПЛОЩАДКИ. В романе НЕТ и НЕ было НИКАКИХ УПОМИНАНИЙ ПРО НАРКОТИКИ. ЭТО грязная ЛОЖЬ и КЛЕВЕТА, и ОчернениЕ автора!
Жизнь главной героини Натальи текла своим размеренным чередом - работа, ипотека, муж, надоедливая свекровь... И всё бы ничего, но муж стал заядлым танкистом. А война в кланах танковых войск дело затратное. В правое дело победы над "не нашими" были вложены все деньги, которые Наташа откладывала на отпуск. И Наталья вышла на тропу войны с такой несправедливостью! Горе свекрови и мужу, которые встанут у неё на пути. Тем более, что за ней стоит её семья и один очень симпатичный друг 😉 Кто же победит в схватке?
Жизнь главной героини Натальи текла своим размеренным чередом - работа, ипотека, муж, надоедливая свекровь... И всё бы ничего, но муж стал заядлым танкистом. А война в кланах танковых войск дело затратное. В правое дело победы над "не нашими" были вложены все деньги, которые Наташа откладывала на отпуск. И Наталья вышла на тропу войны с такой несправедливостью! Горе свекрови и мужу, которые встанут у неё на пути. Тем более, что за ней стоит её семья и один очень симпатичный друг 😉 Кто же победит в схватке?
— Кем вам приходится эта девушка?
Смотрю на перепачканного её кровью хирурга и прихожу в оцепенение. Перед глазами образ бездыханной Ивы, которую увезли в реанимацию.
Она должна была сделать аборт! Я приказал! Проследил за исполнением ультиматума! Мать вашу! Как она обвела меня вокруг пальца?
— Она — ошибка моего младшего брата, — придя в себя, судорожно выдыхаю. Про себя заключаю, что и моя в том числе.
— Максим Андреевич, нужно определиться, кого спасать будем? Её или вашего племянника? Времени на раздумья не осталось. Малейшее промедление — потеряем обоих.
Я думал, после одной жаркой ночи мы больше никогда не встретимся. Но судьба распорядилась иначе.
— Какой у нее срок? — резкий скачок артериального давления.
— Семь месяцев.
И меня прошибает ледяным потом.
Смотрю на перепачканного её кровью хирурга и прихожу в оцепенение. Перед глазами образ бездыханной Ивы, которую увезли в реанимацию.
Она должна была сделать аборт! Я приказал! Проследил за исполнением ультиматума! Мать вашу! Как она обвела меня вокруг пальца?
— Она — ошибка моего младшего брата, — придя в себя, судорожно выдыхаю. Про себя заключаю, что и моя в том числе.
— Максим Андреевич, нужно определиться, кого спасать будем? Её или вашего племянника? Времени на раздумья не осталось. Малейшее промедление — потеряем обоих.
Я думал, после одной жаркой ночи мы больше никогда не встретимся. Но судьба распорядилась иначе.
— Какой у нее срок? — резкий скачок артериального давления.
— Семь месяцев.
И меня прошибает ледяным потом.
Я совершила огромную ошибку, обратившись за помощью к Шахову. Жесткий, опасный, беспощадный. Мужчина с криминальным прошлым. Он всегда получает что хочет, и его не интересуют мои чувства, ведь он заплатил за меня огромные деньги. Возвращать долг я должна в его постели.
— Никакой любви, никаких чувств. Ничего кроме постели между нами никогда не будет. Чем быстрее ты это поймешь, тем лучше для тебя, — предупреждает он.
— Никогда этого не будет. Лучше смерть, но под тебя не лягу, — заявляю уверенно.
— Я все равно тебя подчиню и согну пополам. Балерины же гибкие. Даю тебе семь дней, чтобы привыкла. А после начнешь отдавать мне долг.
— Никакой любви, никаких чувств. Ничего кроме постели между нами никогда не будет. Чем быстрее ты это поймешь, тем лучше для тебя, — предупреждает он.
— Никогда этого не будет. Лучше смерть, но под тебя не лягу, — заявляю уверенно.
— Я все равно тебя подчиню и согну пополам. Балерины же гибкие. Даю тебе семь дней, чтобы привыкла. А после начнешь отдавать мне долг.
— Хочу предложить тебе сделку, — продолжает Милка, — Ты соблазняешь моего мужа, уводишь из семьи, а я стану свободной и смогу снова выйти замуж.
— Что? — усмешка скользит по моим губам, и я снова сажусь за стол, — Ты о чем сейчас?
— Тебе всего лишь нужно переспать с Андреем. Я узнаю, подниму скандал, заберу дочь и уйду.
— Ты хотя бы понимаешь, что говоришь? — смеюсь, но в груди нарастает боль, — За кого ты меня принимаешь?
— За ту, что всегда любила моего мужа и продолжает любить.
— Что? — усмешка скользит по моим губам, и я снова сажусь за стол, — Ты о чем сейчас?
— Тебе всего лишь нужно переспать с Андреем. Я узнаю, подниму скандал, заберу дочь и уйду.
— Ты хотя бы понимаешь, что говоришь? — смеюсь, но в груди нарастает боль, — За кого ты меня принимаешь?
— За ту, что всегда любила моего мужа и продолжает любить.
Выберите полку для книги