Читать и слушать книги

- Тебе напомнить, кто именно виноват в том, что наша дочь лежит в коме уже несколько лет?
Я даже дыхание задержала, когда услышала уставший, полный вселенской муки голос мужа.
Какая дочь? Кому он это говорит?
- Да, Юль… Я не проследил за тем, чтобы она пристегнулась, но за рулем тогда была ты! И да, если ты поднимешь шумиху и Катя обо всем узнает - тебе конец…

Я вернулась из консультации не вовремя и услышала разговор мужа с какой-то таинственной Юлией. Впоследствии выяснилось, что это его первая жена, о которой мне ничего не было известно. И что у них есть дочь, едва не погибшая в автокатастрофе.
А события, которые начали происходить следом, едва не лишили жизни моего ребенка. И самое страшное - вместо поддержки со стороны мужа я услышала лишь три сухих безэмоциональных слова:
«Если любишь - терпи».

- Ты так похож на него, - по ресницам скатились первые слезы, - так похож на своего папу.
Всегда спокойный и с развитым не по годам взглядом, в котором просачивается тот самый отталкивающий холод. Когда я впервые увидела его, прикоснулась к хрупким тоненьким пальчикам на ладошках, вдохнула исходящий от тельца аромат молока, я думала, нет, надеялась, что малыш будет полностью моей копией. Но от меня он взял только фамилию…
- Как же я хотела, чтоб он увидел тебя, - всхлипываю, опуская голос до полушепота. - Чтоб взял тебя на руки и прижал к себе, испытав несвойственные для таких личностей, как он сам, чувства.
- Пересвет? – замираю.
Поднимаю голову, пересекаюсь взглядом со своим прошлым.
По щеке стекает последняя слезинка, что падает и разбивается, нанося сердцу болезненный удар

-Мы разводимся, - муж чеканит привычным авторитарным тоном, заставляя меня замереть,- иди собирай вещи.
-Марк, ты о чем?! Как?- не верю… Это какой-то дурной сон.
Мы женаты около года и очень сильно хотим ребенка, активно над этим работая.
Этой ночью мой муж прилетел из командировки, разбудил страстными поцелуями и… долго показывал, как сильно соскучился. Что могло измениться за полдня?
-Олег отвезет тебя в дом в горах. Будешь там, пока я не позволю его покинуть. Делай, как говорю! Ты же понимаешь, что мне лучше не перечить?
Понимаю… Кто я против всесильного сенатора Каменского…
От этой мысли только больнее.
Как он мог?!

Внезапно, в какой-то момент Лиза заметила, что ее взгляд невольно скользит по губам Иннокентия, когда тот говорит. Она тут же смущенно отвела взгляд, полагая, что тот ничего не заметил. Но в тот, же самый момент она почувствовала, как теряет равновесие. К ужасу Лизы, она вдруг осознала, что начинает заваливаться назад, широко расставляя руки в тщетной попытке ухватиться за что-нибудь. Все происходило как будто в замедленном темпе, как в кошмарном сне. Она лишь успела заметить испуганные глаза Иннокентия, прежде чем с грохотом упала на пол. Тот тут же подскочил со своего места, и, протягивая Лизе руку, помог ей подняться.

- В общем, Юль, ты Андрея подозревала в неверности вполне обоснованно. Твой муж уже год, как ищет утех в моей кровати. Думаю, до меня было много других.
Я молчала. Окружающее меня пространство стало каким-то плотным, с трудом пропуская звуковые сигналы извне.
Дома предстоял нелёгкий разговор с мужем. Но, к моему удивлению, реакция Андрей была не такой, как я ожидала...

- Роман Юрьевич?
Открыв дверь, я обнаруживаю за ней босса своего мужа.
- А Антона нет дома.
- Знаю, - отвечает он. - Я не к нему. К тебе.
И произносит то, от чего у меня перед глазами все плывет:
- Антон уже пять лет второй семьей живет. С моей дочкой. Надо с этим что-то решать.

Любовь с первого взгляда и первого курса, тринадцать лет вместе, прекрасный сын… Я думала, что у нас с мужем все хорошо. Пока накануне годовщины не узнала, что несколько последних лет у него есть… вторая семья.

– Завтра вы переезжаете жить ко мне, – процедил Данилевский.
– Ты что, с ума сошёл? – обмерла я. – Никуда мы с Платоном не поедем!
– Ты – можешь не ехать, – с угрозой произнёс Артур. – А вот мой сын поедет однозначно.

Мой босс использовал меня и выкинул из своей жизни, как ненужную вещь. Унизив и растоптав мои наивные чувства. Только он не знал, что у меня есть тайна, которую я хотела сохранить. Наш сын. Меньше всего на свете я желала, чтобы бывший босс узнал об этом, боясь попасть в зависимость к этому человеку.
Но моим надеждам не суждено было сбыться, когда он появился у меня на пороге, угрожая забрать сына.

— Ален, аннулируй заявление Калининой. Она у меня работать не будет.
Я стою за дверью кабинета отдела кадров и слышу каждое слово. Закрываю глаза, чувствуя, как к горлу подступает панический ком.
— Но я не могу.
— Значит, уволь ее.
— Извините, Игорь Васильевич, не получится.
— Причина? — гремит знакомый голос, от которого по коже расползается дрожь.
— Она беременная. Мы не можем ее уволить.
***
Я солгала о своей беременности, чтобы получить высокооплачиваемую работу. Но я понятия не имела, что моим работодателем окажется мужчина, которому в прошлом я разбила сердце. Он ненавидит меня всей душой, а я воспитываю его подрастающего сына.

Послушная дочь, возвращающаяся домой до комендантского часа. Прилежная ученица с хорошими оценками. Добрая подруга, что позвонит и сообщит, что добралась домой. Вот-вот выпускница школы, ни разу в жизни не притрагивавшаяся к спиртному. Мечтательница, надеющаяся вырваться из сравнительно небольшого городка. Иногда она думает, что могла бы продаться. Поехать, куда глаза глядят, выследить состоятельного, но не слишком старого мужчину, соблазнить его и позволить ему делать с ней всё, что вздумается, лишь бы не влачить унылое и жалкое существование, когда каждый день больше похож на борьбу, чем на счастливое бытие. Это просто мысли, не руководство к действию. Но она встречает его. Не кого-то из своих странных фантазий, а вполне реального человека. Их разделяют разница в возрасте и страх перед окружением. Предрассудки и неизвестность. Но когда начинает казаться, что всё можно преодолеть, только время покажет, выстоят ли их чувства под натиском прошлого, что всегда находится где-то рядом.

Я приехала поступать в универ. А приютить меня вынужденно согласился наглый и самоуверенный друг отца. Теперь я не знаю куда деваться от его толстых намёков и жадных взглядов.